Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

Но единственное, что заглушало их голоса, – редкие раскаты грома. Молния освещала Бийц, и Лори была благодарна за эти краткие перерывы. Пальцы на ногах онемели от ледяного дождя, но гроза хотя бы немного разгоняла мрак этого места. Призраки не смогут последовать за ней отсюда, из пристанища смерти.

Она то и дело поскальзывалась в грязи, но шла и шла по их собственным следам. Даже когда дождь перестал, а грозовые тучи закрыли луну, оставив Лори в непроглядной тьме, она продолжала идти, двигаясь на ощупь. Спина и ноги болели, она проголодалась, вымоталась, замерзла. Через дыру в одном ботинке просачивалась вода, организм молил о возможности поспать. Но она заставляла себя идти через силу, пока горизонта не коснулся первый лучик восходящего солнца.

Когда Лори увидела его, еще не рассвело окончательно – ее последний день в долине Бийц начался с уныло-серого пейзажа. Дождь утих. А мужчина, поднимаясь по тропе, с виду становился выше с каждым шагом. Его руки, похожие на обезьяньи, болтались по бокам. Черный костюм помялся, но был сухим, не то что у Лори. Зато висел он на старике мешком – размера на два больше нужного.

Взглянув на нее, он приподнял шляпу в знак приветствия.

Лори не сбавила шага. Теперь от дьякона некого было прятать. Когда они сравнялись, он остановился. Она, сама не зная почему, тоже остановилась. Чувствовала, что должна что-то сказать или доказать, но не знала, что именно.

Старик сверкнул далеко не белоснежной улыбкой.

– Похоже, твое путешествие подошло к концу, дитя.

Лори кивнула, но не нашлась, что сказать.

Желтушные глаза мужчины расширились, когда он заговорил:

– Только теперь ты путешествуешь одна. Но, как я уже говорил, по этой реке никто не путешествует в одиночку, правда?

Слова посыпались с ее губ как песок:

– Нет. Не в одиночку.

– Должно быть, ты сходила удачно. – Лори кивнула. – Думаю, ты получила то, что хотела. По глазам вижу. Однажды, когда я крестил своих детей, у меня были такие же глаза. Я видел свое отражение в реке. Видел на своем лице то, что вижу на твоем, дитя. – Его гримаса сменилась широкой улыбкой. – Ты молодец. Ты все сделала правильно.

Дьякон наклонился, словно обнюхивая ее. Когда его руки легли на плечи Лори, она не дрогнула и не отстранилась. Взгляд остался твердым.

– Я рад, что у тебя был такой приятный визит, дитя.

Они помолчали. Наконец Лори заговорила:

– Мои дела здесь закончены. Вряд ли я увижу вас снова.

– Нет, пожалуй, нет. Но я уверен, что обязательно еще тебя увижу. В газетах или еще где-нибудь.

Лори не ответила. Она посмотрела вдаль, заметив блеск хрома. Слава богу, машина все еще стоит там, где она ее припарковала.

Она почти выбралась.

– Иди с миром, – сказал старик. – Пора получить ту реальность, которую ты заслужила.

Рассмеявшись, он зашаркал дальше, и деревья, растущие по обе стороны от тропы, как будто бы наклонились, словно навеки укутывая его здесь, в долине Бийц. Старик склонил голову к ветвям и запел:

– Да, мы встретимся у реки! У прекрасной, прелестной реки! С Речником встретимся у реки. Она красна от нашей крови.

Лори прошла мимо знака «Добро пожаловать». Прошлое осталось в прошлом. Оно больше не могло причинить ей боль. Лори открыла машину и забралась внутрь, включив печку еще до того, как завела двигатель. Громко заиграло радио, прерываемое помехами. Разве она не выключила его, прежде чем они доехали? Из динамиков доносились блюзовые гитарные переборы, а над всем этим, как дым, плыл предсмертный стон. Лори вывернула громкость с такой силой, что пластиковая накладка отвалилась. Музыка поутихла, но продолжала играть до тех пор, пока она не выехала из Бийца. Затем наступила тишина. Лес в зеркале заднего вида становился все темнее, все меньше, пока не исчез совсем.

Лори вздрогнула, услышав голос. По радио тихо, еле пробиваясь сквозь помехи, вещала женщина-репортер:

– Полиция штата оцепила район…

Какой район? Лори не улыбалось добираться домой по пробкам. Она потянулась к тому, что осталось от регулятора громкости, и как-то умудрилась сделать громче.

– Источники подтвердили, что большинство беглецов были пойманы, но во время вчерашних беспорядков в тюрьме Варден одному заключенному удалось бежать, его разыскивают до сих пор… – Лори задохнулась. Костяшки пальцев, сжимавших руль, побелели.

– Имя этого человека пока не разглашается…

Но Лори уже знала. Сердцем и чреслами чувствовала – тепло и новую надежду.

– …утверждается, что он крайне опасен и, скорее всего, вооружен, так как бунтовщикам удалось одолеть многих охранников и лишить их оружия. Это происшествие называют одним из самых жестких тюремных бунтов за последние десятилетия, погибло семнадцать человек, десятки получили ранения.

На глаза Лори навернулись слезы радости. От избытка чувств она рассмеялась. Речник не терял времени даром. Ее долгое, изнурительное путешествие стоило всех ужасов и страданий. Она не напрасно принесла эти жертвы. Лори доказала, что достойна Эдмунда Кокса, и теперь он спешил в ее распростертые объятия. Она чуяла это каждой клеточкой своего тела. Эдмунд слишком умен, чтобы попасться теперь, вырвавшись на свободу. Наверное, бунт поднял именно он. Отвлек внимание, чтобы легче было бежать. Наверняка предварительно разработал план. Точно так же, как Лори прошла через насилие и тьму ради Эдмунда, он теперь отправлялся в путешествие ради нее. Сила их любви была единственным компасом, который им требовался, маяком в темноте, в которой они жили друг без друга. Теперь эта тьма почти рассеялась. Лори чувствовала, как это происходит.

Она просияла, глядя на свое отражение в зеркале.

Так вот какое оно – счастье.

Глава 24

Лори успешно избежала патрульных офицеров и кордонов. Она хотела было поискать Эдмунда сама, но решила, что лучше отправиться домой. У Эдмунда есть ее адрес, она ведь указывала его в каждом письме. Он приедет к ней целый и невредимый. Полиция не сможет их остановить, не сможет найти. Благодаря Лори их любовь непобедима. Препятствий больше нет. Эбби мертва, стены тюрьмы рухнули. Теперь они могут сбежать в Монреаль, в Кабо-Сан-Лукас, куда угодно.

Лори поднялась по лестнице на свой этаж. Шаги эхом отдавались в пустом холле. Здесь было холодно, но скоро она согреется. Эдмунд позаботится об этом. Он заключит ее в объятия, уложит и войдет в нее. При одной мысли об этом Лори бросило в жар. Хотелось надеяться, что у нее еще будет время привести себя в порядок. Она хотела принять ванну, побриться и только потом предстать перед своим королем. Немного косметики, парфюм, белье. Первое впечатление