Загадка этажа номер 12 - Нин Ханъи

дней. Но Гун Ямэй не могла на это надеяться – что, если бы хозяйка неожиданно пришла в гости и обнаружила труп уже на следующий день? Поэтому ей пришлось совершить еще два действия. Гун Ямэй знала, что в день убийства Хэ Юйшань звонила в ее компанию. Если бы полиция нашла тому подтверждение в истории звонков, это сразу вызвало бы подозрения и привело к Гун Ямэй. Поэтому она взяла телефон Хэ Юйшань и позвонила в несколько десятков аналогичных компаний, притворившись соискателем работы. Таким образом, номер ее компании затерялся среди множества других. Даже если бы полиция запросила у оператора связи записи звонков с телефона Хэ Юйшань, они не сразу обратили бы внимание на номер компании Гун Ямэй. Вдобавок она удалила с телефона Хэ Юйшань всю информацию, связанную с Фань Кэ, чтобы полиция не вышла на его след.

– Все предусмотрела. Невероятно… – Цзян Мин покачал головой, пораженный, затем жестом велел продолжать.

– Это было второе действие Гун Ямэй. Третье – покупка квартиры в «Юэхайване». После убийства она не покинула Лиши, а осталась тут на пару дней. Она понимала: если уедет сразу после преступления, полиция, проверив камеры, заметит, что жительница другого города наведывалась на двенадцатый этаж комплекса. Это выглядело бы крайне подозрительно, Гун Ямэй не нашла бы тому убедительного объяснения. Поэтому Гун Ямэй поступила наоборот. Она не уехала, а несколько дней активно общалась с риелторами возле «Юэхайваня» и ходила на просмотры квартир. Мы только что подтвердили эту информацию в агентствах недвижимости – они до сих пор помнят ее. По словам агентов, Гун Ямэй осмотрела множество вариантов – на четвертом, десятом, двенадцатом и тринадцатом этажах… В итоге купила квартиру тринадцать ноль три на тринадцатом этаже. Так ее появление в комплексе стало выглядеть естественно. Она мастерски замаскировала свой визит в ночь убийства Хэ Юйшань.

– Она продумала все до мелочей. – Цзян Мин глубоко вздохнул. – Неудивительно, что мы не могли раскрыть дело больше двух лет.

– Да, – сказал Тань Юн. – Гун Ямэй как-то упоминала, что хорошо разбирается в математике. Значит, у нее было развитое логическое мышление. Эти три действия она предприняла, чтобы избежать подозрений. Но ее расчеты на этом не закончились. После покупки квартиры она не осталась в Лиши, а вернулась в родной город. В то время ее компания еще не обанкротилась. Вернее, она находилась на грани краха и требовала участия Гун Ямэй. Только спустя полгода, после полного банкротства, она переехала в Лиши на постоянное жительство. Однако она лгала всем членам «Большой семьи», включая меня. Утверждала, что заселилась сразу после покупки квартиры. Мы тогда не усомнились в ее словах. Теперь понятно, зачем она врала – чтобы скрыть истинную причину покупки жилья. Гун Ямэй всем рассказывала, что переехала в Лиши только после банкротства компании и семейных проблем. Поскольку на момент покупки ее фирма действительно была на грани краха, а семья распадалась, эта версия выглядела правдоподобно.

– Но она не могла представить, – с горькой иронией заметил Ли Бинь, – что через два года мы задержим ее сына и случайно раскроем дело, которое уже записали в висяки.

– Да, это заслуга вас двоих. – Цзян Мин одобрительно посмотрел на подчиненных. – Лао Тань, ты говорил, что подтвердил эти догадки. Как именно?

– Гун Ямэй говорила нам, что после всех потрясений она потеряла волю к жизни и только совет некоего наставника помог ей обрести веру. Я позвонил адвокату Фэну, чтобы расспросить об этом наставнике. Как оказалось, Фэн их и познакомил. Так я получил его номер. В ходе разговора я узнал, что это отшельник, живущий вдали от мирской суеты. Гун Ямэй обращалась к нему за советом в трудную минуту. Наставник сначала отказывался говорить, ссылаясь на конфиденциальность. Но когда я объяснил, что я полицейский, что Гун Ямэй мертва и что это дело касается безопасности других людей, он согласился рассказать правду. После убийства Гун Ямэй мучилась угрызениями совести. Она призналась наставнику, что убила, чтобы защитить сына, но не могла жить с этим грузом. Ее преследовали кошмары, она утверждала, что призрак убитой девушки не дает ей покоя. Вкупе с другими проблемами это лишило ее желания жить. Наставник дал Гун Ямэй два совета. Во-первых, регулярно посещать место, связанное с духом убитой, и читать сутры для ее упокоения. Во-вторых, совершать добрые дела, чтобы искупить содеянное.

Цзян Мин сразу понял:

– Поэтому она купила квартиру тринадцать ноль три. Прямо над той, где произошло убийство.

– Верно, – подтвердил Ли Бинь. – После смерти Гун Ямэй мы нашли у нее множество благовоний и ритуальных принадлежностей. Тогда подумали, что они использовались для духовных практик. Теперь ясно, каково было их истинное назначение.

– Понятно, почему Гун Ямэй всегда надевала на встречи в квартире Ли Сюэли, бывшей квартире убитой ею Хэ Юйшань, четки, якобы отгоняющие злых духов, – сказал Тань Юн. – И постоянно перебирала их, что-то бормоча. Я думал, ее беспокоит, что квартира «несчастливая». А волонтерство в доме престарелых явно было следствием второго совета наставника.

Цзян Мин кивнул.

– Задержали Фань Кэ, раскрыли дело двухлетней давности – настоящий прорыв! Дело Хэ Юйшань можно закрывать. Лао Тань, бумажками займусь я, а ты сосредоточься на втором убийце.

– Есть! – гаркнул Тань Юн, воодушевленный успехом.

– Кстати, где сейчас Фань Кэ? – спросил Ли Бинь.

– Я только что отпустил его, но отправил пару ребят следить за ним, чтобы не сбежал, – сказал Цзян Мин. – Также я предупредил владельца гостевого дома, где он остановился, чтобы понаблюдал за Фань Кэ и сообщал мне о любых подозрительных действиях с его стороны.

– А этот владелец… надежный? – усомнился Ли Бинь.

– Хозяин этого гостевого дома – мой друг, – усмехнулся Цзян Мин. – Он не полицейский, но помочь нам сможет без проблем.

– Круто! – Ли Бинь поднял большой палец.

– Это вы крутые! – Цзян Мин с силой хлопнул их обоих по плечам.

Все трое рассмеялись.

3

Члены «Большой семьи» собрались в квартире Су Сяотун: десять минут назад она сообщила в групповом чате, что хочет обсудить с ними нечто важное.

– Ну, Сяотун, в чем дело? – спросила Ли Сюэли, сидевшая на диване.

– Вот в чем. Я придумала, как всем нам спокойно получить наследство.

Ее слова сразу всех заинтересовали.

– Что же ты придумала? – спросила Хань Лэй.

– Не буду ходить вокруг да около, скажу прямо, – прочистила горло Су Сяотун. – Сейчас право на наследство имеют Ли Сюэли, Фань Линь, Хань Лэй, Ван Синсин, Шэнь Фэнся, а также я и Гу Лэй, так? Если считать меня и Гу Лэя за одного человека, то выходит шесть