Школьные Воины. Том 2 - Сергей Булл

— И тебе привет, нуна, — мы легко поклонились друг другу, я посмотрел на неё умоляющим взглядом. — Принесёшь чего-нибудь поесть? Пожалуйста!

Словно подтверждая мои слова и молебный вид, призывно заурчал живот.

— Ты когда последний раз ел? — взглянула на меня Ха Ныль.

— Давненько.

На кухне трудилась хозяйка, она повернулась в нашу сторону и вышла в проход рядом с кассой, уставив руки в бока.

— А! Это тот, кто платит, — улыбнулась она краем губ, но эта улыбка больше походила на ухмылку. — Налей ему сундэ-кукбап, он как раз ещё кипит на плите. Если заплатит, конечно же.

— Мама! — возмутилась Ха Ныль.

— Дочка, — передразнила её с такой же интонацией хозяйка. — А что? У нас теперь один раз платят?

— Некоторые платили… — огрызнулась Ха Ныль.

— Нуна, за всё заплачу. Тащи жратву, пожалуйста. Умираю, — потянул я.

Она рассмеялась и бросилась с такой скоростью на кухню, что чуть не снесла мать, стоящую в проходе. Женщина едва успела отшатнуться в бок.

— С ума сошла, что ли? — она одарила меня тяжёлым взглядом и пошла к посетителям.

Через несколько минут передо мной на стол грохнулась увесистая каменная чашка. Серовато-белый бульон бурлил, выталкивая на поверхность тёмные, сочащиеся жиром кругляши кровяной колбасы и склизкие полоски свиных ушей. Запах стоял тяжёлый, мясной, животный. Бульон покрывали капельки жира. Выглядело всё это очень плотно.

Следом Ха Ныль начала выставлять целый набор тарелок. И проговаривала вслух их названия, словно для себя самой. Чтобы ничего не забыть.

— Сэуджот.

Я сразу же поднял и посмотрел. Взял щепотку. Попробовал одну. Это были крошечные, сильно солёные ферментированные креветки серовато-розового цвета.

— Хва Джин, ты что так смотришь? Вместо соли положи ложку этих креветок, — она поставила следующий прибор. Маленькая баночка. Я взял её и открыл. Содержимое мне было знакомо.

Тэдэги — универсальная острая паста из красного перца и чеснока. Такую же я ел с армейским супом. Да и на столе она почти всегда была.

— Вот держи, — Ха Ныль протянула мне металлическую ложку.

Я зачерпнул добрую горку тэдэги и бухнул в суп. Белый бульон мгновенно стал окрашиваться кроваво-красным.

— Последние штрихи, — сказала Ха Ныль, вернувшись в очередной раз ко мне, она начала выставлять сразу несколько тарелок.

Первой стала огромная миска резанного лука. Рядом поставила пару тарелок панчхана — закусок, которые подаются к еде.

— Прости, с этим у нас беда, — спохватилась Ха Ныль. — Осталось только кимчи и редька.

— Ничего, — улыбнулся я облизываясь. — Мне и этого хватит. Спасибо за угощение.

— Можно за тобой поухаживать, — Ха Ныль зачерпнула горсть лука и, не дождавшись ответа, высыпала сверху супа. — Так гораздо лучше.

Я лишь улыбнулся.

— Слушай, Хва Джин, — потянул Ха Ныль. — Тут слухи ходят… Можно вопрос?

— Нельзя, — я проглотил ложку и хитро глянул на неё.

— Чего? — открыла она рот. — Ну, блин!

Даже притопнула, ногой. За ней было забавно наблюдать.

— Вот же вредина! Ты не хочешь говорить со своей нуной?

— Так, мы же говорим. Просто не надо спрашивать разрешения на вопросы. Возьми и задай.

— Слушай. Хва Джин. Говорят, ты уехал… или собираешься уехать с Гин По? Это правда?

— Частично.

— Как это понимать? — девушка уставилась на меня, потом взглянула на стол.

