Ягодный возраст - Виктория Вита

– Очень смешно, – остановила я его. – Люди, которые оставили эту визитку, обещали именно пятьсот долларов тому, кто даст любую информацию о моём местонахождении.

Георгий воззрился на меня с удивленным видом.

– Я знаю эту фирму и этих людей. Это весьма солидная и авторитетная контора. Мои юристы несколько раз проводили с ними консультации, и всё было на высочайшем уровне.

– Да, там работают серьёзные люди, обладающие заслуженным авторитетом на международном уровне, – подтвердил Александр, – мы успели навести справки.

Георгий кивнул и, призвав нас рукой к молчанию, быстро набрал номер телефона.

Ирка, пихнув меня в бок, сунула мне в одну руку чашку с чаем, а в другую бутерброд с колбасой. Не сводя глаз с мужа, я пила чай, механически ела и не чувствовала никакого вкуса.

– Алло? – официальным голосом произнёс в трубку Георгий. – Соедините меня с Борисом Арнольдовичем, спасибо. Борис Арнольдович, здравствуйте. Вас беспокоит Георгий Владимирович… Да, именно, у вас прекрасная память. У меня есть информация – правда, не знаю, насколько она соответствует действительности, что вы разыскиваете Кравцову Владиславу Владиславовну. Да? Она здесь, рядом со мной. Да, конечно.

Георгий протянул мне трубку.

– Здравствуйте, Борис Арнольдович, – взяв телефон в руки, произнесла я охрипшим от волнения голосом.

– Здравствуйте, неуловимая Владислава Владиславовна, – в трубке звучал бархатный баритон. – Мне необходимо с вами встретиться, и как можно скорее. Поверьте, это в ваших интересах.

– Я могу в любое удобное для вас время.

– Уважаемая Владислава Владиславовна, это я могу в любое удобное для вас время. Если я приеду к вам сегодня в шестнадцать ноль-ноль, вам будет удобно?

– Да, конечно. Сейчас я передам трубку Георгию, и он вам продиктует подробный адрес.

– Ещё один вопрос. Владислава Владиславовна, каким образом вы узнали, что мы вас разыскиваем?

– Мне об этом сегодня сообщила секретарь главного врача поликлиники, где я работаю.

– Замечательно. Её, кажется, зовут Верочка…

– Нет, вы ошиблись, её имя Леночка.

– Да, да, у меня перед ней должок… Итак, уважаемая Владислава Владиславовна, до встречи.

Я вернула телефон мужу, и он, быстро продиктовав адрес и по-великосветски простившись, положил трубку.

– Ну и что? – спросила Ирка. – Кто-нибудь объяснит, что здесь происходит?

– Мы все это поймём в шестнадцать ноль-ноль, когда приедет этот Арнольдович, – ответила я. – Мне кажется, что именно тогда нас и ждёт самое интересное.

Ни возражений, ни комментариев не последовало.

До «часа икс» оставалось полтора часа.

– Я предлагаю разойтись и привести себя в порядок, – сказала Ирка, – особенно это нас с тобой касается, Влада.

Возражений не было, и мы разошлись, чтобы вновь встретиться здесь в шестнадцать ноль-ноль.

Стрелки на часах неумолимо двигались вперёд. Когда я вышла из ванной, Георгий стоял у окна и задумчиво изучал Большой проспект.

– Гера, – позвала я мужа, и он сразу обернулся, – этот Борис Арнольдович проверял меня, я это или не я. Мне кажется, он намеренно перепутал имя секретаря Леночки, назвав её Верой.

– Лада, ты очень нервничаешь, – он обнял и поцеловал меня где-то в области уха. – Она же не его клиентка, поэтому у него не было необходимости запоминать её имя. И не придумывай невесть что. Ты уже готова?

– Да, готова, и, пожалуй, ты прав. Последнее время всё какая-то глупость лезет в голову…

– Послушай, а не хлопнуть ли нам по рюмашечке до его прихода для поднятия жизненного тонуса?

