Побеждая смерть. Livor Mortis - Рид Солгрет

полумраке тащили труп вглубь дома, иногда опираясь на стены. Положив Морриса на стоящий в центре просторной комнаты, которую молодой человек успел заставить свечами, пустой стол, Сиэл снял с него пиджак, пока Сэм оглядывался по сторонам. Помещение было похоже на библиотеку со шкафами до самого потолка высотой метров в пять. Книги, стоявшие на полках, то ли потемнели от пыли и плесени, то ли их обложки изначально были такими черными и мрачными. В дальнем углу комнаты виднелась старинная деревянная лестница, ведущая на второй этаж.

Сэм неосознанно обтер ладони о комбинезон и растерянно посмотрел на Эдварда, не зная, что делать дальше. Тот стоял, склонившись над Лиамом, и внимательно рассматривал труп.

– Что ты…

– Принеси мне, пожалуйста, мой чемодан, – не глядя на племянника, попросил Сиэл.

Находиться в этой комнате и наблюдать, как Эдвард с каждой минутой все больше сходил с ума, было невыносимо. Но еще страшнее было оставить его здесь, наедине с Моррисом.

– Пожалуйста, – повторил ученый, и юноша был вынужден повиноваться.

Когда он вернулся с чемоданом, оказавшимся страшно тяжелым, то обнаружил, что Эдвард стоял в том же положении, очевидно, за время отсутствия Сэма даже не шелохнувшись. Моменты, когда на лице Сиэла отражалась скорбь, делая его бесконечно несчастным, и он прикусывал нижнюю губу почти до крови, чтобы не разрыдаться, казались юноше еще более пугающими, чем гнев Эдварда. Он, неотрывно глядящий на Лиама, выглядел таким одиноким и болезненным, что Сэмюэль застыл на пороге.

Наконец, заметив, что Сэм вернулся, Сиэл поднял на него тяжелый взгляд глаз, полных слез.

– Разве можно его вернуть? – тихо спросил юноша, разделив боль Эдварда и смирившись с его безумием. Сэмюэлю внезапно показалось, что все, что они делают, не так уж и неправильно.

– В чемодане есть генератор, Сэм, достань его…

Юноша, уже привыкший, что на большинство его вопросов Сиэл не отвечал, открыл набитый битком чемодан и под щипцами, бинтами и скальпелями обнаружил необычный аппарат с прикрепленными катушками проводов, который он никогда и нигде не видел. Бережно поставив его на пол, поближе к столу, Сэмюэль отошел на безопасное расстояние. Юноша поднял глаза и увидел, что молодой человек задрал рукава рубашки Морриса до локтя. Руки Лиама были такие же бледные и сине-фиолетовые, как и шея и лицо.

– Знаешь, Сэм, почему у него такие яркие синяки на скулах?.. Ярче, чем на других участках кожи. – Эдвард легко, кончиками пальцев, коснулся лица трупа. – На шее, груди и на животе. – Его рука, подрагивая, зависла над поясом брюк Морриса.

– Нет. – Юноша, не отрывая взгляда от Сиэла, отступил на шаг назад и врезался спиной в дверной косяк.

– Его били, сильно били… Сине-фиолетовые разводы на скулах – следы ударов, полученные при жизни. А в области живота и бедер у него наверняка есть голубоватые синяки, проступающие сквозь поверхность кожи, – свидетельство того, что преступник замешкался на месте преступления, задержался там. Возможно, в этот момент они убивали кучера. И напоследок снова вернулись к Лиаму, решили проверить, жив ли он. – Тонкая рука слегка нажала на труп в области живота с левой стороны, и белая рубашка мгновенно пропиталась красно-коричневой жидкостью. – Синяки, которые, впрочем, уже практически не разглядеть из-за ран, нанесенных кривым ножом. – Эдвард вздохнул, и Сэмюэль понял, что молодой человек снова плачет.

– Преступников было двое? – Юноша уже перестал замечать тяжелый запах.

– Скорее всего. – Сиэл подошел к аппарату и начал отматывать от него провода. – Иначе кучер и Лиам бы справились с одним человеком. Доподлинно неизвестно.

– Возможно, констебль МакКензи знает. Он ведь хороший…

– Едва ли, Сэм…

– Откуда тебе знать? – Юноша повысил голос, и Эдвард удивленно обернулся на него. – Ты уже тогда, сразу после того, как МакКензи приехал к нам и сообщил про убийство Морриса, потерял рассудок! Ты его даже не дослушал! Ты сразу стал говорить, что это неправда и этого не может быть. Ты совсем стал дурной. И отец еле отвел тебя в твою комнату. Тебе вызвали доктора Фоула. А до того, как ты приехал, констебль рассказывал отцу, что, скорее всего, это убийство связано с другими, которые совершает банда Уистлера. Он останавливает людей в дороге, грабит, а потом убивает их. – Сэмюэль вытер нос рукавом своей рубашки, стараясь не заплакать. – Уистлер никогда не действует один.

– Я не помню ничего из того, что ты рассказал, – озадаченно произнес молодой человек.

– Конечно, доктор Фоул дал тебе какое-то успокоительное и сказал отцу приглядывать за тобой…

– Но сейчас мы можем узнать правду! – Сиэл потряс проводами с электродами на концах.

– Как?

– Мы все расспросим у самого Лиама!

– Боже! – Сэм закрыл лицо руками и разрыдался в голос.

– Наверное, не стоило тебя брать с собой. Но мне нужна была помощь… Извини… – задумчиво произнес Эдвард и снова повернулся к Моррису, прикрепляя электроды к мертвенно-белым рукам.

Тонкие проводки впились в труп, царапая и без того слезающую кожу, пока фитили многочисленных свечей по всему периметру комнаты отбрасывали устрашающие тени, среди которых была и искаженная тень согнувшегося над Лиамом Сиэла. Вытерев рукавом слезы, Сэмюэль наблюдал, как Эдвард что-то плавно включил в аппарате, но ничего не произошло. Выключив генератор, молодой человек отсоединил электроды от локтей Морриса, переместил их выше, на освобожденные от рубашки бицепсы, и попробовал снова.

На этот раз через труп Лиама прошел импульс, и он заметно дернулся. Это было неожиданно, и Сэмюэль еще сильнее прижался к дверному косяку, вытаращив глаза и приготовившись в любой момент убежать. Сиэл же выглядел раздосадованным.

– Это совсем не то, чего я жду… – Молодой человек как будто разговаривал сам с собой.

Он что-то подкрутил в генераторе, заставив тот жужжать. Морриса чуть подбросило над столом, но после этого он упал обратно таким же безжизненным трупом, изо рта которого после манипуляций Эдварда бордовая жидкость стала течь только сильнее, а рубашка в области живота полностью промокла в смеси крови и гноя.

После нескольких неудачных попыток Сиэл достал из своего чемодана пузырьки с какими-то растворами и попытался влить их в рот Лиама, но раствор не попадал в горло и только заливал все вокруг. Сэм, онемевшей от ужаса рукой закрывший себе рот, никак не мог решиться сдвинуться с места и прекратить это безумие. А молодой человек, потерявший ощущение времени и пространства, снова и снова подключал генератор электричества к Моррису, вызывая у него лишь мышечные судороги, даже отдаленно не похожие на движения живого человека.

– Открой глаза! – взревел Эдвард спустя полчаса бесплодных попыток, когда уже даже стол под