Современный зарубежный детектив-23. Компиляция. Книги 1-18 - Шахназ Сайн

мне, довольный донельзя, – он все утро потратил на это дело. «Как дела, Джордж?» – спросил я его. «Отличнейше, мастер Джайлз, – ответил он, – я смогу срубить этот терн быстрее, чем он вырос». А когда я сказал: «Уж надеюсь», он, казалось, был весьма оскорблен. Мы могли бы выдать его за знатока поверий.

– Почему бы и нет, – согласился Кэмпион. – Но я предупреждаю: будьте бдительны. Старик далеко не дурак и в этом разбирается. Вы удивитесь, насколько среднестатистический американец знает об Англии больше, чем мы с вами.

Преподобный Свитин Куш сухо кашлянул.

– У нас предостаточно небылиц, чтобы на некоторое время заинтересовать настоящего антиквара, – произнес он. – Как долго, по-вашему, он пробудет? Он приедет на неопределенный срок?

– Не знаю, – вдруг принялся уходить от ответа мистер Кэмпион. – Это я немало повеселился в вашей деревеньке, а вот он может бросить на поместье один быстрый взгляд и укатить восвояси, а затем – бабах! – ваш малыш Альберт лишится своих законных четырех пенсов в час, а старый Лоббетт – жизни. Ой, кстати, забыл сказать! Он будет здесь послезавтра. Ты сможешь все подготовить к этому сроку, Бидди?

– Проще простого, – откликнулась девушка. – В Дауэр-хаусе придется разбить целый лагерь.

Они сидели, обсуждая свои планы, до полуночи, и наконец старый пастор тяжело поднялся на ноги.

– Мне нужен мой ураганный фонарь, Бидди, – сказал он. – Всем следует отправиться в постели, если вы собираетесь завтра переезжать.

Девушка принесла фонарь. Компания наблюдала, как изможденная одинокая фигура пастора исчезает в темноте – его седые волосы оставались непокрыты, фонарь покачивался в руке, как блуждающий огонек.

Когда они вернулись в темный зал, мистер Кэмпион ухмыльнулся:

– Старый добрый святой Свитин. Он ведь с вами с тех самых пор, как вы гулили на руках у Кадди, верно?

– Верно, – улыбнулась Бидди. – Но он стареет. Элис – это его домработница, ты ее помнишь – считает, что в последнее время он все больше походит на русского старца.

– Ему, наверное, лет сто, – брякнул Альберт. – А что, это идея. Мы могли бы выдать его за самого настоящего святителя Свитина, дожди приносящего так сказать.

– Иди-ка спать, – посоветовала Бидди. – Твой умственный механизм нуждается в отдыхе.

Наверху, в спальне, обитой ситцем, дубовый пол был покатым, а прохладный воздух благоухал лавандой, туалетным мылом и пчелиным воском. Мистер Кэмпион не сразу забрался в кровать с балдахином. Некоторое время он простоял, пристально вглядываясь в темноту.

Наконец, вытащив из внутреннего кармана маленький, сильно потрепанный блокнот, нацарапал в нем «св. С.». Еще какое-то время постоял, изучая надпись, а затем добавил к ней вопросительный знак.

Глава 4

Владелец поместья

– …Хотя вы иностранец, с чем ничего не поделаешь, и вряд ли привыкнете к здешним обычаям, мы все равно рады вам! Мы веруем, что вы будете жить по старым заветам нашей общины и сделаете все для нашего процветания! – Оратор сделал паузу и отер лоб под своей ньюгейтской челкой цветным носовым платком. – А теперь споем гимн, – после недолгих раздумий добавил он.

Он пребывал в одиночестве в дальнем уголке своего сада, стоя лицом к лугам, которые плавно ниспадали к серым солончакам. Через пару минут он повторил речь слово в слово, закончив неожиданным:

– Доброе утро, сэр! – когда худой, бледный молодой человек в очках в роговой оправе появился по ту сторону изгороди.

– Доброе утро, Джордж, – отозвался мистер Кэмпион.

Джордж Уиллсмор – скрюченный старик, смуглый и бугристый, как подстриженная ива, с глубокими, вгрызшимися в лицо морщинами и густой бородой, – взглянул на мистера Кэмпиона. Как старейший дееспособный член семьи, к которой принадлежали почти все в Мистери-Майл, он считал себя своего рода мэром. И поэтому его деревенская натура страннейшим образом разбавлялась нравоучительными изречениями.

– Вы застали меня врасплох, – заметил он. – Я как раз репетировал текст, который собираюсь произнести сегодня днем.

– Вот как? – Мистер Кэмпион, казалось, был заинтересован. – Вы подготовили приветственную речь, Джордж?

– Что-то вроде того, – любезно кивнул старик. – Мы с пастором обсудили это, и он настаивает на исполнении гимна. А так как я – здешний церковный староста, обязанность приветствовать гостя ложится на меня. Вдруг, будучи иностранцем, он не найдет общего языка с другими.

– В этом есть некое разумное зерно, – одобрил мистер Кэмпион, с трудом поняв ход рассуждений старика.

– Я облачился во все новое, – продолжил Джордж. – Мне кажется, что стоит выглядеть нарядно. Я ведь достаточно наряден, не правда ли?

Он обернулся вокруг себя, чтобы мистер Кэмпион мог его рассмотреть. Джордж выбрал узкие вельветовые брюки, которые некогда были коричневыми, но с тех пор отстирались до кремовой белизны, ярко-синюю рубашку в клетку без воротника и белоснежную жилетку покойного хозяина, которая свободно болталась на тощем животе. Его соломенная шляпа, сшитая на фасон панамы, была обмотана черной лентой, в которую был заправлен пучок перьев сойки.

– Как вам? – с плохо скрываемой гордостью поинтересовался он.

– Очень хорошо, – похвалил молодой человек. – И все же на вашем месте я не стал бы произносить никаких речей, Джордж. Я как раз хотел переговорить с вами об этом. Разве нет у вас каких-нибудь интересных обычаев, майских шестов и всего такого, что подходило бы для данного события?

Старик сдвинул соломенную шляпу, обнажив неожиданно лысую голову, и протер макушку собственным головным убором.

– Не произносить речь? – разочарованно прогундел он. – Ну что ж, сэр, верно, вам лучше знать. Но я бы сказал все правильно, уж поверьте. Я из тех стариков, что умеют говорить. Увы, пора майских шестов прошла, – продолжил он, – а День фарисеев еще не настал.

Молодой человек вздохнул.

– И ни один из этих… э-э-э… праздников нельзя перенести? – с надеждой спросил он.

– Нет, их даты священны. Их ни для кого не переносят, – решительно покачал головой Джордж.

– Джордж… – Мистер Кэмпион очень серьезно взглянул на старика. – Послушайте моего совета и постарайтесь вспомнить подходящий праздник. Было бы неплохо, если бы на сегодняшнюю дату пришлась какая-нибудь церемония благословения репы. Вы же умный малый, Джордж.

– Это верно, – с готовностью отозвался старик и глубоко задумался. – Нет, ничего не припоминаю, – пожал он плечами. – Ну разве что праздник Семерых Свистунов.

– Семь Свистунов? – с интересом переспросил мистер Кэмпион. – Это откуда? Кто они?

Старик, прежде чем ответить, какое-то время пристально изучал свою шляпу.

– Семь Свистунов – это Семь Свистунов, сэр, – изрек он наконец. – Кто знает, привидения ли они или фарисеи, а фарисеи – это фейри, если спросите меня. В это время года они вечно реют над головой. И свистят. Шестеро из них, по крайней мере, свистят. Седьмой скорее кричит