Испытание прошлым - Оксана Алексеевна Ласовская

- Так почему же вы стоите у плиты! - всплеснула я руками, забирая у неё сковородку. - Идите примите таблетку и лягте отдохните. Я вернусь и всё доделаю.

- Вот ещё! - фыркнула свекровь. - Не так уж мне плохо, чтобы на диване лежать да в телевизор пялиться.

- Любую простуду нужно вылежать! Иначе получите осложнение! - пригрозила я, выключая конфорку. - Пожалуйста, полежите.

Глаза Валентины Петровны неожиданно наполнились слезами.

- Вам разве не нужно то, что я делаю? - тихо прошептала она. - Я всё зря стараюсь?

- Что вы! - укоризненно воскликнула я и, поддавшись порыву, крепко обняла её. - Я вам безмерно благодарна! Вы для нас столько делаете, я бы одна ни за что не справилась. Я просто переживаю за вас! Но если вам правда легче заниматься делами - не буду мешать.

- Спасибо, милая…

Валентина Петровна залилась румянцем и смущённо отстранилась. Она достала платок, шумно высморкалась и нехотя призналась:

- Честно говоря, голова раскалывается… Отдохнуть бы и правда не помешало.

- Идите в комнату Андрея и поспите.

Когда свекровь вышла, я наклонилась к дочери:

- Анют, позаботься о бабушке, ладно? Сделай ей чай с малиной, ты же умеешь.

- Сделаю, - прошамкала Аня с набитым ртом.

Я не могла сдержать улыбки: её нос и щёки были измазаны липким вареньем.

- А вы надолго? - неожиданно спросила она.

- Не знаю, как получится, - уклончиво ответила я и направилась к мужу.

- Наконец-то! - воскликнул он, воздев руки к небу. - Я уж думал, ты до вечера собираться будешь!

- Не ворчи, тебе не идёт! - бросила я ему через плечо и вышла из квартиры.

Дверь открыла Марина, и её глаза округлились от удивления при виде моего мужа.

- Ой, здравствуйте! - воскликнула она, поспешно посторонившись, и впустила нас в квартиру. - Проходите, пожалуйста! А вы что вместе? Так неожиданно…

- Марин, нам нужно с тобой серьёзно поговорить, - без тени улыбки сказала я и, бросив взгляд в сторону спальни её родителей, спросила: - Мама дома?

- Да… - девушка настороженно понизила голос. - А что случилось?

- Сейчас всё узнаешь, - пообещала я и, не дожидаясь приглашения, направилась на кухню.

За большим круглым столом сидела Татьяна, допивая чай с плюшками. Нам она обрадовалась как родным: вскочила, засуетилась, предлагая угощение. Мы вежливо отказались, объяснив, что пришли не для этого.

- Так что же случилось? - забеспокоилась Марина, ёрзая на стуле.

Взяв инициативу в свои руки, я начала рассказ. Когда я дошла до момента, где узнала Романа, Маринка внезапно перебила меня:

- Я так и поняла, что вы его знаете! - Она хлопнула ладонью по столу. - Но зачем же скрывали?

- Растерялась от неожиданности, - честно призналась я. - У меня был шок, поэтому я предпочла уйти и сначала разобраться в себе.

- Всё это понятно, - вмешалась Татьяна. - Но что вы хотите от нас? Вряд ли вы пришли просто для того, чтобы рассказать о Романе?

- Нет, - покачала головой я. - Если вы ещё не догадались, поясню: родной отец нашего Андрея и отец ребёнка Марины - один и тот же человек.

- Как?! - ахнула Маринка, закрыв рот ладонью.

- Это я уже поняла, - усмехнулась Татьяна, бросив на дочь неодобрительный взгляд. - Хорош гусь этот Роман! Но что сделано, то сделано.

Она сняла с безымянного пальца кольцо с крупным камнем и принялась водить им по столу.

- Так что же вы от нас хотите?

- Андрею нужен донор, - в разговор вступил Миша, до этого момента молчавший. - И…

- И вы хотите, чтобы им стал мой будущий внук или внучка, - опередила его Татьяна. - Я правильно поняла?

- Да, - подтвердила я, нервно теребя прядь волос. Голос мой сорвался на горячий, отчаянный шёпот: - Вы должны нас понять! Вы же мать! И вы врач, вы знаете, что процедура безопасна!

- Риск минимален, но он есть! - парировала Татьяна, с усилием возвращая кольцо на палец. - В любом случае решать Марине. Она - мать.

Мы все разом перевели взгляд на бледную девушку, до крови закусывающую губу.

- Нет! - вырвалось у неё, и она в отчаянии замотала головой. - Нет, даже не просите! Я не позволю рисковать моим ребёнком! Нет!

Я взглянула на Татьяну в поисках поддержки, но та упорно смотрела на стол, и стало ясно: она на стороне дочери.

- Пожалуйста… - взмолилась я осипшим, надтреснутым голосом, с трудом сдерживая слёзы. - Умоляю вас… Андрей ещё совсем маленький, он так хочет жить! Представьте, каково это - видеть, как он медленно угасает!

- Я всё понимаю, но поймите и вы меня! - поднялась Марина. - Я не могу на это пойти.

Все мои слова разбивались о стену непонимания. Да, чужое горе никому не нужно… И Андрей никому, кроме нас, не нужен.

Чувствуя, как подступают слёзы, я сползла на пол и встала на колени. Марина в испуге отшатнулась, её мать резко поднялась из-за стола, чтобы что-то сказать, но я перебила её, и голос мой сорвался на крик:

- Пожалуйста, умоляю вас! - Рыдания наконец вырвались наружу. - Мы заплатим вам, найдём любые деньги! Только помогите нам спасти Андрея!

Татьяна сухо покачала головой, стараясь не встречаться со мной глазами.

- Пойдём, Саша! - Миша бросился поднимать меня. - Хватит унижаться! Эти люди не способны думать ни о ком, кроме себя!

Он резко повернулся к Татьяне.

- Вы же прекрасно знаете, что малышу ничего не грозит! Но вам просто наплевать на чужие жизни! - голос Миши гремел от ярости. - А Саша бросала всё и мчалась к Марине по первому зову! Хотя Андрей уже тогда лежал в больнице! Думаете, ей было легко? Но она не смогла отказать! А вы делаете это так запросто! Пойдём! - рявкнул он и решительно направился к выходу.

Я вскочила на ноги и бросилась за ним. Марина с матерью остались стоять с каменными лицами. Я была благодарна Мише за эту речь. Грубовато, конечно, но он сказал всё то, что я не смогла бы проговорить вслух.

Когда вечером зазвонил мой мобильный, я взглянула на него с подозрением. Кому мы могли понадобиться в такой час? Неужели снова что-то случилось?

- Саш,