Современный зарубежный детектив-14. Книги 1-22 - Себастьян Фитцек

– Это всего лишь дегустационное меню, – заверил его Нед, когда мы наконец покинули шале. – Просто попробуй что сможешь. Блюда будут крошечными.

Он, как всегда, оказался абсолютно прав. Еды во всех семи переменах едва ли набралось бы на целую тарелку, пусть все было и очень вкусно. Среди угощений особенно выделялись фирменные улитки, мусс из лосося, который я бы с удовольствием съел и большую миску, по паре мидий на каждого с соусом «Эмменталь» и десерт – таявший во рту шоколадный рулет.

Пол заметно расслабился в компании герра и фрау Тубибояд, которые рассказали нам множество историй о своих пеших приключениях в горах. Кажется, технолог даже с наслаждением смаковал мидии, которые, на мой вкус, были довольно посредственными.

Ужин продвинулся приблизительно на две трети, когда за столиком Пекамсов возникла суматоха. Резкие фразы громким голосом Чарли периодически сменялись торопливыми тирадами на французском от шарообразной фигуры в белой форме шеф-повара. Пол сперва выглядел встревоженным, но потом, видимо, заинтересовался ситуацией. Он подозвал официанта и спросил, в чем заключалась проблема. Оказалось, что один из гостей заявил, будто улиток готовили не свежими, а привезли замороженными из супермаркета. Шеф-повар, сам Кай Иден, вылетел из кухни, чтобы опровергнуть обвинение.

– Разве клиент не всегда прав? – с довольной полуулыбкой осведомился Пол. – И вообще, чем плохи замороженные продукты?

Официант покачал головой:

– Только не вздумайте высказать эту еретическую идею Каю Идену. Иначе навлечете на себя всю мощь его праведного гнева.

Шеф-повар бросил последнее и очень французское оскорбление в адрес Чарли, затем вернулся на кухню. Оппонент же снова сел на место, и остаток вечера прошел спокойно. По просьбе Пола мы покинули ресторан сразу же по завершении ужина, хотя Пекамсы с жаром уговаривали нас присоединиться к ним в баре. Однако мы удалились, чтобы насладиться тишиной и покоем нашего шале.

* * *

На следующий день ближе к обеду, после активно проведенного утра и успешно завершенного слалома, мы с Недом отправились на обед в бар, где узнали шокирующие новости. Там находилась Шона, облаченная в «штатское» вместо лыжного костюма. Она выглядела не слишком здоровой и читала журнал. Когда Нед справился о ее самочувствии, миссис Пекамс нахмурилась и пробормотала что-то про «данайцев, дары приносящих». А когда он начал уточнять детали, то объяснила, что прошлым вечером Хейди оставила у них на крыльце в качестве «знака перемирия» коробку с печеньем. Голодные после скудного ужина в отеле, чета Пекамс проглотила все разом.

А этим утром Шона проснулась чуть ли не до рассвета, чтобы извергнуть «цунамиподобные волны рвоты», как она красочно описала происшествие, обвинив в своем недомогании рождественское печенье. Когда же Нед предположил, что подозреваемыми скорее следовало назначить морепродукты за ужином накануне, поскольку Пол тоже страдал от несварения, собеседница только отмахнулась и повернулась к нам спиной.

Мы как раз размышляли, не заказать ли еще по порции неожиданно приличного горячего шоколада, который Янник Бергер щедро сдабривал бренди, когда в бар вошел Рассел Штубер и направился прямиком к Шоне, нервно сцепив руки за спиной.

– Можно поговорить с вами наедине, миссис Пекамс? Мне нужно сообщить нечто крайне важное.

С бесстрастным выражением лица она оторвалась от журнала. Затем кинула взгляд через плечо на нас с Недом и заявила:

– Что бы там ни было, можете говорить тут. Я среди друзей.

Рассел с беспокойством посмотрел на нас, и Нед ободряюще кивнул, призывая продолжать.

– Дело в мистере Пекамсе, – наконец решился владелец отеля. – Случилось несчастье. Он спускался вне трассы и врезался в дерево. Соболезную от всей души. – Его голос сорвался от печали, которая звучала искренне. – Ваш муж скончался на месте. Никто ничем не сумел бы помочь.

Шона и до новостей выглядела бледной, а после них и вовсе побелела, точно снег. И боюсь, если бы она не сидела, то упала бы. Однако ее первоначальное состояние быстро сменилось странным спокойствием. Прошло несколько минут, прежде чем она закрыла лицо ладонями и разразилась рыданиями.

* * *

Казалось, это был трагический несчастный случай, и ничего более. Чарли решил спуститься по особенно опасному склону, который Пол упоминал среди своих любимых. И не справился со сложным маневрированием. Свидетель утверждал, что отчаянный лыжник начал беспорядочно сворачивать в разные стороны, пока окончательно не потерял контроль и не устремился прямиком на группу деревьев.

Невзирая на явное горе, Шона предсказуемо не поверила, что муж погиб случайно. Когда приехали местные полицейские, что являлось обязательным при любых внезапных смертельных инцидентах, она потребовала, чтобы ее обвинения в адрес Хейди расследовали со всей серьезностью. А после сообщила нам, что выдвинула теорию, будто горничная намеренно отравила их с Чарли, и запросила проверку тела мужа на следы яда. И, конечно, рассказала полиции об «украденных» часах, на что получила ответ от удивленного офицера: они были на запястье погибшего в момент смерти. Циферблат разбился, и стрелки остановились на шести двадцати пяти.

– Вот только в это время Чарли еще находился в шале, – сказала Шона. – Я уже давно не спала из-за тошноты, пока он продолжал храпеть. И той ночью часы мы не нашли. Тогда каким образом циферблат мог разбиться? Готова поклясться, что их не было, когда муж отправился кататься. Наверняка он бы сообщил, если бы обнаружил их! Какая-то бессмыслица…

Как и заявление про отравленное печенье. Мы могли бы заверить, что оно вряд ли стало причиной потревоженного отдыха. От несварения страдала не только миссис Пекамс. Пол тоже не сумел добраться до горных склонов. С самого раннего утра он занимал уборную нашего шале собственной версией цунами. Позднее выяснилось, что столь же сильно нездоровилось и чете Тубибояд, которые тоже особенно налегали на мидии. Чарли отказался от своей порции на том основании, что моллюски чересчур чесночные. Остальные же, видимо, увернулись от пули в этой опасной игре в морепродуктовую рулетку.

И тем не менее Чарли погиб.

* * *

– Ты начал рассказывать историю с обсуждения убийства, – заметил Джеймс. – И вряд ли разочаруешь нас сейчас, сообщив, что гибель так и объявили несчастным случаем.

– Меня не включали в присяжные, чтобы судить об этом, – ответил Рой. – Да мне и самому бы не хотелось решать. Однако я получил юридическое образование и во время учебы не раз задумывался о тонкой грани между различными обвинительными приговорами, вынесенными в осуждение тех, кто сыграл роль в чьей-то чужой смерти. Убийство – предумышленное и непреднамеренное: причинение