– «Заметьте, не я это предложила», – рассмеялась я и чмокнула его в гладко выбритую щёку. – Хотя, я бы с удовольствием выпила горячего кофе.

– Можно совместить, – предложил он, улыбаясь. – Главное, что сама идея неплоха и ты ее в целом одобрила.

В малую гостиную мы с Георгием пришли за десять минут до назначенного времени. Там в тоскливом одиночестве сидела Ирина.

– Ириш, – она чуть вздрогнула от звука моего голоса, – поступило предложение поправить…

– Поднять, – поправил меня Георгий, – жизненный тонус поднимают, а не поправляют.

– Дорогой, не будь мелочным, суть дела не меняет. Короче, крёстная, поступило предложение выпить.

– А вы пораньше прийти не могли? – возмутилась Ирка. – Я уже минут пятнадцать здесь одна мучаюсь и жду, кто составит мне компанию. Дождётесь, что у меня тоже будет нервный срыв! Хотя кажется, с печенью проблемы начнутся раньше.

– Не допустим, о, лучшая из крёстных, – высокопарно произнёс Георгий, разливая коньяк в пузатые бокалы.

Выпив по символическому глотку, мы замолчали, прислушиваясь к бою часов, раздавшемуся где-то в глубине квартиры.

– Я чувствую себя Золушкой, – успела произнести я, и с последним, четвёртым ударом дверь распахнулась.

В комнате появился невысокий, в классическом английском костюме, полненький мужчина, внешне напоминающий актёра Евгения Леонова. Только выражение лица его было чрезмерно серьёзное, глаза умные и настороженные. За ним горой возвышался Александр.

Борис Арнольдович, заметив Георгия, тут же расцвёл радостной улыбкой.

– Георгий Владимирович, необыкновенно рад вас видеть в добром здравии, – и, несколько раз переводя взгляд то на меня, то на Ирину, вдруг сделал улыбку ещё шире.

– А вы Владислава Владиславовна, – обратился он ко мне. – Можете даже не кивать головой, я уверен, что не ошибся.

– Да, вы не ошиблись, – не удержавшись, я улыбнулась ему в ответ.

– Простите, а…

– А это Ирина Леонидовна, крёстная мать моего сына и её, в скором будущем, муж Александр… – замялась я, не зная его отчества.

– Александр Викторович, будущий муж, а также руководитель частного детективного агентства и начальник отдела охраны Георгия Владимировича, – закончил за меня Саша.

– Очень приятно, поверьте, очень приятно, – поочерёдно пожимая всем руки, радостно приговаривал Борис Арнольдович.

Закончив церемонию знакомства, он осмотрел гостиную и задумчиво произнёс:

– Здесь уютно, весьма уютно, но нет ли здесь помещения, более располагающего к деловой беседе?

– Библиотека подойдёт? – поинтересовался Георгий.

– Без сомнения, без сомнения, Георгий Владимирович, и давайте туда пройдём незамедлительно.

И мы все дружно проследовали на второй этаж, в библиотеку. Здесь она была значительно меньше, чем в шато, и скорее напоминала огромный кабинет, выдержанный в стиле классицизма конца девятнадцатого века.

Борис Арнольдович, довольно крякнув, тут же занял место в глубоком кресле за массивным, красного дерева столом. Устроившись поудобнее, он стал доставать из портфеля и раскладывать на зелёном сукне, покрывающем стол, какие-то бумаги.

Ирина и Александр, не сводя с него глаз, разместились на диванах, а нам с Георгием достались огромные кресла. В кресле я чувствовала себя весьма неуютно. Все замерли в ожидании, когда Борис Арнольдович закончит манипулировать с бумагами и перекладывать из стороны в сторону пакет, по формату напоминающий небольшую книгу.

– Владислава Владиславовна, – откашлявшись, начал Борис Арнольдович, – были ли вы знакомы с