Современный российский детектив - Анна Майская

В этот момент монстр смог собраться с силами и бросился на человека, представлявшего для него в это мгновение очевидную опасность и наиболее значимую угрозу; не обращая внимания на вонзившиеся в его тело все, восемь, пуль, он двигался вполне уверенно, словно бы и не получал никаких ранений. Между тем майор действовал хладнокровно, не допуская ни одного неоправданного движения и будто бы превратившись в этот момент в механическую машину — он полностью оправдывал свою, саму говорящую за себя, фамилию. Однако, как бы он не старался, но у него так и не получилось вовремя передернуть затвор, и в тот момент, когда он это осуществлял, в брюшную полость ему уже направлялся острый клинок кухонного ножа, остро заточенного и не дающего возможности на пощаду; Алексей Николаевич смог среагировать на этот убийственный выпад: отточенным долгими тренировками отклонением он увел в сторону корпус, одновременно досылая патрон в патронник.

Так получилось, что маньяк, нанося свой удар, промахнувшись, по инерции подался немного вперед, несколько согнувшись и оказавшись боковой частью своей головы на одном уровне с уведенным в результате перехода лицом опытного начальника; моментально приставленное к его уху дуло вороненного пистолета и тут же произведенный целенаправленный выстрел решили исход этого необычного поединка: бездушный незнакомец дернулся всем своим телом и стал клониться налево, вместе с тем он каким-то непостижимым образом смог повернуть свое туловище по направлению к выстрелившему противнику, предприняв одновременный выброс вперед руки, вооруженной огромным острым клинком, и пытаясь при этом наотмашь ударить своего неприятеля; Бесстрашный был к чему-то такому готов и успел, широко расставляя руки, подать назад ту часть своего корпуса, которой предназначался смертельный удар, но тем не менее не смог сделать этого до конца, и острозаточенный кончик все-таки полоснул ему по верхней части груди, широко рассекая кожу.

— Тьфу, ты! — не позабыв матерных слов, выругался начальник уголовного розыска, мельком взглянув на свою рану и прекрасно понимая, что в этой части туловища обильного кровотечения в общем-то не последует. — Надо было хотя бы бронежилет надеть.

Он не стал дожидаться, пока незнакомец, ко всеобщему удивлению являвшийся абсолютной копией его подчиненного, предпримет еще какие-нибудь удивительные и неординарные действия, и, пока он еще даже не достиг полового покрытия, начал практически в упор разряжать в его голову только что замененный магазин ни разу не подводившего табельного оружия; последняя пуля вонзалась уже в полностью мертвую голову, лежащую на полу и изрядно к этому моменту «потрепанную», принадлежавшую жестокому маньяку-убийце, бесчеловечному, наводившему кромешный ужас на всю ивановскую округу.

— Ну вот, — не позабыл Алексей Николаевич просветить поверженного врага одной небезызвестной фразой, — «Бог создал одних людей сильными, других — слабыми, а мистер Кольт сделал всех равными».

Теперь уже, когда бесчеловечный преступник был повержен и, дергаясь в предсмертных судорогах, лежал на бетонном полу, офицер наконец смог отвлечь свое внимание от необходимости вести поединок и сконцентрировал его на кошмарах, царивших в этой подвальной комнате.

— Да-а, — сморщившись от представшего перед ним непередаваемого по жути зрелища, произнес начальник уголовного розыска, — жутковатое он создал себе местечко.

В этот же самый момент Градов Денис, словно только и ждавший подтверждения угнетающих его в этот момент мыслей, из своего полусидящего положения резко поднялся на ноги и стал активно очищать еще не готовый для подобных созерцаний желудок. Бесстрашный же, убедившись, что его рана и в самом деле не является такой уж опасной — хотя и широко рассечена, но лишь слегка кровоточит — пнул ногой бесчувственное тело только что ликвидированного им жестокого маньяка-убийцы и занялся уже наконец освобождением исстрадавшейся и вконец измученной девушки.

Эпилог

В кабинете подполковника Сазонова, в Управлении Министерства внутренних дел по Ивановской области, собрались все участники недавних событий: Елисеева Наташа, несмотря на свои телесные повреждения не пожелавшая оставаться на излечение в стационаре, ее американский возлюбленный Майкл O’Доннелл, чувствовавшийся себя после ранения к этому моменту довольно сносно, молодой оперуполномоченный Градов, кроме легкого головокружения не получивший никаких других повреждений, и, конечно, майор Бесстрашный, отделавшийся всего лишь легкой повязкой.

Из-за полученных в ходе этой чудовищной истории травм и увечий, лицо зеленоглазой блондинки было до неузнаваемости изуродовано гематомами и кровоподтеками, так что старшему офицеру пришлось воспользоваться фотографическими снимками, чтобы понять, как же она выглядит в обычное, не связанное с чудовищными событьями, время. Кроме ее фотографии, у него на столе в этот момент лежала и карточка Дениса, на время изъятая им из его личного дела. Прежде чем начать говорить, Михаил Александрович внимательно изучил оба изображения, после чего перешел к сути того, из-за чего, собственно, все у него сейчас собра́лись.

— Надеюсь, ни для кого уже не секрет, — начал подполковник полиции, — что эти молодые люди, — здесь он кивнул головой в сторону сидевших подле друг друга блондинки, обладавшей изумрудными глазками, и совсем еще юного полицейского, — являются друг другу кровными родственниками: достаточно только взглянуть на их снимки, и не потребуется никакой генетической экспертизы. Вместе с тем у меня есть и еще одна фотография, которая, думаю, интересна всем здесь присутствующим не меньше, а может быть даже и больше, и вот на ней запечатлен тот безжалостный, бесчеловечный маньяк-убийца, терроризировавший нашу область все последнее время; предположу, что всем хочется узнать: как же вдруг оказались связаны в этой жесткой кровавой бойне все эти люди, до этого момента совершенно не знавшие друг о друге ни словом ни делом?

Все молча кивнули головами в ответ, подтверждая, что готовы выслушать всю страшную правду, копившуюся все это долгое время. Получив одобрение присутствующих, Сазонов перешел к последовательному изложению уже беспрекословно установленных к этому времени фактов.

— Как я понимаю, началась эта история в далекие девяностые годы, когда ваши родители, — здесь он слегка кивнул головой в сторону Градова и Елисеевой, — погибли при трагических обстоятельствах, где отец был застрелен в ходе бандитских разборок, а мать скончалась при родах, пустив одновременно на свет сразу же двух младенцев. Далее, оставшихся без опеки детей распределили по детским домам и приютам; кому-то повезло больше, и он обрел своих новых родителей, — жестом руки он указал на Дениса, — а кто-то так и остался на попечении государства. Девушка, как я понимаю, смогла справиться со всеми свалившимися на нее трудностями, а вот ваш еще один брат не выдержал всех этих тягостных испытаний; сначала он как бы даже смирился со своим угнетающим положением, но его мировоззрение было