Загадка этажа номер 12 - Нин Ханъи

Если мы останемся в Лиши, то столкнемся с очевидными рисками – тут даже объяснять не нужно. И не на короткий срок, а на целых двадцать лет. Если не откажемся от наследства, нас ждут двадцать лет пребывания в постоянном страхе и подозрениях. Между нами исчезнет доверие, и даже с большими деньгами жизнь станет напряженной и угнетающей. Уверена, так думаю не только я.

Слова Су Сяотун попали точно в цель. Все молчали, выражая согласие.

– Едва ли возможно провести двадцать лет в таких условиях. Таким образом, мы оказываемся перед дилеммой. Но мое решение можно назвать идеальным, оно удовлетворяет все стороны.

– Какое решение? – нетерпеливо воскликнул Ван Синсин. – Говори скорее!

– Один из шести наследников остается в «Юэхайване», а пятеро других переезжают из Лиши. Это будет равноценно отказу от наследства. Но мы заранее заключим договор с оставшимся – он будет ежегодно перечислять положенные всем средства.

Фань Линь сразу смекнула:

– Ты предлагаешь нам выбрать одного наследника и заключить с ним договор о ежегодных выплатах?

– Именно. Так мы не нарушим завещание Ямэй. Пятеро смогут уехать и обосноваться в любой части страны, никому не сообщая своего местонахождения, – значит окажутся вне опасности. А оставшемуся и так не будет ничего угрожать, ведь он сделается единственным наследником, – добавила Су Сяотун.

– Гениально! – Ван Синсин вскочил с дивана, не сдерживая аплодисментов. – Это просто потрясающая идея!

– Но уверены ли мы, что оставшийся будет исправно переводить деньги? – выразила опасения Ли Сюэли.

– Об этом беспокоиться не стоит. Во-первых, мы совместно выберем самого надежного кандидата. Во-вторых, договор будет иметь юридическую силу – мы заверим его у нотариуса. В договоре пропишем условие: в течение десяти дней после получения наследства оставшийся обязан перечислить деньги. За каждый день просрочки будет начисляться пеня в размере нескольких десятых процента. Таким образом, нарушать условия будет невыгодно. Да и скрыться не получится – ведь для получения наследства необходимо круглогодично проживать в «Юэхайване», – разъяснила Су Сяотун.

– Да, это и правда разумно! – с радостью в голосе подхватила Фань Линь.

– Итак, все согласны с моим планом? – обратилась Су Сяотун к собравшимся. – Или есть какие-то сомнения? Прошу высказываться.

– Мне кажется, твой план вполне реален, – сказала Хань Лэй. – Но есть один вопрос…

– Какой? Поделись своими опасениями.

Хань Лэй немного помедлила.

– Этого может и не произойти, но мы должны учесть такую возможность. Что, если чисто гипотетически выбранный нами человек умрет раньше, чем истекут двадцать лет? Не станет жертвой убийства, а просто скончается от болезни или погибнет в результате несчастного случая?

Воцарилось молчание. Через некоторое время Ли Сюэли произнесла:

– То, о чем говорит Хань Лэй, действительно может стать проблемой. Мы делаем ставку на одного человека, и если с ним что-то случится – все пропало.

Су Сяотун растерялась: она не учла этого ранее. Фань Линь спросила:

– Что тогда будет с оставшимися деньгами?

Присутствующие переглянулись, но никто не мог дать ответ. Гу Лэй предложил:

– Может, позвоним адвокату Фэну?

– Верно, заодно спросим у него, как продвигается оценка и реализация активов Ямэй, – предложила Фань Линь. – Я позвоню, включу громкую связь. Вы не против?

Возражений не последовало. Фань Линь достала телефон и набрала номер адвоката. После нескольких гудков тот ответил.

– Адвокат Фэн, здравствуйте! Это Фань Линь, подруга Ямэй.

– Здравствуйте, Фань Линь, я вас помню. В чем дело?

– Мы все здесь собрались, вы на громкой связи. Хотим уточнить два момента. Первый: как продвигается оценка и реализация наследства Ямэй?

– Работа идет. Если нам ничто не помешает, через две недели переведем первые выплаты на ваши счета.

– Адвокат Фэн знает, что у нас тут происходит? – тихо пробормотал Ван Синсин.

Фань Линь бросила на него взгляд: ей тоже хотелось бы получить ответ на этот вопрос.

– Адвокат Фэн, вы в курсе последних событий в ЖК «Юэхайвань»? Теперь число наследников уменьшилось.

Короткая пауза, потом в трубке послышалось:

– Я знаю.

– Откуда?

– Мне сообщил следователь Тань. Один человек погиб, один добровольно отказался от наследства.

Тема оказалась деликатной, обе стороны избегали подробностей.

– Второй момент: что будет, если… гипотетически… останется всего один наследник и он не доживет до конца двадцатилетнего срока?

– В такой ситуации невыплаченные средства перейдут в социальный фонд, например Красному Кресту на благотворительность. Но уже полученные этим человеком деньги останутся его личным имуществом и могут быть унаследованы его родственниками. Понятно объяснил?

– Да. Спасибо, адвокат Фэн. Всего доброго!

– До свидания.

– Как сказал адвокат Фэн, если этот человек умрет раньше срока, оставшиеся деньги уже не будут иметь к нам отношения, – заключила Фань Линь, положив трубку.

Присутствующие переглянулись.

– Я уже говорила, все не так просто, – отозвалась Хань Лэй. – Если оставшийся… – Она запнулась, подбирая слова.

– Говори прямо: если помрет раньше времени, то плакало наше наследство, – резко закончила за нее Фань Линь. – Начнется настоящий фарс.

– Но это маловероятно, – вставил Ван Синсин. – Разве сложно молодому человеку без особых проблем со здоровьем прожить двадцать лет?

– К чему ты делаешь акцент на слове «молодому»? – сразу отреагировала Шэнь Фэнся. – После смерти Ся Ци самый молодой среди нас – ты. Похоже, намекаешь, что хочешь остаться единственным наследником?

– Я не это имел в виду. Но если бы даже и так – что с того? Тот, кто останется, не получит больше других – только свою шестую часть. К тому же ему двадцать лет придется жить в «Юэхайване», в то время как другие смогут свободно путешествовать. Еще и переводить деньги всем надо будет каждый год. Морока та еще. Думаете, я рвусь здесь остаться?

– Даже если бы рвался, мы бы тебе не позволили, – ответила Шэнь Фэнся.

– Почему? Не доверяете?

– Разве сейчас вообще можно говорить о доверии? – Шэнь Фэнся усмехнулась. – После всего-то случившегося? Тут дело не только в тебе.

– Тогда почему я не могу быть единственным наследником? – настаивал Ван Синсин.

– Потому что твоя продолжительность жизни среди нас самая непредсказуемая.

– Что?! Что ты хочешь этим сказать?!

– Ты каждую ночь засиживаешься за играми, в любую секунду можешь умереть от внезапной остановки сердца.

– Ты… – Ван Синсин захлебнулся от злости, но не нашелся что возразить.

– Я просто констатирую факты. Ты здесь самый молодой, но, учитывая твой режим, возможно, помрешь раньше нас.

– Фэнся, перестань говорить такие ужасные вещи, ладно? – Ли Сюэли не выдержала. – Что с тобой случилось? Ты всегда была такой мягкой, а теперь язвишь больше всех.

– Вы забыли? Я же намеренно притворялась нежной скромницей, чтобы угодить учителю Юаню. Теперь, когда его нет, зачем мне продолжать разыгрывать этот спектакль перед кем-то вроде вас?

– Кем-то вроде нас? – Ли Сюэли