Современный российский детектив - Анна Майская

милая девушка, на меня молиться необходимо, чтобы со мной, не дай Бог, ничего не случилось; в противном случае Ваш раненый окажется в очень плачевном для него положении, потому что и теперь его судьба целиком зависит от моего желания оказывать ему необходимую помощь, а я — как уже говорил! — готов в полной мере исполнить возложенный на себя долг оказывать содействие страждущим.

От нескончаемых словесных рассуждений оказавшегося невероятно разговорчивым доктора остальные члены этой вынужденной поездки проникались к нему каким-то, можно сказать, даже доверием, и Майкл посчитал возможным, что можно не удерживать его постоянно на прицеле своего оружия, а несколько расслабившись, но продолжая крепко сжимать в руке пистолет, опустил его рядом с собой на сидение, сам же откинулся назад на мягком автомобильном диване и положил на его верхнюю часть вдруг чересчур отяжелевшую голову; американский бизнесмен чувствовал, что вместе с вытекающей кровью стремительно теряет свои силы и продолжает оставаться в сознании, только за счет огромнейшей воли и собранных в единое целое всех своих человеческих сил и возможностей. От глаза опытного врача не ускользнуло это весомое обстоятельство, и он, снимая с себя медицинский халат, тут же порвал его на ленты, скомкал из одной тампон, оказавшийся довольно приличных размеров, и протянул его раненому мужчине.

— Вот, — прокомментировал он свои действия, стараясь придать лицу наиболее дружелюбное выражение, — приложите это к своей ране; думаю, у вас задет какой-то важный сосуд и нужно хоть как-то попытаться сократить вытекание крови.

О’Доннелл послушно выполнил указание сведущего в подобных делах специалиста и дрожащей рукой принял от него превратившуюся в тряпку одежду, после чего приложил подкладку к ране. Ему пришлось использовать здоровую правую, так как левая конечность висела безжизненной плетью; пистолет же в этот момент остался на сидении без присмотра. На какое-то мгновение глаза доктора загорелись необычным «свечением», что не ускользнуло от внимательного взгляда водительницы, которая, кроме созерцания проезжей части, все же старалась не упускать из внимания и сидящего подле нее чрезвычайно ненадежного пассажира.

— «Док», выброси эти мысли из головы, — словно угадала она то, чем сейчас были заняты помыслы вроде бы как сердобольного медработника, — не надо рисковать ни чьей жизнью! Сделаешь свое дело как полагается, — Наташа вновь посчитала возможным отказаться от ненужных условностей, — обещаю, мы не причиним тебе никакого вреда и даже отвезем тебя — куда только прикажешь! Я же, кажется, уже сказала, что мы не преступники, и сами нуждаемся в помощи.

— Но я ничего такого даже не думал, — приветливым тоном попытался возразить Курасавин, для большей убедительности и придавая себе выражение полной лояльности, одновременно поднял обе руки ладонями кверху, — видите: я нахожусь в полном вашем распоряжении и не имею каких-то дурных намерений.

Утверждение было настолько убедительным, что подозрительная девушка, для приличия фыркнув восхитительным носиком, сделала недоверчивую гримасу и более дружелюбным тоном промолвила:

— Хорошо, «док»; только, смотрите, — если что? — я нахожусь за рулем, а погибнем в этом случае все, потому что, окажись я под прицелом оружия, мне трудно станет справиться с управлением, а поверьте — скорость я ни за что не сброшу.

Девушка высказывала это предупреждение, казавшееся ей своевременным и совершенно необходимым, так как, заглядывая в зеркало заднего вида, она видела, как ее «потерянный» спутник все чаще стал закатывать глаза кверху и вот-вот готовился лишиться сознания. Кроме этого, ей удалось отчетливо сопоставить, что раз он прижимает к груди самодельный тампон правой рукой, а левая — у него находится в обездвиженном состоянии, значит, его оружие оставлено без присмотра и должно спокойно лежать на сидении, находясь в свободном доступе у не внушающего особого доверия пассажира; а если бы последнему пришла в голову мысль завладеть пистолетом, то он смог бы это сделать без каких-либо дополнительных затруднений… протяни только руку, и никто бы не смог ему помешать: Майкл был уже еле живой, а Елисеевой пришлось убрать захваченный у бандитов трофей в неглубокий карман своего халатика и сосредоточиться на управлении транспортным средством, что, к слову сказать, давалось ей довольно непросто, ведь те тапки, что находились на ней в момент захвата, соскользнули с ее ступней еще тогда, когда Копылин вытаскивал ее беспомощное тело через окошко, и теперь ей приходилось надавливать на педали босыми ногами; хорошо еще, что японцы умудрились предусмотреть в своей технике вполне приемлемую гидравлику, и это занятие хотя и вызывало определенные неудобства, но все же давалось без ощущения боли. Тем не менее в столь тревожный момент это обстоятельство совсем не заботило воинственную блондинку, главное же, что ей сейчас требовалось, — это лишить доктора возможности активно сопротивляться, тем более что краем своего внимательного глаза она увидела в его взгляде некий нездоровый огонек, вспыхнувший в то мгновение, когда он разглядывал лежавшее без присмотра оружие.

И вот тут она совершила ошибку! Чтобы избежать непредвиденной и нежелательной ситуации, Наташа на пару секунд отвлеклась от дороги и, перекинувшись всем своим бесподобным корпусом в заднюю часть машины, схватила оставленное беззаботным мужчиной оружие; в этот же самый момент автомобиль мотнуло на встречную полосу, и…

Хорошо еще было ранее утро, и движение не было столь насыщенным, как это бывает на этой загородной дороге в дневные часы. Вместе с тем прямо по ходу выбранного по неосторожности направления двигалась небольшая «газель», которая, если не получится вовремя изменить направление, неизбежно должна совершить столкновение. Именно поэтому, в тот самый момент, когда Наташа уже сжимала пистолет, брошенный раненым человеком, руки строптивого и одновременно разговорчивого доктора потянулись к рулю управления; он сделал резкое движение, уводящее транспортное средство в правую сторону, чем резко изменил траекторию его дальнейшего следования…

Встречного удара избежать удалось, однако машину от такого маневра стало крутить на месте, постепенно все больше приближая к обочине; поддавшись каким-то невероятным интуитивным чувствам, Елисеева смогла нажать на педаль тормоза своей восхитительной ножкой, не допустив стремительного вылета за обочину. Заскрипев шинами по асфальту, «тойота» приблизилась к краю кювета, приподнялась кверху правыми колесами (ее развернуло на обратное направление) и на несколько секунд замерла в таком положении, как бы раздумывая, куда ей следует заваливаться — обратно на дорогу либо же встать на колеса и предоставить пассажирам возможность продолжить движение дальше; закон инерции в этом случае оказался сильнее, и корпус машины, одновременно сминая свои наружные части, медленно перевалился сначала на левый бок, а затем перевернулся на крышу и, несколько раз качнувшись из стороны в стороны, застыл в наконец-таки полностью обездвиженном положении.

Все находившиеся внутри люди, несмотря на ожидавшуюся быть опасной