Операция «Барбадосса» - Майк Логинов

— Такая проверка проводилась, и инспекторы ничего не нашли. Твоя компания не нарушает никаких правил, Рэй!

— Это не моя компания!

— Неважно, ты понимаешь, о чем я.

— А если вы получите письменное заявление?

— От кого?

— Ну хотя бы от меня!

Кьяра рассмеялась:

— Ну знаешь, Рэй! Я не припомню случая, чтобы директор обращался в правительство с просьбой остановить работу его компании. Но допустим, ты подашь такое заявление. Там надо будет все подробно описать, привести убедительные доказательства того, что может случиться какая-то катастрофа. Они у тебя есть?

Я подумал, что в этом деле мне мог бы помочь Тедди Кржеминьский, но увы…

— Я понял.

— Разумеется, если такие доказательства будут представлены, мы внимательно их изучим и примем соответствующее решение. — Голос Кьяры зазвучал мягче. — Но пойми, Рэй, мы не можем действовать на основании догадок и слухов. Скажу тебе, между нами, что правительство возлагает большие надежды на литиевый проект. Диверсификация экономики и все дела… Ты понимаешь?

Я понимал.

— Скажи, Кьяра, ты можешь передать наш разговор Реджи?

Реджинальд Ригби был секретарем по торговле, то есть прямым начальником Боулис.

— Могу, — ответила Кьяра, — но, думаю, он скажет то же самое.

Я понял, что пора трубить отступление.

— Спасибо, Кьяра, что уделила мне время, — сказал я.

— Была рада тебя слышать, — ответила Боулис. — Звони, если будут какие-то новости.

Рэй выслушивает доклад Тони

Вечером я позвонил Тони.

— Ну как дела? — поинтересовалась она.

— Не могу похвастаться особыми успехами, — признался я. — Похоже, правительство очаровано перспективами превратить остров в великую литиевую державу. От меня потребовали доказательств того, что продолжение работ на Мауна-Браво приведет к катастрофе. Без этого они пальцем не пошевелят!

— А что ты рассказал? — спросила Тони.

Я коротко передал ей свой разговор с Кьярой.

— Я не решился произнести вслух слова «атомная бомба», — признался я. — Думаешь, надо было?

— Нет, не думаю, — спокойно сказала Тони. — Это только усилило бы недоверие. Однако я не считаю, что ты потратил время зря, Рэй!

— М-да… А что у тебя?

— Не могу сказать, что сильно обошла тебя по части новой информации, но кое-что любопытное было, — сказала Тони. — Я говорила с Мамисом.

— Вот как!

— Да, он был у меня в баре.

— Сам пришел?

— Нет, я его пригласила. Сказала, что нам надо поговорить о тебе, о Гречко и вообще обо всех делах, связанных с Мауна-Браво.

— Ну и что он?

— Сразу явился. Видно, что это дело его интересует.

— Он все так же шипел, плевался и грозился упечь меня в федеральную тюрьму?

— Нет, он немного успокоился, хотя по-прежнему считает, что это ты помог Гречко бежать с острова.

— Это не я!

— Я тебе верю, Рэй! И попыталась убедить Мамиса в твоей невиновности.

— И как? Удалось?

— Не уверена на все сто процентов, но одно могу сказать точно: когда Мамис уходил, настроен он был уже не так воинственно.

— Что же ты ему сказала?

— Я апеллировала к его чувствам, — томным голосом произнесла Тони.

— Это как же?

— Вы, мужчины, всегда пытаетесь победить с помощью логики, фактов, а иногда надо включать эмоции. Я сказала Мамису, что у нас с тобой роман.

— Не возражаю против такой трактовки наших отношений, но какое это имеет отношение к делу?

— Я призналась, что мы встречаемся с тобой уже несколько месяцев, — продолжала мурлыкать Тони. — За это время я успела узнать тебя поближе и могу точно сказать, что ты не диверсант и не террорист, а просто олух царя небесного.

— Ты правда так думаешь? — растерянно спросил я.

— Нет, конечно, — мягко сказала Тони. — Но у Мамиса действительно сложилось превратное представление о тебе, и мне надо было его разрушить. Я сказала ему, что ты хороший человек и вообще ввязался во всю эту странную историю из-за меня. Ну, чтобы произвести на меня впечатление.

Я опешил.

— Ты так и сказала?

— Ну примерно.

— А ведь это правда, Тони!

— Что правда?

— Я влез в это из-за тебя. Конечно, не только, но и из-за тебя тоже. Я думал… Я хотел красиво ухаживать за тобой. Водить тебя в хорошие рестораны, делать подарки, а для этого нужны деньги, ведь правда? И тут вдруг это предложение Вайса!

— Так это я Вайсу обязана тем, что ты тогда пригласил меня на пляж, а потом в отель? — рассмеялась Тони.

Я окончательно смешался.

— Ну отчасти.

— Я очень тронута, Рэй, серьезно, — сказала Тони. — В жизни я встречала не так много мужчин, которые были готовы продать душу дьяволу ради меня. Но, пожалуйста, не записывайся в «Аль-Каиду»[4], когда я скажу, что мне нужна новая машина, хорошо?

— Договорились.

— Так вот. Я сказала Мамису, что тебя используют. Пожалуйста, не обижайся!

— Да что уж тут обижаться! — вздохнул я. — Так оно и есть.

— Ты уже давно смекнул, что с литиевым проектом что-то неладно, и пытаешься разобраться, но у тебя недостаточно информации.

— С этим я тоже спорить не стану.

— И ты, конечно, не имеешь никакого отношения к исчезновению Гречко, равно как и к его появлению. Разумеется, тебе и в голову не приходило, что он мог путешествовать под чужим именем и въехать на Барбадоссу по фальшивому паспорту.

— Ты рассказала ему про бомбу?

— Это была, пожалуй, самая сложная часть разговора. Я постаралась сделать все аккуратно.

— И что он?

— Видишь ли, Кингсли — неплохой малый, но ему, как многим служакам, не хватает фантазии.

— Он тебе не поверил!

— Нет, не поверил! — засмеялась Тони. — Сказал, что такого не может быть!

— Теперь ты понимаешь, почему я не сказал этого Кьяре!

— Прекрасно понимаю.

— А какая у него рабочая версия?

— На самом деле она похожа на то, что тебе пытается втирать Вайс, но с существенным отличием. Твой Бруно утверждает, что литиевый проект — это частное предприятие неизвестных русских, которые хотят срубить бабла в обход санкций. Мамис убежден, что это государственное дело, его цель — заполучить какое-то стратегическое сырье для русского ВПК под носом у американцев. Может быть, это и вправду литий, а может, какой-нибудь германий.

— Мы можем рассчитывать на его помощь в кризисной ситуации?

— Он ничего не обещал, но…

— Что «но»?

— Думаю, я заронила в его душу сомнение, — усмехнулась Тони. — Таким людям, как Мамис, нужно время для того, чтобы новые, непривычные мысли уложились у них в голове. Я убеждена, что наш рассказ про «Калипсо» он проверит.

— То есть ты полагаешь, что тоже не потеряла время зря?

— Думаю, что нет.

— Хорошо, теперь моя очередь — я поговорю с Фун Чао.

— Отлично,