Современный зарубежный детектив-14. Книги 1-22 - Себастьян Фитцек

Марион чувствовала, что надолго задержать Арпада не сможет. И зашла с козырей:

— Вы знакомы с неким Филиппом Карралем?

Арпад оцепенел, но быстро опомнился и стал перебирать в уме советы, которые дала ему накануне Софи на подземной мойке: «Если полиция заговорит о Хищнике, говори всю правду. Тут они тебя могут загнать в угол. Они прекрасно осведомлены, не нужно их недооценивать, не держи их за дураков».

— Мы с Филиппом вместе сидели. Это было больше пятнадцати лет назад. Меня во Франции незаконно посадили в следственный изолятор, но позже никакого наказания я не понес. Глупое недоразумение с чужой машиной, которую я должен был перегнать из Лондона в Сен-Тропе…

— А после тюрьмы вы с ним виделись?

— Да, сначала в Сен-Тропе. В тюрьме он меня опекал, и я тоже хотел ему помочь. Нашел ему работу, но надолго он там не задержался. В итоге мы потеряли друг друга из виду, а я переехал в Женеву.

— И с тех пор вы не виделись?

— Пятнадцать лет его не видел. Странно, что вы о нем заговорили, потому что на прошлой неделе он вдруг проявился без предупреждения.

— Что он от вас хотел?

— Точно не знаю. Денег, наверное. Видите ли, он маргинал. Дважды ходил за мной по пятам, почти что преследовал. В прошлую субботу я ему даже наподдал. Поколотил как следует. И больше о нем ничего не слышал.

— Лжете, — сказала Марион.

Инспектриса молча положил перед Арпадом два снимка, сделанных три дня назад в музее естественной истории. На одном в здание входил Арпад с детьми. На другом туда же входил Хищник.

— В прошлую среду вы встречались с Филиппом Карралем в музее естественной истории.

Арпад пошатнулся. И вспомнил слова Софи: «Если в какой-то момент тебе покажется, что почва уходит из-под ног, вспомни, что ты месяцами от меня скрывал, что тебя уволили. Ты умеешь заговаривать зубы. Не обижайся, это не в порядке критики. В этом твоя сила». И он развернулся на полную катушку:

— Ничего себе! Думаете, он хотел устроить разборку после нашей субботней драки? Вот видите, я же вам говорю, этот полоумный ходит за мной по пятам! Кстати, я бы хотел подать на него жалобу. Пусть запретят ко мне приближаться или что-то вроде того.

— Значит, в музее вы не встречались?

— Не встречались ли мы в музее?! Если бы мы свиделись, инспектор, я, наверно, не сидел бы тут перед вами. Сомневаюсь, что он явился поглядеть на чучела зверей. По-моему, просто не рискнул орудовать в публичном месте.

— Значит, вы утверждаете, что после той ссоры в прошлую субботу не имели с ним никаких контактов? — спросила Марион.

— Никаких.

Марион торжествующе улыбнулась. И включила запись:

МУЖСКОЙ ГОЛОС: В субботу утром я на тебя рассчитываю.

АРПАД: Я пас.

МУЖСКОЙ ГОЛОС: Ты не можешь. Ты мне обещал.

АРПАД: Говорю тебе, я пас!

— Вы созванивались с Филиппом Карралем в среду утром, — сказала Марион. — За несколько часов до встречи в музее естественной истории…

Арпад вздрогнул. Софи накануне предупредила его: «Возможно, они записали разговоры с Хищником, но не смогут доказать, что это именно он». Как она сумела все предвидеть? Ситуация выходила из-под контроля, но он постарался сосредоточиться и следовать драгоценным советам жены. «Если тебе предъявят запись разговора, скажи, что…»

— Это Элмар, один эстонский друг.

— Эстонский друг? — переспросила Марион.

— Друг, который живет в Эстонии, если вам так больше нравится.

— Что он от вас хотел? На записи он, похоже, очень давит.

«Элмар просил тебя купить ему коллекционные часы на закрытой распродаже», — говорила Софи.

— Чтобы я пошел и купил ему часы на закрытой распродаже. Но у меня других дел полно, я собирался в Сен-Тропе. Послал его подальше. Бесит этот Элмар: дашь ему палец, откусит всю руку. Можете ему позвонить и спросить.

— Мы пытались, — заметила Марион. — Но его телефон отключен.

Арпад, чувствуя, что настал момент истины, решил пойти ва-банк и негодующе спросил:

— Можно узнать, по какому праву вы прослушиваете мои телефонные разговоры? Я, наконец, хочу знать, почему меня здесь держат.

Ответить Марион было нечего. Она просто сказала:

— Посидите здесь, я сейчас.

Она вышла и направилась в соседнюю комнату, где прокурор с полицейскими, в том числе с Грегом, следили за ходом допроса.

— У него на все готов ответ, — сказал прокурор. — Мне нечего ему предъявить. Ведь даже налет не состоялся. Пусть идет.

— Он нас водит за нос! — в отчаянии вскричал Грег. — Я уверен, что на записи голос Карраля, а не какого-то друга-эстонца!

— У нас нет никакой возможности идентифицировать этот голос, — напомнил прокурор. — Может, у вас тут Карраль есть под рукой? А главное, сколько раз вам говорить, что никакого налета не было? Спасибо за наводку!

Грег весь извелся. Ему хотелось орать, выплеснуть все, что ему известно. Что он установил камеру в спальне Браунов и еще позавчера засек разговор Арпада и, вероятно, Хищника насчет налета. Они разработали целый план, Арпад зайдет в магазин с переднего входа, а Хищник с Софи — с заднего. Но если он проговорится прокурору про камеру, его карьера будет кончена в тот же миг. И чего ради? Даже налет не состоялся! Или пока не состоялся. Их всех надувают, и эта мысль сводила его с ума.

Он вспомнил про второй телефон, запрятанный под плинтус в спальне Браунов. Он видел, как Арпад дважды говорил по нему с Хищником. Если следствие добудет этот телефон, расклад изменится.

— Надо провести обыск у Браунов! — Вопль Грега застал всех врасплох.

В свете разговора между прокурором и следователями предложение выглядело особенно неуместным.

— Нельзя проводить обыск без судебного решения, — напомнил прокурор.

— Надо найти зацепку, — не задумываясь, ответил Грег.

— Но у нас ничего нет! — взвился прокурор. — Мы сели в лужу по всем статьям, выставили себя на посмешище. Сколько времени и ресурсов потратили на это дело. Арпада Брауна надо освобождать. И снимать слежку. Для нее больше нет оснований.

Арпад в комнате для допросов вспоминал последний совет Софи: «Если тебя спросят про телефон под плинтусом, говори, что он для тех твоих клиентов в банке, которые скрыли от налоговой часть доходов и боялись, что обычные звонки прослушиваются».

Инспектриса не упоминала спрятанный телефон, но эти слова Софи не давали ему покоя. Откуда полиция могла знать про второй телефон за плинтусом? В эту минуту он понял: Софи знала что-то такое, чего не знал он. Она опять недоговаривала. Но поразмыслить он не успел, в комнату вошла Марион: