Альпаки и алиби - Рейми Джеймс

– Он взрослый человек, Шарм. Не зови его так, – сказала я. Тейт был нашим соседом. Пару лет назад он унаследовал магазин инструментов, стоящий рядом с нашим.

Шармейн пропустила мои слова мимо ушей.

Рид глянул на меня и снова повернулся к Шармейн:

– Можешь еще что-нибудь сказать об этом Уэйде?

– Да нет. Знаю только, что он работает садовником. Большой Хэнк точно больше тебе расскажет – Уэйд наверняка чинит инструменты в его магазине.

Рид лихорадочно записывал, а я изо всех сил старалась запомнить все, что говорила Шармейн – на случай, если он действительно собирался все повесить на Клем.

Вошел муж Шармейн, помощник шерифа Берни Франклин.

– Рид, судмедэксперт просит не увозить тело в морг еще хотя бы час или два. Хочешь, чтобы я остался проконтролировать, пока он не закончит?

– Да, – ответил Рид. – Ты очень поможешь, если…

– Берни, – встряла Шармейн. – Заклинаю, когда тело будут выносить, проследи, чтобы вынесли ногами вперед. Так к нам не пожалуют никакие злые духи.

У меня отвисла челюсть.

– Шармейн, неужели ты до сих пор страдаешь бабушкиными суевериями?

– Лучше перебдеть, я так считаю, Сэди Мэй. – Она усмехнулась и ткнула в меня пальцем. – Лучше перебдеть.

Рид удостоил ее только раздраженным взглядом и повернулся к Берни:

– Уже поздно. Когда судмедэксперт закончит, иди домой и отдохни. Я сегодня еще хочу составить рапорт на все, что тут произошло, а допрашивать Клем будем уже утром.

– Чт… Что? – в неверии промямлила я. – Рид, ты же знаешь Клем. Не думаешь же ты в самом деле, что она к этому причастна, раз Шармейн услышала дурацкую ссору и, скорее всего, раздула для пущего эффекта?

– Сэди, я тебе уже сказал, что моя задача – изучить все вероятности. Твоя единственная задача – не мешать и позволить мне расследовать это дело. Также магазин – это место происшествия, значит, пока что вход туда воспрещен всем, включая тебя и Шармейн. То же касается и квартиры. Поэтому я рекомендую тебе забрать собаку и найти место, куда ты можешь уехать на пару ночей.

– Да ты издеваешься! – воскликнула я. – Наверху ничего не произошло. С какой стати ты меня выгоняешь?

– Потому что в квартиру можно попасть изнутри магазина, – сказал он. – Прокурор с меня шкуру сдерет, если я позволю тебе остаться, пока следственная группа не дала отбой.

Я возмущенно хмыкнула, когда он приказал другому полицейскому сопроводить меня наверх за Нектаринкой и вещами первой необходимости. Я решила, что ни за что не стану просить Шармейн пустить меня переночевать, а будить подруг мне не хотелось. Поэтому я пристегнула собаку в автомобильной переноске на заднем сиденье, положила наши скромные пожитки в багажник и поехала к дому Клем с мыслью, что должна подготовить ее к предстоящему утром.

Глава 4

Следующим утром, когда я неуклюже спустилась по лестнице, отчаянно нуждаясь в кофе, еще не было семи. Посреди ночи я разбудила крепко спавшую Клем и рассказала ей, что случилось, а потом четыре часа мучилась яркими, из раза в раз повторяющимися кошмарами с покалеченными телами, окровавленными спицами и приговорами бабушкиной лучшей подруге. Видимо, я и Нектаринке не давала заснуть: она до сих пор лежала и не попросилась на улицу. Клем, похоже, провела ночь не лучше, потому что уже сидела на кухне в обнимку с кружкой крепкого черного кофе.

– Доброе, – пробормотала она.

– М-хм, – промычала я в ответ, наливая кофе с щедрой порцией сливок, и включила телефон. Не успела я сделать первый глоток, как один за другим запиликали уведомления о сообщениях. Все они были от Мисти-Дон, первое пришло в 03:15 утра. В последнем, появившемся меньше минуты назад, говорилось:

Я на крыльце. Впусти меня, как проснешься

Я застонала и спросила Клем, не возражает ли она против гостей в столь ранний час. Она тяжело вздохнула и покачала головой:

– Да впусти уж ее. Знаешь ведь, она не отстанет.

Открыв входную дверь, я спросила:

– Как ты узнала, что я здесь?

Мисти-Дон усмехнулась.

– Я в курсе всего, что происходит в этом городе, помнишь?

Она торопливо протянула коробку с логотипом «Знаменитых булочек Мэйбл», немедленно искупая вину. Если что и заставило бы меня простить ее раннее вторжение, так это вкуснейший яблочный фриттер Мэйбл.

– Клементина, дорогая моя, – сказала Мисти-Дон, усевшись на стул рядом с Клем и взяв ее за руку. – Ни о чем не беспокойтесь. Мы не позволим повесить на вас убийство Руби.

– Давайте не будем забегать вперед паровоза, – сказала Клем. – Ведь еще не установлено, что это именно убийство.

– Радж позвонил мне с работы, как только Рид вызвал подкрепление, – сказала Мисти-Дон, глядя на Клем как на сумасшедшую. – Он сказал, что Сэди споткнулась о тело Руби в магазине и у нее из глаза торчала спица. Неужели вы думаете, что это она сама? Еще он сказал, что Рид планирует допросить вас утром.

Я достала тарелки и вилки для выпечки и села за стол по другую сторону от Клем.

– Как бы мне ни хотелось, Клем, но я согласна с Мисти-Дон. Нужно отнестись к этому серьезно. Шармейн вчера по дурости разбрасывалась обвинениями, и сегодня Рид будет задавать серьезные вопросы. Мне всю ночь снилось, как тебя отправляют в тюрьму, поэтому мы должны тебя подготовить.

– Господи, Сэди, – в замешательстве произнесла Клем. – Съешь хоть кусочек фриттера, прежде чем говорить такие вещи. Тебе ведь известно, если рассказать дурной сон до завтрака, он сбудется.

– Чепуха, – раздраженно ответила я. – Я, как ты знаешь, не верю во все эти старые приметы. Такую же ерунду несет Шармейн.

– Чепуха – не чепуха, – сказала Мисти-Дон, – зачем испытывать судьбу?

Я откусила большой кусок яблочного фриттера, просто чтобы они отвязались, но, когда моего языка коснулось сладкое, тягучее совершенство, мне оставалось только мысленно преклониться перед пирожковыми богами. Я проглотила кусок и запила кофе.

– Вот, довольны?

Они синхронно кивнули. Я закатила глаза и спросила Клем:

– Можешь подробнее рассказать о соперничестве с Руби? Вчера мы в основном обсуждали вашу ссору на цветочной выставке. С чего все началось?

Клем вздохнула.

– Руби старше тебя на несколько лет, наверное, по возрасту даже ближе к твоей маме, поэтому вы вряд ли были знакомы до того, как она уехала. Годси – хорошие люди, без гроша за душой, но работяги, и всегда помогали, если кому нужна помощь. Но у Руби были грандиозные планы. После школы она подрабатывала везде, где только брали, то в магазине коробок, то в «Пушистых штучках» – лавке таксидермиста. Подкопила