Загадка этажа номер 12 - Нин Ханъи

– И ты чувствуешь вину?

– Да.

– И заглаживаешь ее… своими визитами?

– Да, иначе не могу. Не покупать же обратно эту квартиру.

– Но твоя мать вряд ли одобряет ночевки здесь?

– Да, поэтому я прихожу тайком. Мать – простая деревенская женщина, немолодая и необразованная. Но я не разделяю ее предрассудков.

– Ты живешь здесь последние дни?

Ма Цян вновь посмотрел на Ли Сюэли, боясь сболтнуть лишнего. Убедившись, что она не возражает, продолжил:

– Да, после того случая с отравлением супом ночую здесь. Сюэли страшно одной.

– А как же твой шашлычный бизнес? Бросил?

– Нет, я прихожу уже после одиннадцати вечера, ближе к закрытию. Повар и работники сами справляются.

– Раньше ведь Ли Сюэли ночевала у тебя? Почему теперь ты приходишь сюда?

– Имеете в виду мою забегаловку? – Ма Цян смутился. – На втором этаже есть комната, но условия там ужасные. Не сравнить с «Юэхайванем». Иногда переночевать можно, но жить там постоянно – это для Сюэли уже слишком.

– Говоришь, закрываешься после одиннадцати? – вмешался Ли Бинь, делая записи. – Но шашлычная всегда была открыта допоздна. Я сам видел у тебя клиентов часа в два ночи.

– То раньше было… Теперь мы по ночам не работаем.

– Почему?

– Уж очень утомительно работать до утра.

– Деньги, считай, сами в руки плывут, а ты устал? Для шашлычной работать до рассвета – обычное дело.

Произнеся это, Ли Бинь переглянулся с Тань Юном. Тот мгновенно уловил намек и спросил Ма Цяна:

– Раз вы с Ли Сюэли встречаетесь, то ты в курсе последних событий?

– Угу…

– Значит, ты решил, что незачем горбатиться, ведь Ли Сюэли скоро получит больше двадцати миллионов. Если поженитесь – эти деньги станут и твоими. А насчет квартиры можно вообще не беспокоиться.

Ма Цян замер с приоткрытым ртом, явно застигнутый врасплох. Его растерянность красноречиво подтверждала догадку полицейских.

– Лао Тань, Ма Цян – человек простой, – вступилась Ли Сюэли. – К чему эти вопросы? Они хоть как-то связаны с делом?

– Ладно, тогда задам вопросы по существу, – сдался Тань Юн. – Ма Цян, отвечай честно.

– Конечно, – кивнул Ма Цян.

– Вчера вечером во сколько ты пришел в «Юэхайвань»?

– Около половины двенадцатого.

– И после этого вы с Ли Сюэли не выходили?

– Нет.

– Во сколько легли спать?

– Дайте подумать… Я пришел, помылся и уснул где-то без двадцати двенадцать.

Тань Юн сразу уловил несоответствие:

– В это время Ся Ци как раз написала в группу то важное сообщение. Вы же еще не спали? Ли Сюэли, ты видела это сообщение?

– Я… не видела. Заметила только утром.

– Почему?

– Мы в тот момент… – Ли Сюэли покраснела. – Лао Тань, ты думаешь, Ма Цян приходил ко мне просто поспать?

– То есть вы были… заняты и не смотрели в телефон, – понял Тань Юн.

– Ага…

– Сюэли, не сердись за бестактность, но это важно – сколько времени это заняло? С двенадцати до половины первого вы постоянно были вместе?

– Да, – твердо ответила Ли Сюэли. – До часу ночи примерно… Не расставались ни на минуту.

– Целый час? – прошептал Ван Синсин с примесью зависти в голосе.

Ли Сюэли, испытывая неловкость от таких откровений, смущенно сказала:

– Лао Тань, довольно уже! Почему ты допрашиваешь только нас?

