Тайна одной деревни - Валентина Каримова

нами было неинтересно, но, к его и нашему облегчению, длилось наше совместное времяпрепровождение недолго: как только подрос, парень обзавёлся собственной компанией. Гришка же, в виду своих особенностей, не нуждался в компаниях и предпочитал проводить время в одиночестве. Его часто можно было увидеть сидящим на берегу пруда и заинтересованно рассматривающим что-то под ногами или беспечно бредущим по полю с травинкой в руке. Помню, когда в конце лета на полях начинали работать комбайны, он, как заворожённый, мог наблюдать за этим часами.

Скрип двери вырвал меня из воспоминаний – в комнату вернулся Ромка.

- Разбудил? – Прозвучало скорее утвердительно, чем вопросительно.

Я махнула рукой и спросила, лениво потягиваясь:

- Кто звонил?

- С работы, - ответил Ромка со вздохом, - не хотел тебе сразу говорить…

- Что такое?

- Новичок не справился. Не знаю подробностей, но как-то он себя совсем неправильно повёл, потому что отдел объявил ему бойкот. Представляешь?

- Ничего себе.

- В общем, просят меня срочно вернуться и приступить к работе в должности руководителя отдела, - сказал Ромка, потупив взгляд.

Я подскочила:

- Ого, да это же отлично! Тебя можно поздравить с повышением?

- Наверное, да… - он замялся, - только вот не знаю, как быть теперь с нашим отпуском… Ты так хотела провести здесь пару недель…

- Ну что ты, - перебила я, обнимая его. – Это всё мелочи, что-нибудь придумаем. Когда тебе нужно быть в городе?

- Сказали, завтра уже ждут меня в офисе.

- Ого, - слегка расстроилась я, что не укрылось от внимания Ромки.

- Слушай, я тут подумал… Может, Верку сюда позовёшь? Отдохнёте пока тут вдвоём, а я приеду на выходные.

Я призадумалась. Верка - человек общительный и совершенно неугомонный. С одной стороны, с ней не соскучишься, с другой – о тихом и спокойном отдыхе придётся забыть. Видя моё замешательство, Ромка уточнил:

- Не останешься же ты в доме одна?

- Нет, конечно, - поспешно ответила я.

Стыдно признаться, но находиться в старом деревенском доме в одиночестве, особенно ночью, мне ещё никогда не приходилось, и одна мысль об этом вызывала ужас. В квартире, кстати, подобные страхи меня не посещали, но дом со своими таинственными ночными скрипами и шорохами - это совсем другое.

Верка восприняла идею с энтузиазмом, хоть я и честно призналась, что с удобствами здесь напряжёнка. Оказывается, она как раз мечтала сбежать из города и отвлечься, потому что переживала разрыв с парнем. Хотя глагол переживала совсем не про Верку - она из той редкой породы людей, которые никогда не унывают. Её позитив и готовность во всём находить хорошее неизменно вызывали во мне чувство восхищения. Вот и сейчас, говоря о расставании, Верка считала это не концом отношений, а началом нового, куда более интересного периода в её жизни.

В общем, мы договорились, что вечером я встречу её на железнодорожной станции.

Затем мы с Ромкой съездили в ближайший небольшой городок Сычёвск, взяли в супермаркете несколько больших бутылок с питьевой водой и кое-какие продукты.

- А это зачем? – удивилась я, разглядывая сетку с поленьями, которую Ромка где-то прихватил.

- Затем, - передразнил он. – Вдруг погода испортится, станет холодно? Так хоть сможете печь растопить. Ты, кстати, умеешь это делать?

- Умею-умею, - утешила его я, пытаясь найти и извлечь из закоулков памяти, как это делается.

Ромка показал мне «класс» и прихватил ещё пару сеток с дровами. Я только головой покачала, в душе радуясь такой предусмотрительности и хозяйственности.

Когда багажник был забит, а мы, включив в машине кондиционер, лениво потягивали прохладный лимонад из больших бумажных стаканов, я спросила:

- Ром, может, заедем к Полине Никитской? До города, где у неё общага, всего двадцать минут езды. Я подумала, что можно предложить им с мамой пожить в моём доме, всё равно у тебя теперь работа, да и я надолго здесь не собираюсь оставаться…

Ромка посмотрел с подозрением, но пока высказывать свои сомнения не стал.

- У тебя есть её контакты? Напиши, спроси, а то вдруг у них с мамой уже нашёлся вариант получше?

Поля была у меня в соцсетях, но мы уже очень давно не общались. Судя по той скупой информации, что мне удалось найти на её страничке, Поля училась сейчас на последнем курсе медицинского. Я написала ей: «Привет! Я недавно приехала в Нижнеглинково и Марья Фёдоровна рассказала мне, что вы с мамой остались без крыши над головой. Не знаю, насколько это уместно, но я бы хотела предложить вам пожить в моём доме. Напиши, пожалуйста, что думаешь по этому поводу».

Ответ от Поли пришёл в течение получаса: «Привет. Спасибо большое за предложение! Надо обсудить с мамой, но, думаю, она будет рада».

«Отлично. Поль, а можно к тебе подъехать сегодня минут на пятнадцать?» - написала я.

«Давай. Я работаю до четырёх. Успеешь к центральной больнице через полчаса?»

«Да, отлично. До встречи».

Вскоре мы припарковались в тени большого раскидистого тополя неподалёку от входа в больницу. Хорошо, что весь пух уже облетел, и всё, что от него осталось – это мелкие серые катышки кое-где по обочинам дорог и тротуаров.

Поля показалась у больничной ограды в 16:10 и принялась вертеть головой по сторонам, высматривая меня. Поражаясь тому, как сильно она изменилась, я быстро вышла из машины и направилась к ней. Вблизи изменения оказались ещё более разительными: подруга детства сильно похудела, хотя и раньше особо не отличалась полнотой, лицо осунулось и было бледным, без грамма косметики. Дополняло картину уставшее и печальное выражение лица. Увидев меня, Поля слегка улыбнулась:

- Привет! Честно говоря, не ожидала тебя увидеть, думала, ты после смерти бабушки перестала к нам ездить… Спасибо большое за предложение, я даже не знаю, что и сказать…

- Поль, - перебила я, - ты с которого часа на работе?

- Смена с 08:00 до 16:00, я тут санитаркой подрабатываю, а что?

- Ты обедала?

Она задумалась, вспоминая, а я быстро огляделась и, заприметив через дорогу кофейню, решительно взяла Полю за руку и повела туда. Устроив её за маленьким круглым столиком, сделала заказ и уже через пару минут поставила перед ней стакан с дымящимся капучино и тарелочку с круассаном. Поля выглядела смущённой:

- Чего это ты задумала? Я совсем не голодна.

- Поешь, пожалуйста, - попросила я и шутя добавила: – Прости, но скажу, как есть: ты бледная,