Современный зарубежный детектив-14. Книги 1-22 - Себастьян Фитцек

Магги кивнул:

– Наверняка сестре было тяжело читать эти новости.

– Но семье Арнульфа пришлось бы гораздо тяжелее, если бы она вернулась. И его детям, владельцам отеля, и политику из Акурейри, и даже пьянице, потерявшему свой костюм. Если бы только Хильдур рассказала всем, что случилось…

– Она не хотела уезжать тридцать лет назад, но решила, что так будет безопаснее, чем предавать дело огласке, – заметил Магги.

– Она очень хотела уехать, – настаивал Финнур.

– Разве? – нахмурился его собеседник. – Моя сестра любила Эйнара, но внезапно приняла решение сбежать с тобой. Тогда она слишком боялась выдвигать обвинения. И стыдилась произошедшего. И потому согласилась уехать с тобой? Или из опасений, что секрет раскроется?

Я затаил дыхание, не осмеливаясь издать ни звука. Оба мужчины не сводили друг с друга глаз, полностью поглощенные событиями прошлых дней.

Внезапно тишину нарушил рев двигателя, напоминавший взлетающий аэроплан, и появившийся Эйнар резво, как молодой, перепрыгнул через ограждение палисадника, после чего с разбегу врезался в младшего брата. Оба повалились на землю. Несмотря на сопротивление, фермеру удалось прижать Финнура. Тот попытался высвободиться. Спустя некоторое время ярость или запас энергии Эйнара иссякли, и он откатился в сторону, громко ругаясь.

Брызжа слюной от гнева, младший брат поднялся на ноги и ткнул пальцем в старшего:

– Это ты убил Хильдур! Совсем слетел с катушек за тридцать лет от зависти и обиды, поэтому не сумел смириться, когда она вернулась и рассказала о том, что с ней случилось в детстве. Взбесился и прикончил ее.

– Я никогда не переставал любить Хильдур, – покачал головой Эйнар. – Даже после того, как она уехала с тобой безо всякого объяснения, отказывалась общаться со мной и даже не захотела встретиться, когда я последовал за ней. Она вернулась на этой неделе, чтобы поведать мне правду. Заглянула на ферму, которая могла бы быть нашей общей, и рассказала, как ты угрожал растрезвонить на весь город о том, что произошло между Хильдур и тем отвратительным футбольным тренером. Как ты заявил, что я начну ее презирать, если обо всем узнаю. И она тебе поверила. Однако набралась смелости вернуться, чтобы загладить свою вину. И чтобы помешать назвать новый спортивный центр на территории школы в честь этого подонка. Но, выяснив правду о случившемся, я лишь стал сильнее любить Хильдур. А ты понял, что потерял ее, последовал за ней сюда и убил, лишь бы она не досталась мне. – Фермер перевел дыхание и с заново вспыхнувшей яростью кинулся к брату.

– Прекратите, – резко велел Магги.

Раньше на моей памяти он говорил подобным тоном только раз: когда Алекс собирался выкинуть другого ученика из окна лабораторной по физике на первом этаже.

Оба брата повернулись к преподавателю.

– Прекратите, – повторил он, хотя уже едва слышно.

Кружка кофе в его руке подрагивала.

– Это вы убили Хильдур, – объявила Салка, выходя в центр. Она выглядела совсем маленькой в кругу трех мужчин, и я поспешил присоединиться к сестре, надеясь ее защитить, если окажусь рядом. Она схватила меня за руку и сжала ладонь, после чего снова произнесла: – Это вы убили Хильдур. – Затем махнула на пустое пространство между лавовыми обломками. – Рассердились, что она собиралась рассказать всем про Арнульфа, так как хотели сохранить все в тайне.

– Он что-то сделал и тебе, Магги? – уже спокойным тоном спросил Эйнар. – Ты был в младшей футбольной команде, когда он работал тренером. Помню, Хильдур ходила на твои матчи поболеть и помогала с напитками. Тебе тогда исполнилось сколько – семь, восемь? Она еще не считалась даже подростком. Мне Арнульф никогда не нравился, несмотря на всеобщее преклонение перед ним. Неужели, когда Хильдур повзрослела, он обратил свое внимание на тебя? Наверняка она этого не знала, иначе ни за что бы не уехала.

В то время я лишь отчасти понимал, о чем шла речь, но даже тогда ощутил отвращение. Салка так сильно сжимала мою руку, что мне с трудом удавалось сдерживать крик. Но в итоге рыдать начал Магги. Он упал на колени и спрятал лицо в ладонях.

Йон вздохнул.

– Детективы раскрыли дело и уехали домой к семьям на Рождество. Но когда правда выплыла наружу, история оказалась очень печальной.

Покинув во вторник днем ферму Эйнара, когда на город налетела метель, Хильдур навестила брата. Сначала он очень ей обрадовался, но затем испугался, узнав, что она собирается рассказать полицейским о том, что сделал с ней Арнульф. Все прошедшие годы она жалела, что не сообщила обо всем, еще пока тот был жив, дав ему шанс надругаться над другим ребенком. Каясь в этом, Хильдур не подозревала, что другим ребенком оказался ее младший брат.

Магги не мог смириться с мыслью, что о его позоре узнают все горожане. Они с сестрой поспорили. Она направилась наружу, заявив, что идет в полицейский участок. А когда брат схватил ее за руку, пытаясь остановить, резко дернулась, поскользнулась и неудачно упала виском на острый лавовый обломок, один из тех, что обрамляли дорожку. Пока Магги в ужасе смотрел на мертвую сестру, мимо как раз брел пьяный Хенрик, едва передвигая ноги. Опасаясь, что он видел произошедшее, Магги занес тело Хильдур в дом и последовал за Подглядывающим-в-Окна. А когда обнаружил полубессознательного мужчину в канаве рядом с конюшнями, то оттащил его в сарай и избавил от костюма, в который переодел сестру. После чего под прикрытием снежной бури погрузил ее в багажник и отвез в город. Припарковался за церковью, дождался, пока вокруг никого не будет, и отнес мертвую Хильдур вместе с роковым обломком к подножию статуи. И, в качестве финального штриха, вскарабкался и повязал на каменную шею Арнульфа Торссона собственный кроваво-красный шарф в память о поступке сестры.

– Получается, Магги все же хотел, чтобы правда выплыла наружу? – тихо спросила Джуди.

– Возможно, – вздохнул Йон. – Хотя вряд ли сам это осознавал. Вероятно, он разрывался между желанием добиться правосудия и собственным стыдом из-за того, что совершили над ним с сестрой. Стыд, который должен был бы испытывать насильник. В итоге Хильдур все же достигла своей цели, ради которой вернулась в город. Спортивный центр открыли следующей весной при щедрой финансовой поддержке семьи Арнульфа, но без его имени над дверями. Его внук Сигурдор, недавно назначенный заместителем главы городского совета в Акурейри, отклонил предложение провести церемонию. Вместо него ленточку перед