Современный российский детектив - Анна Майская

лет. Она поселилась в социальном общежитии, старалась вести правильный образ жизни, отчаянно искала ребенка, которого к тому моменту уже взяли под опеку, и уже не ждала, что кто-то придет и поможет. Ребенка найти ей удалось, но вот вернуть не получилось. Маша с головой погрузилась в черные пучины депрессии и уехала из социального общежития, растворившись в лабиринтах московских улиц уже навсегда.

8

Время экспериментов

Январь – март 2002 г.

После того, как летом 2001 года Александр убил Андрея Коновальцева, парк заполонили бригады дружинников, которые без конца донимали посетителей, спрашивали у них документы и объясняли, что здесь гулять опасно. Александр выходил из себя всякий раз, когда видел этих людей с красными повязками на рукавах. Они слонялись где хотели и явно чувствовали себя хозяевами. Но в лесу может быть только один хозяин, и Александр считал себя его главным призраком. Сейчас же возле люка коллектора круглые сутки торчал какой-то парень, а у входа он несколько раз видел машину милиции. Нужно было повременить с убийствами, остановиться и передохнуть. Придумать что-то новое, а лучше – сменить территорию. Последнее Александр отмел для себя сразу. Он всю жизнь провел в этом районе, знал каждый проулок, столик или лавочку, а оказываясь в чужом месте, сразу начинал чувствовать себя неуютно.

Какое-то время Пичушкин топил агрессию в спорте и до боли в мышцах занимался на турниках во дворе или в кладовке, а вечером неизменно садился с матерью смотреть сериалы на втором канале. Пару раз он ездил на рыбалку с приятелями из соседних домов, однажды сходил на охоту, но и это не принесло ничего, кроме лишних расходов. По вечерам он иногда доставал из шкафа коробку из-под шахмат и рассматривал заполненные клетки. Незадолго до убийства Коновальцева Александр полностью заполнил доску «пятнашек» и перешел к шахматам. Он аккуратно наклеил цифры на пятнадцать клеток, положил «памятки» в коробку и продолжил собирать свою коллекцию. После каждого убийства Пичушкин наклеивал на очередную клетку бумажку с цифрой, а в коробку клал пробку от напитка на память. В основном тут попадались золотистые крышки от водки, но была и пара пластиковых желтых крышек от больших бутылок пива и даже красная от газировки. Оставалось еще почти пятьдесят свободных клеток, а он вот уже несколько месяцев не выходил на настоящую охоту, пытаясь заменить священную войну паршивым суррогатом. Охотиться на кабана ему до омерзения не понравилось. Зачем загонять несчастное животное, а потом его еще и умерщвлять? Что плохого сделал кабан? Жил своей тихой жизнью, бродил по лесу, может, хозяином себя чувствовал, а его вдруг убили ради того, чтобы сфотографироваться и шашлык сделать. Александр не умел пользоваться оружием. Выслеживать дикого зверя было тягостно: он совершенно не понимал, как можно быть таким жестоким, чтобы убивать животных? Люди – другое дело. Они заслуживают этого. В большинстве своем заслуживают.

Несколько месяцев Пичушкин держался. С наступлением холодов ему стало легче. С ноября по май все переходят в энергосберегающий режим, никто не спешит лишний раз высовываться из своих домов. Ветер и пронизывающий холод не позволяют долгое время находиться на улице, да и в неотапливаемом подъезде всегда было слишком холодно, а соседи так и норовили позвонить в милицию. Александр снова начал покупать себе после смены бутылку водки и пачку сигарет, но напивался редко. Ему было приятно наблюдать за тем, как спиртное меняет других людей. Он был не прочь ощутить это воздействие и на себе, но пил все больше в одиночку. Мысль о том, что он сделает в алкогольном опьянении нечто такое, о чем потом не будет помнить, все еще страшила. Причем чем дольше он не убивал, тем больше думал о том, кто достоин жить, а кто нет. Какие способы убийства можно опробовать? Что, если он обо всем этом начнет говорить, будучи пьяным? Эти страхи удерживали его от алкоголя достаточно долго, но на Новый год он дал себе волю. Поначалу никакого эффекта не случилось, и в новогоднюю ночь напиться так и не удалось. Потом он попробовал еще раз и еще, пока не проснулся в одном из подъездов. Безумно раскалывалась голова, а вся одежда была в крови, и вот это уже действительно его напугало. Чья это кровь? Где он был вчера и кого убил? Почему так и не смыл кровь? Даже едва держась на ногах, Пичушкин все равно всегда по пять раз за день мыл руки, чистил ботинки и аккуратно расставлял товары на полках. Сейчас его руки были перепачканы кровью, а в пакете лежал «джентльменский набор»: гвоздодер, бутылка, пачка сигарет, перчатки, зажигалка и салфетки. Откуда все это взялось, если вчера он ушел налегке?

Весь день Пичушкин бродил по району и расспрашивал знакомых, видели ли они его накануне, что он говорил и с кем общался. Оказалось, он ушел с какой-то девушкой, имени которой никто не знал. Вероятно, кровь принадлежала именно ей, но Александр не был уверен в этом и не помнил ничего из того, что произошло за прошедшие сутки. Было очевидно, что он начинает терять контроль, а это и было главным его страхом.

Нужно было снова ощутить себя вершителем судеб. Богом, который вправе решать, кому сегодня умирать. Несколько дней подряд ничего не получалось. То человек отказывался выпить, то в парке толпились дружинники. В пятницу 18 января у Пичушкина был выходной, и он уже потихоньку сходил с ума, когда вдруг на глаза ему попался Вячеслав, сорокалетний, заплывший жиром грязный бродяга, последние пять лет живший возле метро «Каховская». Его сторонились все, даже компании, собиравшиеся возле метро или супермаркета, в котором работал Александр. По слухам, мужчина несколько лет жил в коллекторе на «Курской». Казалось, он настолько пропитался запахом тамошней гнили, что даже его внутренние органы изъедены плесенью и паразитами. Говорили, что он лежал в психиатрической больнице и сидел в тюрьме. Впрочем, про всех что-нибудь болтают, особенно про тех, кто всегда на виду, но не в компании.

Оказалось, Вячеслав вполне приятный в общении, образованный, но никому не нужный человек. Услышав предложение выпить, он очень воодушевился и все время, пока они искали место, где остановиться, говорил без умолку. Было похоже, что мужчина рад не столько водке, сколько человеку, готовому его слушать. Он рассказывал про каких-то бабочек, про экспедиции и поиск новых видов насекомых, но Александр не слушал. В тот момент он чувствовал себя, словно алкоголик с бутылкой, которую никак не удается выпить. Когда они зашли в подъезд и их погнали оттуда какие-то