Искатель, 2011 № 10 - Журнал «Искатель»

— Обязательно захочет!.. Режиссеры — они ненасытные.

* * *

Борис Кукин был легендарной личностью. Ему было около сорока лет, и половину жизни он занимался частным сыском... За последние годы он раскрыл несколько громких дел, которые у ментов числились в «глухарях».

В газетах о его подвигах не писали, но среди московских бизнесменов пошел слух о ловком детективе Кукине. Он сразу перешел в категорию сыщиков высшего разряда, а это слава и хорошие деньги.

Дело, предложенное Денисом Носовым, на первый взгляд ему не очень нравилось. Нет яркой изюминки — ни убийства, ни похищения, ни крупного наследства... Но Кукин взял крупный аванс и пообещал честно отработать десять дней.

Сразу же, еще на платформе, Борис понял, что предстоит разгадывать тайну — почему жена заказчика Дениса Носова вдруг сменила имя с фамилией.

То, что перед ним не Дубровская, а Крутова, сыщик узнал сразу — с первых слов Ванды. Она попеременно называла подругу то Верой, то Ольгой...

И там же на перроне появилась еще одна тайна — парень в синей бейсболке и с криминальной внешностью. Он явно следил за Ольгой, женой заказчика...

Когда Кукин с большим трудом устроился в поезде до Боровска, он вдруг обнаружил, что «синяя бейсболка» с несчастным видом сидит в соседнем купе.

* * *

Последний раз на поезде и Ольга, и Ванда ездили два года назад. Тогда они вели себя как близняшки — их свадьбы со Славой и Денисом отмечались в один день. А потом обе пары молодоженов отправились в Крым... Богатый и счастливый Носов постарался шикануть — купе были в два раза больше, чем это «СВ».

Но это было давно. Сейчас они в сторону моря ехали одни. А мужья остались в суетливой Москве... Впрочем, суеты хватало и здесь, в актерском вагоне.

По коридору постоянно бегала толстая Галина, ассистент режиссера. Она периодически выкрикивала фамилии, вызывая людей к Умнову или Фурману. Она распределяла талоны в вагон-ресторан. Она уточняла размещение актеров в гостинице города Боровска... Здесь впервые прозвучало, что они будут жить в старой «Азалии». Это самый шикарный отель, в котором снимали номера Распутин, Вертинский, Гагарин и Киркоров. Правда, они не встречались, так как жили здесь не одновременно...

После ужина за окнами стемнело и суматоха поутихла. В каждом купе стали готовиться спать.

Ольга с Вандой уже постелили, когда в дверь вкрадчиво постучали... Горбовска шепотом произнесла польское ругательство «Пся крев!» и открыла — на пороге стоял режиссер Вадим Семенович Фурман.

В свои сорок с хвостиком он выглядел не очень... Толстоват и лысоват, но с большим гонором и маслеными глазами.

— Я к вам, девочки... Собственно, мы с продюсером только что обсуждали вашу роль, Ванда. Она планировалась как очень эпизодическая, но все можно поменять... Вы ступайте, Горбовска, к Умнову. Попробуйте уговорить его, покажите себя со всех сторон... Идите же, Ванда. Артур ждет.

И Ванда ушла... А что было делать?..

Фурман закрыл дверь, подвинул к краю одеяло и сел, устремив на Ольгу страстный взгляд.

— Я думаю, Вера, что наша первая встреча не была случайной!

— Вы это о чем, Вадим Семенович?

— Как о чем?.. Тогда после проб я был, конечно, пьян. Но я хорошо помню, что ты была великолепна... Почему ты не осталась у меня на ночь?

— Потому и не осталась!.. Вероятно, хотела сохранить приятные воспоминания. Такие встречи — это всплеск эмоций! Они как день рождения.

— В каком смысле?

— В том, что они бывают только раз в году.

— Не понял тебя, Дубровская!.. Ты намекаешь, что мне теперь год ждать?.. Не шути так. Это жестоко!

* * *

Шпунт тоже попытался поселиться в «Азалии», но мест не было в принципе!..

Продюсер Умнов очень удачно выбрал гостиницу. Разместилась вся съемочная группа из двух вагонов, и еще осталось десять резервных номеров — для складских целей, для костюмерной, для гостей, для опоздавших артистов. Но для случайных граждан типа Шпунта мест не было...

Вся «Азалия» начинала жить под знаком съемок многосерийного шедевра с названием «Любовь с видом на море»...

Но Шпунт ничего этого не знал. Он свято верил, что за деньги можно получить все! В крайнем случае — за большие деньги... Ну, в самом крайнем — за очень большие...

Когда все киношники расселились и утащили свои вещи в номера, Игорек Фокин почти час пытался уломать главного администратора. Это была дородная женщина в возрасте, который сразу следует за «бальзаковским». Это где-то в районе сорока пяти или пятидесяти лет... Ее звали Кира Петровна.

Шпунт очень пытался ей понравиться. Он шутил, ловко рассказывая рискованные анекдоты. Она смеялась, смущалась и игриво махала рукой: «Ах, какой шалун...» Контакт установить удалось, но номер она так и не давала.

После заигрывания Игорек перешел к подкупу... Он вытащил пачку долларов и стал ею играть, тасуя купюры, как карты.

— Здесь, Кира, тонна баксов! Хочешь?

— Хочу... Но свободных номеров нет.

— А если подумать?

— Есть у меня квартирный маклер. Он сделает любую квартиру. Хочешь — в самом центре, а хочешь — рядом с нашей «Азалией»... Завтра в десять сменюсь и отвезу вас к нему. Вы согласны?

— Нормальный вариант... А где я до утра буду кантоваться?

— В моем номере. В служебном люксе... Правда, там всего одна кровать, но она широкая.

— Не бери в голову, Кира!.. Как-нибудь поместимся.

* * *

Всю ночь Ванда читала сценарий. Продюсер Артур Яковлевич увлек ее заманчивой идеей — сюжет фильма вполне можно расширить, введя новый персонаж. Специально для нее, для Ванды Горбовски. Это будет подруга главной героини со своей сложной судьбой и со своей любовной линией.

Тогда при разговоре в купе Умнов был очень убедителен. Он — продюсер, а это самый главный человек в кино. Кто платит деньги, тот девушкам и роли раздает!

Артур попросил Ванду соблюдать творческую тайну. Надо сначала продумать новый образ, дополнить сценарий, прорепетировать, а потом поставить режиссера перед фактом.

Пришлось молчать даже с Ольгой. А это для Ванды было самым страшным испытанием...

На следующий день после приезда и размещения в «Азалии» съемочная группа отправилась на место основных съемок. Это был дачный поселок «Дубрава» на берегу маленькой лесной реки со странным названием Тырма.

В эту первую поездку взяли всех. Это был праздничный день — начало съемок!.. Предполагались речи, банкет с коньяком и шашлыком, а в конце — народные