В этот момент мимо проходила мама, она цепким взглядом окинула мой заказ.

— Ха Ныль, а кунжут?

— Блин, прости Хва Джин.

Я не совсем понял, о чём речь, продолжая хлебать суп.

Сундэ-кукбап обладал очень мощным, специфическим и первобытным вкусом. Это было не утончённое ресторанное блюдо, а сытная крестьянская еда, вкус которой бил по рецепторам.

Бульон был огненно-острым, солёным, с резкой чесночной нотой и глубоким мясным подтоном. Резко пах потрохами. Кусочки свиных ушей весело и забавно хрустели на зубах из-за хрящиков.

— Нашла! — победно взвыла на кухне Ха Ныль. — Не съешь всё Хва Джин! Я уже бегу.

У меня зазвонил телефон. Приподнял бровь, извлекая его из кармана, и глянул.

Хван Ми Со. Многообещающе.

— Алло, — ответил я.

— Нам надо увидеться…

Глава 14.1

— Звучит превосходно, — ответил я Ми Со. — Когда? Где?

Она ответила не сразу.

— Давай после обеда. В районе двух часов. Я постараюсь освободиться пораньше.

— У нас что свидание? — предположил я.

— Кхе… — девушка на той стороне закашлялась.

— Свидание⁈ — рядом нарисовалась Ха Ныль с таким недовольным лицом, словно была готова меня прибить, потому что она моя девушка.

— Нет! Хва Джин, — всё же нашлась Ми Со. — Это деловая встреча. По вашему семейному вопросу и по твоему долгу.

— Получается всё-таки свидание.

— Да нет же! Это деловая встреча.

— Ладно. Сути дела это не меняет. Жду точное время и место. А ориентир мне дашь, где мы встретимся? Нуна.

— Думаю, где-нибудь в Каннаме подойдёт.

Я улыбнулся.

— Хорошо, буду ждать твоего звонка или сообщения.

— Это кто? — смотрела на меня Ха Ныль, демонстрируя в руках баночку с порошком серо-коричневого цвета. Он был сухой и по текстуре напоминал крупную муку или молотые орехи

— Подруга сестры.

Ха Ныль открыла её и сама насыпала мне в тарелку. Порошок не растворялся, а лёг серой шапкой на поверхность огненно-красного супа.

— У вас что свидание? — шёпотом сказала она и указал на тарелку. — Размешай.

— Вроде того, — улыбнулся я.

А Ха Ныль, наоборот, насупилась, сложив руки на груди.

— Нуна, ты что ревнуешь? — улыбнулся я.

Она тут же залилась краской.

— Ну… — протянула она и уставилась мне прямо в глаза. — Немного. Ты весь такой деловой. Прям уже звёздный. Я, конечно, не прошу о романтике, но просто дружеская прогулка мне бы не помешала. Не помню, когда выбиралась из этого… места.

Чего? Вот это напор. Я, честно, такого не ожидал. И меня это приятно удивило. Ну что же, и я удивлю её.

— Хорошо. Давай сходим на свидание. Дружеское.

— Правда? Когда? Сейчас? — она засыпала меня вопросами.

— Нет, — я качнул головой. — У меня встреча. А свидание это дело ответственное, надо под это больше времени выделить. Подготовится.

Я размешал и продолжал есть, зачёрпывая рис со дна тарелки.

Дикий запах потрохов стал мягче. Добавка, которую высыпала Ха Ныль, почти мгновенно заглушила животный аромат. Бульон стал гуще и похожим на лёгкий соус или суп-пюре. Теперь он ещё сильнее обволакивал рис.

Вкус тоже изменился. К мясному добавился насыщенный орехово-маслянистый, сладковатый привкус. Он идеально балансировал жгучую остроту красного перца и едкую соль ферментированных креветок.

— Вкусно! — довольно хлюпал я, втягивая ложку за ложкой.

Ха Ныль облегчённо вздохнула, а её лицо светилось. Явно моё предложение ей пришлось по душе. Чёрт. Долбанные гормоны. И почему