Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

его внимание привлекло необычное движение на вершине нависшего над озером утеса. Он только успел разглядеть в призрачном лунном свете женскую фигуру в длинном красном платье и в тот же миг увидел, как она наклонилась и упала в черную воду.

Пораженный мужчина протянул было руку к карману, собираясь достать фляжку с водой, но рука его застыла, не дотянувшись: из озера полыхнуло пламя, на мгновение изобразившее знак Алой Королевы.

Ужас охватил его, и он бросился бежать, ни разу не оглянувшись.

Машины приглашенных были беспорядочно припаркованы перед винокурней. Все производственные цеха были ярко освещены, показывая изящество металлических устройств, от работы которых ритмично подрагивали высокие стены из красного кирпича.

«Ангус уже созрел», — сказал себе Лукас, пытаясь высвободиться из рук жандарма, который, утирая слезы, выступившие от смеха, никак не мог дойти до конца рассказываемого им анекдота. Эдвард, видя, что Лукасу не удается освободиться от опьяневшего жандарма, пришел к нему на помощь и под каким-то предлогом увел того в сторону.

— Ему случается перебарщивать, но это очень хороший полицейский… Сожалею, что ваш отец не смог прийти…

— Он тоже, я в этом уверен, но ему лучше не оставлять мою мать.

— Полагаю, они живут в провинции?

Эдвард, внимательно слушавший ответы Лукаса, задавал вопросы о нем самом и его семье. «Экзаменовка новобрачного», — подумал Лукас, отвечая на них без утайки. Впрочем, что он мог сказать — единственный сын дружных и любящих родителей…

Со стаканчиком виски к ним подошел ПМ, чтобы чокнуться за здоровье молодых.

— А я думал, вы уже спите, — удивился Лукас.

— Да что вы! Я просто поднялся к себе сменить обувь, а когда спустился, все уже уехали, тогда я решил идти пешком. Вы не поверите, но я заблудился! На перекрестке, видите ли, который…

Но Лукас уже отошел. После анекдотов Ангуса и вопросов Эдварда у него не было желания выслушивать болтовню ПМ. Ему все больше не хватало Мари, и он с нетерпением ожидал ее, удивляясь, почему она до сих пор не приехала. Только он собрался позвонить ей по мобильнику, как дверь цеха с треском распахнулась. Вбежал какой-то мужчина, явно не в себе, и бросился к Ангусу.

— Вы мне нужны! Произошло нечто ужасное…

Крайне возбужденный пережитым, незнакомец (а это и был тот самый мужчина с лодки) сбивчиво рассказывал сгрудившимся вокруг него гостям произошедшую с ним историю. Сам он служил садовником монастыря на острове Химер и был известен пристрастием к браконьерству и выпивке.

Взрывы хохота сопровождали его рассказ, настолько все это казалось неправдоподобным, но он стоял на своем.

— Да клянусь вам, когда я собираюсь ставить верши на креветок, я и капли в рот не беру! Мне совсем не чудилось… я видел, как она упала с вершины утеса и сгорела, когда коснулась воды… Это была она… Боже праведный… я в этом уверен!

— Кто это она? — машинально спросил Лукас.

— Да Алая Королева! Пламя нарисовало на воде ее знак…

Вдруг заинтересовавшийся ПМ забросал его вопросами, на которые садовник ответил не задумываясь:

— Она была как та, из легенды, вся в красном, с ног до головы…

Лукас, до этого слушавший несколько скептически, внезапно побледнел при упоминании о платье и принялся настойчиво звонить Мари по мобильнику.

Механический голос равнодушно отвечал, что абонент недоступен…

Мари не объявлялась.

Ронан, Марк, ПМ и даже Фрэнк, приехавший с опозданием, пришли на помощь Лукасу, тревога которого все больше возрастала.

Эдвард, проверивший конюшни, вернулся, крича:

— Нет одной лошади! Дьябло… Нет ни его седла, ни уздечки…

Последняя фраза повисла в воздухе, так как все услышали приближающийся конский топот. В затянутом легкой туманной дымкой свете фонарей, освещавших парк, показалась лошадь, быстро скакавшая к конюшне.

— Дьябло! — выдохнул Эдвард.

Сердце Лукаса на мгновение остановилось. Как и все, он различил лежавшую на спине животного красную фигуру. Он сразу узнал свадебное платье Салливанов.

— Мари!..

Он первым рванулся к ней, однако Фрэнк уже успел перехватить лошадь. Лукас подбежал, когда тот лихорадочно отвязывал подпругу, удерживавшую на седле обмякшее тело, с которого стекала вода. Оно безжизненно рухнуло на землю лицом вниз.

Подоспевший Эдвард быстро перевернул тело и обессиленно опустился на колени.

Страх Лукаса сменился изумлением.

То была Алиса. Смерть восковой бледностью уже окрасила ее лицо.

5

Жилль, еще бледнее, чем обычно, съежившись, сидела прямо на полу в углу гостиной. Эдвард тщетно пытался ее утешить, но до девушки не доходили ни слова, ни жесты. Ее мучила мысль, что сотню раз в порывах гнева она желала смерти своей матери. Теперь ей казалось, что самое страшное произошло по ее вине, исполнилось ее желание, а она даже не подозревала, каким горем это может обернуться для нее самой.

Тело Алисы лежало на канапе в глубине гостиной. Луиза, будто уменьшившаяся в размерах в своем большом кресле, смотрела, не видя, в сторону бледного трупа, который принялся осматривать Ангус.

Лукас, прикованный к окну, всматривался в темный парк — его сильно тревожило, что Мари до сих пор не объявилась.

К нему подошел Ангус.

— Майор, мне нужна ваша помощь.

Лукас промолчал.

— Эта смерть как-то связана с легендой, это вне сомнения… но это не по моей части… а вы специалист…

— Во Франции — да, а если что-то подобное случается в Ирландии, я не имею права вмешиваться.

Ангус не успел привести какой-либо довод, потому что все взгляды вдруг устремились к открывшейся двери гостиной. С усталым лицом, одетая в джинсы и куртку, Мари восприняла гнетущее молчание как некое обвинение. Она только что узнала от слуг о трагической смерти Алисы.

Растерявшись, она поискала глазами Лукаса и в его взгляде прочитала облегчение. Он подошел к ней и обнял ее.

Они не успели произнести ни слова, так как Жилль разъяренной фурией подскочила к Мари.

— Что ты сделала с моей матерью? Отвечай! Что ты с ней сделала?

— Ничего. Я повсюду искала ее, все могут подтвердить, я…

— Вас обеих не было несколько часов! Ты нашла ее и убила! Зачем? Зачем ты сделала это? — выла она. — Где ты была?!

Фрэнк обхватил Жилль за талию, стараясь оттащить ее. Он ощущал, как сотрясается все ее хрупкое тело.

— Отвечай!

И казалось, вопросы эти были у всех на устах. Мари подобралась, зная, что сейчас вызовет к себе неприязнь, а может, и враждебность. Но больше всего ее уже мучила необходимость нанести удар Лукасу.

— Я была с Кристианом Бреа, — созналась она.

Ей плевать было на всеобщее неверие. Она не спускала глаз