Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

— Вот еще, глупости какие! Вы мою мать не знаете. Да она меня убила бы.

— Так что там с водителем и его машиной? Ты правда ничего больше не помнишь?

Она мотнула головой.

— Вроде бы, за день до произошедшего Кэтрин была на вечеринке. Не с тобой ли?

— Я ж говорю, меня вообще никуда не пускают.

— А что за вечеринка? Ты что-нибудь знаешь?

— Меня туда не приглашали. Меня давно уже никуда не приглашают — знают, что я все равно не пойду.

— А в школе никто о ней не распространялся?

— Лично я не слышала.

Перес сидел, уставившись на огонь.

— Может, у тебя есть что еще добавить?

Салли молчала, но он терпеливо ждал.

— В ту ночь, когда мы возвращались из Леруика, — начала она. — В новогоднюю ночь…

— Так…

— Мы тогда завернули к старику. К Магнусу. Обе напились и плохо соображали. А у него свет в окне горел. Кэтрин предложила постучаться к нему и поздравить с Новым годом. На спор.

Если Перес и удивился — а Салли, вполне возможно, думала его удивить, — он ничем себя не выдал.

— Вы зашли к нему?

— Да, посидели немного. — Чуть помолчав, Салли прибавила: — Кэтрин его вроде как с ума свела. Так и пялился на нее — будто она привидение.

Глава одиннадцатая

Прямо из врансуикской школы Перес двинул обратно в Леруик. Службы аэропорта объявляли о задержках, в авиакомпании «Логанэр» ничего вразумительного о том, когда ждать рейс из Абердина, не говорили. И Перес надеялся успеть побеседовать с Робертом Избистером. Казалось, весь день он только тем и занимался, что сновал туда-сюда. Но хотелось предъявить команде из Инвернесса хоть что-то. Пусть знают: дожидаясь их, он не сидел сиднем.

До сих пор Перес толком не знал, что и думать о Роберте Избистере. Избалованный парень, ясное дело. Отец Роберта — хороший человек, и внезапно привалившее богатство застало его врасплох. Он был щедр с друзьями и близкими, но тайком, будто стеснялся. Роберт от души вкалывал рыбаком, но все понимали, что такое шикарное здоровенное судно было ему не по карману. Майкл Избистер дал ему денег, точно. А еще ни для кого не было секретом, что родители Роберта между собой не ладили, хоть и жили в достатке. Мало приятного, когда все судачат с эдакой улыбочкой — наполовину насмехаются, наполовину сочувствуют.

Роберта вечно сравнивали с отцом. И оправдать ожидания было куда как непросто. Перес понимал, каково парню. Потому что его собственный отец ходил капитаном на почтовом судне Фэр-Айла, и во всем, что касалось жизни острова, местные прежде всего советовались с ним. Только вот положение Роберта было еще тяжелее. Несмотря на тихий нрав и скромность, Майкла Избистера знали на всех Шетландских островах. Он был музыкантом, разбирался в местных диалектах и любил народные песни. Уже с юных лет состоял в комитете по празднованию Апхеллио[177]. В этом году его удостоили особой чести — избрали Стариной Ярлом[178]. Выше награды быть не могло, пусть даже Майкла отметила бы сама королева. Он возглавит процессию на фестивале огня, его будет снимать телевидение, у него возьмут интервью радиостанции. Весь год он будет представлять Шетланды. Роберт войдет в его свиту и, как отец, нарядится викингом. И тем самым как бы подтвердит свое намерение идти по стопам отца. Все до единого жители Шетландов будут пристально следить за каждым его шагом.

Вечер только начинался, а значит, дома Роберта не застать. Иногда парень выходил в море, но недавно Перес встречался с друзьями на Уолсе и видел «Неприкаянный дух» — судно стояло у причала, заметно выделяясь среди более скромных рыболовецких посудин.

Перес проехал через весь город и направился к докам. Свернув в переулок, заглушил мотор и вышел на ледяной воздух, от которого дыхание перехватило; в лицо пахнуло рыбой и мазутом. Перес очень надеялся застать Роберта одного. Разговаривать в присутствии Робертовых дружков совсем не хотелось.

Он толкнул дверь бара, и его обдало жаром — огонь в заправленном углем камине гудел. Сам камин маленький, но и бар небольшой, с побуревшими от табачного и угольного дыма стенами. Повсюду висели фотографии разных лет с фестиваля огня, снятые очень давно и уже закоптившиеся, — викинги на них смотрели серьезно и в то же время чуть смущенно. Умникам ученым, может, традиция древней-то не мнится, но эти мужи праздник свято чтили. Они верили в то, что олицетворяют собой культуру островов, местный уклад.

В углу сумрачного бара сидел Роберт Избистер. Его взъерошенная шевелюра выделялась светлым пятном, оживляя мрачную обстановку. Он выливал пиво из бутылки «Северного сияния» в стакан и имел такой сосредоточенный вид, будто эта бутылка — далеко не первая. Вошедшего Переса Роберт не заметил. За барной стойкой на высоком стуле примостилась миниатюрная худенькая женщина; она читала книгу в мягкой обложке, согнув ее пополам и держа одной рукой — как журнал. Женщина нехотя оторвалась от книжки.

— Рановато ты, Джимми… Что будешь?

Очевидно, она не особо ему обрадовалась — этот клиент большой прибыли не сулил.

— Кока-колу, пожалуйста, Мэй. — Перес помолчал, глядя на Роберта. — Я за рулем.

Ни она, ни Роберт ничего на это не сказали.

Перес взял свой стакан, подсел к Роберту. Мэй вернулась к книжке, тут же погрузившись в чтение.

«Вот и Сара читала так же. Хоть извержение вулкана под домом — она ничего не заметит».

Роберт поднял голову, кивнул.

— Слышал уже, что произошло в Врансуике? — Перес решил отбросить церемонии. Во всяком случае, с Робертом.

— Кое-что слышал — Мэй сказала.

Он говорил медленно, тщательно подбирая слова. Перебрал пива? Роберт любил выпить с парнями, однако так рано, да еще по будням, не напивался.

— Твоя знакомая, как я понимаю?

Роберт поставил стакан на стол.

— Это кто же?

— Молодая девушка. Кэтрин Росс. Ты ведь был с ней знаком?

Роберт молчал слишком долго.

— Ну, видел иногда.

— Ей было всего шестнадцать. Не слишком ли даже для тебя, а, Роберт?

Дежурная шутка — все знали, что Роберт увлекается юными девушками. Пересу казалось, это из-за того, что парень сам так и не повзрослел. Навороченная посудина нужна была Роберту для того, чтобы всем заявить: он — настоящий мужик.

Перес продолжил:

— В Новый год…

— А что в Новый год?

— После гуляний на городской площади ты отправился на вечеринку.

— Ну, было дело. В Данросснесс.

— Вы подвезли тогда Кэтрин Росс. До поворота на Врансуик. Так?

Роберт повернул голову. На Переса смотрели водянисто-голубые, с полопавшимися сосудами глаза. Парень был явно чем-то обеспокоен.

— За рулем сидел не я, — сказал Роберт. — Не настолько я