Презумпция виновности. Часть 2. Свой среди чужих, чужой среди своих - Макс Ганин

работы или другие провинности. Отсидев в ШИЗО три раза по пятнадцать суток, Длинный получил клеймо злостника и долгожданный билет на этап в колонию общего режима. Только его никто не предупредил, что это клеймо впоследствии перерастет в его головную боль уже на свободе, когда ему придется в течение трех лет по решению суда иметь кучу ограничений в гражданских правах и еженедельные обязательные явки в исполнительную систему для отметок. Тогда он об этом не думал, а теперь хватался за голову и бормотал, что такого не выдержит. Бывалые семерочники в один голос утверждали, что Леха скоро снова сядет. Они таких, как он, видели насквозь и встречали на своем длинном лагерном пути немало.

Самым веселым и беззаботным обитателем первого отряда — да, наверное, и всего лагеря — был Александр Сергеевич Руличев по кличке Руль. Лысый как коленка, среднего роста, приятной наружности с вкрадчивым бархатным баритоном, он вызывал доверие окружающих, чем активно и пользовался по жизни, став профессиональным мошенником. В свои тридцать восемь лет он уже досиделся до особого режима и был вывезен на семерку из ИК-8 по особому распоряжению начальника лагеря. На восьмерке при содействии сотрудников администрации он организовал кол-центр в своем бараке и зарабатывал миллионы рублей ежемесячно: как себе с подчиненными, так и ментам. Когда риск оказаться раскрытыми из-за шквала заявлений со стороны потерпевших превысил жажду наживы, начальник решил временно прикрыть лавочку, а Руля спрятать на полгодика на семерке, где тот со своими деньжищами чувствовал себя как кум королю.

Присмотревшись к Григорию поближе и приняв его за своего парня — мошенника, Саша Руличев сдружился с ним и стал с удовольствием делиться своими преступными ноу-хау во время прогулок по локалке барака. Когда он рассказывал о своих реальных мошеннических кейсах, Тополев только удивлялся выдумке Руля и глупости пострадавших от него. Он вспоминал Нугзара Шамбу с Бутырки, тогда казавшегося ему суперпрофессионалом, с рассказами о его схемах и преступлениях. Теперь через призму времени и по сравнению с изощренными многоходовками Руля Тополев понимал всю наивность и дешевизну тех впечатлений от воровской романтики Шамбы.

Самые простые его схемы экспроприации денег у лохов — это объявления на «Авито», сайте частных объявлений по продаже товаров и услуг. Саша изучал рынок дорогостоящей строительной техники, затем размещал от имени своей фирмы-однодневки объявление о продаже, к примеру, автокрана с большой скидкой, прикладывал фотографии этого автомобиля, взятые из интернета, и ждал поклевки. Затем наступало время для его таланта убеждения.

— Алло! Здравствуйте! Я вам звоню по объявлению на «Авито». Автокран еще продается?

— Да, добрый день! Еще остался, но заинтересованных много.

— Подскажите, пожалуйста, в каком он состоянии?

— Не могу сказать, что в отличном, так как он почти год отработал, но все агрегаты и узлы в норме, техническое обслуживание прошел в срок, замечаний у слесарей и водителя не было.

— Тогда почему так дешево отдаете?

— Наша компания из Сургута. Здесь, в Московской области, объект мы достроили, поэтому всю технику распродаем. Не везти же ее в Сургут! Это накладно, а потом мы специально все покупали под эту стройку и заложили в себестоимость, поэтому можем себе позволить и демпинговать. Нам главное — поскорее все распродать и уехать домой.

— Хорошо, а как бы посмотреть ваш кран?

— Да приезжайте к нам в Ступино и смотрите, сколько угодно, только я вас сразу предупреждаю: звонков очень много, и, пока вы едете, кран, скорее всего, уже уйдет.

— А как бы нам с вами договориться, чтобы вы его придержали?

— Я могу предложить вам только один вариант — договор аванса на три миллиона рублей. Это двадцать процентов от стоимости.

— А если он нам не подойдет, как быть с деньгами?

— А мы пропишем в договоре, что аванс в случае отказа покупателя от товара возвращается немедленно в день составления акта об отказе.

— Хорошо, мы подумаем…

— Извините, меня зовут ко второму телефону… — Руличев, делая вид, что говорит с другим клиентом, отходит от телефонного аппарата и на расстоянии продолжает: — Да, слушаю вас. Да, продаем. Да почти новый. Да, только у меня на другой трубке тоже покупатель висит. Если они сейчас не подтвердят внесение аванса, тогда приезжайте. Минуточку… — возвращается к трубке и говорит: — Ну что, переводите аванс? А то тут ваши конкуренты уже готовы это сделать, но так как у вас право «первой ночи», спрашиваю вас.

— Присылайте договор и реквизиты, мы в течение часа переведем и через три часа будем у вас.

— Только давайте договоримся: если через час от вас платежа не будет, я звоню другим. Сами поймите, бизнес — ничего личного!

Тополев мысленно удивился с какой легкостью его сограждане поддаются на такого рода мошенничество и развод.

— И что, платят? — с недоумением и восторгом спросил Гриша.

— Еще как! Я этот кран за неделю раз пять «продать» успеваю, пока менты с заявлениями терпил мурыжат и постановление на арест счета получают. А когда приходят в банк, там уже голяк. Все ушло по схематозу и обналичено!

— Ну, я так понимаю, что не всегда все удачно проходит, бывают и проколы? — едко подметил Григорий.

— Ты про мои отсидки? — переспросил Руличев. — Ты удивишься, но только первый свой срок я получил по статье 159 за мошенничество, второй был за наркотики, а третий, по которому сейчас сижу, — за нанесение тяжких телесных: в ресторане бутылкой башку одному хаму разбил неудачно.

— Неудачно для кого?

— Для меня, конечно! — взорвался хохотом Руль. — Эта пьяная падла жену мою оскорбил, а это позволено только мне!

— А как же так получилось, что при твоем криминальном таланте мошенника ты садился не по профессиональной линии, а по побочной? — поинтересовался Гриша.

— После первой отсидки набрался опыта, наслушался других, сделал выводы, узнал всю систему изнутри, научился вовремя останавливаться и ловко заметать следы.

— А чего же тогда за наркоту присел, если такой опытный стал? — не унимался Тополев.

— Это моя простительная слабость, — жеманничая и весело подмигивая, ответил Саша. — Когда деньги девать некуда, начинаешь искать радости жизни в дорогом алкоголе, колумбийском кокаине, кубинских сигарах. Вот как-то в клубе и попал на рейд наркоконтроля обдолбанный и с пакетиком дури в кармане. Денег сдуру пожалел мусорам заплатить, вот и уехал на четыре года на строгий.

— А в третий раз тоже денег пожалел, когда голову разбил?

— Да там бесполезно платить было! — возмущенно отреагировал Руличев. — Терпилой оказался сынок какого-то ментовского начальника, поэтому меня на раз-два-три задержали, арестовали и осудили, я даже не успел кайф словить от СИЗО, как на восьмерке оказался с пятериком за пазухой.

— А на восьмерке чем твой кол-центр занимался?

— О-о-о!