Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

водил по театрам и музеям. Но те дурочки оказались слишком глупыми, чтобы оценить предложенное. – Он резко развернул Эмму и толкнул к книжному стеллажу, стиснув ее плечи и прошептав на ухо: – Мое творчество подарило миру куда больше, чем все их бессмысленные жизни.

Она наполнила легкие воздухом, снова получив возможность свободно дышать. Рори прижался к ней всем телом, окутывая своим теплом и лишая способности двигаться. Сердце пленницы замерло от страха. Она закрыла глаза, стараясь не показывать свою панику и укротить поднимавшуюся к горлу дурноту, и принялась шарить вдоль полок, сумев в итоге подцепить корешок одной из книг ногтями в отчаянной попытке получить хоть какое-то оружие. Но когда потянула ее на себя, Рори схватил Эмму за запястье и вывернул так сильно, что она невольно вскрикнула.

– И каков твой план? Или надеялась, что тебя спасет твой рыцарь в сверкающих доспехах? – Он улыбнулся, но это казалось пародией на привычное выражение лица. – Или мы переписываем ретеллинг с феминистским твистом, где леди сама дает отпор? Хочешь со мной сразиться, Эмма? – Свободной рукой Рори взял с полки тяжелый держатель для книг и вскинул его над головой, наметив движение вниз. – Или покончим со всем быстро? – Эмма сжалась в ожидании удара. Рори расхохотался и повторил замах, дожидаясь ее реакции. Потом небрежно отшвырнул держатель на пол, рывком потянул пленницу на себя и толкнул, отпуская. – Ты правда думала, что я собираюсь сотворить нечто настолько глупое и изобью тебя до смерти в собственном доме?

Она сделала несколько шагов, прежде чем потеряла равновесие, врезалась в край стола с оглушительной силой и упала на пол. Приземлилась на колени и попыталась отползти в поисках убежища за массивной конструкцией из красного дерева. Но была отброшена в центр комнаты пинком.

– Разве так весело?

Эмма повернулась к обидчику, ища на его лице хоть намек на сострадание, которое тот так часто проявлял по отношению к ней.

– Почему именно я? – Вопрос прозвучал жалко, но она не могла умереть, не разгадав загадку.

– Неужели не понимаешь? – с искренним недоумением вскинул брови Рори. – Мы же так похожи. Я видел, что ты постоянно носишь маску, играешь роль. Я тоже каждый день притворялся нормальным, хотя мы оба далеки от общепринятых правил.

– Я не такая как ты. Ты чудовище.

– Но и ты тоже. Поэтому я всегда понимал, когда ты лишь изображаешь, что похожа на других девушек. Можешь прятаться от кого угодно, но только не от меня. От меня – никогда. Эта игра предназначалась для тебя. Для нас. Я хотел показать тебе фотографии в газете и убедить вдвоем раскрыть преступление, моя напарница. – Рори опустился на колени рядом, изображая делающего предложение жениха. Затем положил ладонь на затылок Эммы и притянул ее лицо к своему, так что она ощутила его пот на своей коже. – Однако вместо этого увидел тебя в синем платье на открытии выставки, увидел, как ты смотришь на того детектива, словно викторианская кокетка. Моя прекрасная Крессида.

Понимание принесло с собой волну дурноты. Значит, вот как Рори воспринимал ее. Неверной, предательницей. Своей собственностью.

– Такая умная, такая фальшивая. – Он с силой поцеловал ее, прикусив ей губу за попытку высвободиться. Эмма почувствовала тепло крови на коже, когда он отстранился. – Поэтому я изменил игру. – Голос Рори звучал без злобы. Он прижимал пленницу к себе одной рукой, слегка поглаживая по спине другой. – Когда ты попросила остаться меня той ночью, я лежал рядом, слушая твое дыхание и понимая, насколько легко и приятно было бы его прекратить, а после наблюдать, как остывает твое тело.

Эмма чувствовала, как растворяется ее страх, сменяясь гневом. Она подумала о своих родных, студентах и всех тех, чьи жизни сломала бы или затронула ее смерть. Кэролин, Найалл, Чарли… Мысль о журналистке заставила сделать глубокий вдох. Она оказалась права.

– Ты всего-навсего жалкий эгоист-подражатель, – заявила Эмма. – Пародия на мужчину. Посредственный плагиатор. Средней руки администратор, который так и умрет, ничего не достигнув в жизни. Окружающие забудут о тебе сразу после того, как ты исчезнешь.

Рори оттолкнул ее. На мгновение она ощутила триумф, после чего с грохотом упала. Ей все же удалось задеть мелочного и себялюбивого псевдохудожника. Он прижал девушку к полу, обхватив руками за горло в попытке остановить поток слов, и прошипел:

– Я ничего не достигну? Да я уже добился чего хотел. Доказал всем свой талант. Никто не забудет мои творения.

– Творения Малкольма, – с трудом прохрипела Эмма, изо всех сил отталкивая противника и заставляя его на мгновение ослабить захват.

– Это был я. Я убил тех девчонок и создал из них шедевры.

– Ты разве не читал газеты? Преступник – Малкольм. Это его называют Художником. – Она заметила промелькнувшую на лице Рори ярость и продолжила давить: – Он спланировал мое похищение без твоего ведома, так? Твоя марионетка обрезала ниточки. Затем он схватил и тебя, швырнув в ту темную дыру. Правда подсыпал дурман в виски? Или ученик перехитрил учителя?

– Без меня он бы ничего не добился. План, воплощение – все это принадлежит мне. «La Belle Dame» даже не…

– Ты просто еще одна жертва, – прервала его Эмма. – Похищенная, связанная и брошенная беспомощной в темноте.

– В итоге именно я его убил.

– Однако так и останешься кратким примечанием в описании его великих деяний, – едва сумела выдавить она, когда Рори стиснул руки на ее шее сильнее.

Он резко отстранился и направился к столу, где начал перебирать разбросанные бумаги, похоже, не слишком беспокоясь, что последняя жертва еще жива.

– Нет. Он всего лишь пустое место.

Судорожно глотая ртом воздух, Эмма медленно села. Она находилась в каком-то футе от выхода из кабинета, но понимала, что никогда не сумеет выбраться из дома. Рори был больше, быстрее, сильнее. Ей оставалось пользоваться умом и хитростью. Торопливо окинув взглядом окружающее пространство в поисках, чем защитить себя, она заметила отброшенный держатель для книг рядом с томами в кожаных переплетах и принялась медленно отползать в ту сторону, стараясь не привлекать внимание Рори.

Тот обернулся с победным выражением лица.

– Ты кое-что забыла. У меня по-прежнему осталась возможность превратить тебя в Крессиду. Тогда все поймут, что Малкольм не Художник. Поймут, что истинный гений еще на свободе. – Он медленно приблизился к Эмме, снова опустился рядом с ней, вжимая в пол. – К твоему сведению, Шекспир и Чосер выкинули лучшую часть истории. В оригинале Крессида пытается спрятаться от мира после предательства. Совсем как ты, моя маленькая отшельница. Но Господь посылает ей наказание за содеянное, кару: ослепляет и