– Не переживай, допросим всех. – Тань Юн обратился к другим членам «Большой семьи». – Пусть каждый расскажет, где был вчера с двенадцати до половины первого.

Ван Синсин вызвался первым:

– Я всю ночь играл в онлайн-игру. С ужина до трех утра. Есть свидетели.

– Какие свидетели?

– Это массовая многопользовательская игра, где мы сражаемся командами. Все мои напарники подтвердят, что я был в Сети.

– И это все твое алиби? – усомнился Ли Бинь. – Ты мог просто дать кому-то свой аккаунт.

– Теоретически – да, но на практике нет. Мой игровой стиль уникален, повторить его невозможно. Спросите у команды – они сразу узнают, играл с ними я или кто-то другой.

Ли Бинь молчал. Тань Юн продолжил:

– Мы это проверим. Остальные?

– После случая с отравлением я перестала ходить в бар, каждый вечер сижу дома, – ответила Хань Лэй. – Вчера смотрела короткие видео. После сообщения Ся Ци в одиннадцать с чем-то отправила кучу вопросительных стикеров и потом все думала, что бы значили ее слова. Уснула около часа.

– На то сообщение отреагировали только Ван Синсин, Хань Лэй и Гу Лэй, – уточнил Тань Юн. – Никто потом не писал и не звонил Ся Ци?

Все трое покачали головой. Ван Синсин пояснил:

– Она же написала «завтра обсудим». Я решил ее не беспокоить.

– Я тоже, – поддержала Хань Лэй. – Тема слишком деликатная. Ся Ци все равно бы ничего не сказала, пока не убедилась бы на сто процентов.

– Мы с Сяотун тоже так подумали. – Гу Лэй нервно почесал затылок. – Обсуждали сообщение Ся Ци до половины первого, потом легли, но долго не могли уснуть. Мы подтвердим алиби друг друга. Хотя, Лао Тань, ты же сам говорил, что супруги не вправе выступать свидетелями друг для друга.

Тань Юн промолчал и перевел взгляд на Фань Линь и Шэнь Фэнся.

– У меня тоже нет свидетелей, – сказала Фань Линь. – Вэньцзин уснула около девяти. Я почитала, легла до одиннадцати и отключила вайфай, поэтому даже не видела сообщения Ся Ци.

– Я легла спать около десяти вечера, и все, – кратко заявила Шэнь Фэнся.

– Получается, ни у кого нет железного алиби, – констатировал Тань Юн.

– Но Ма Цян же сказал… – начала Ли Сюэли, но вздохнула. – Мы тоже не можем выступать свидетелями друг для друга, да?

– Лао Тань, тебе нужно, чтобы алиби подтвердил посторонний человек? – спросила Фань Линь. – Но кто сейчас осмелится выходить ночью? Да и ты же велел нам запираться на все замки!

Тань Юн понимал относительную бессмысленность следующих вопросов, но процедура требовала их задать. Он обдумывал дальнейшую стратегию.

– Вчера вы с Ли Бинем велели нам запереть двери, – прервал молчание Гу Лэй. – Все так и сделали – включая Ся Ци. Как тогда убийца проник к ней?

– Меня тоже мучает этот вопрос, – тревожно произнесла Хань Лэй. – Если даже запертая на все замки дверь не останавливает убийцу, как мы можем спать спокойно?

На совещании в уголовном отделе Тань Юн уже высказывал свои предположения, но теперь хотел услышать мнение остальных.

– Как, по-вашему, убийца это сделал?

– Есть только одно объяснение, – сказала Су Сяотун.

– Какое? – спросил Тань Юн.

– Он каким-то образом заставил Ся Ци открыть дверь. Скорее всего, обманом. И напал как раз в тот момент, когда она отперла дверь.

«Точно как я и предполагал», – подумал Тань Юн.

Су Сяотун явно обладала ясным умом и аналитическими способностями выше среднего. Вряд ли