Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

Дверь с громким стуком распахнулась. Лицо Стэнли было бледно как воск, измятая рубашка в пятнах пота.

– Что здесь происходит, черт побери?

Мы все трое сжались как дети, застигнутые врасплох слишком рано вернувшимся домой отцом. Джек потянулся к револьверу. Заметив это движение, я инстинктивно дернулась назад, но он успел выбить его у меня из рук, и теперь пистолет снова лежал на полу между мной и Викторией.

Стэнли продолжал стоять в дверном проеме. Раньше он всегда ассоциировался у меня с Зевсом или Аресом, а теперь я видела перед собой невзрачного человечка с маленькими круглыми глазками и лицом, словно разрезанным надвое клювообразным носом. Он так нуждался в деньгах и славе, что ради них был готов пойти на что угодно.

Переведя взгляд с одного из нас на другого, он остановил его на груде сброшенных со стола бумаг.

– Может быть, кто-нибудь потрудится объяснить мне…

Джек прочистил горло, но Виктория опередила его.

– Слава богу, Стэнли, что вы пришли! Скорее зовите полицию. Аделаида сбежала из приюта и напала на меня. Она угрожает убить всех нас. Хватайте ее!

Глядя на меня прищуренными глазами, Стэнли не сдвинулся с места.

– Эй, ты, – приказал он Джеку. – Позвони доктору Мортимеру. Мы не будем вмешивать в это дело полицию.

– Нет, – твердо ответил Джек. – Я вызову полицию и все им расскажу.

– Что? – Стэнли явно не ожидал, что кто-то смеет перечить ему.

– Вас надо заковать в цепи за то, что вы сделали. Я не дам вам выйти сухими из воды. Мы с Аделаидой уходим, – Джек взмахнул кулаком, встав между мной и Стэнли, – и вы не сможете остановить нас. Приведите в порядок свои дела, потому что вам придется надолго покинуть это место.

– Ты понимаешь, с кем ты говоришь?! – брызгая слюной, завопил Стэнли.

– Прекрасно понимаю.

– Одно мое слово, и ты больше не сможешь найти работу в этом городе.

– Ха! Да вы и носа не сможете наружу высунуть, когда все узнают, что вы сделали. Газетчики будут в восторге! Лорд Стэнли, лжец и вор, упрятал жену в приют для душевнобольных, чтобы спать с ее сестрой!

– Не понимаю, на что ты намекаешь, – шумно втянул воздух сквозь сжатые зубы Стэнли. – Если ее сестра ввела меня в заблуждение или применила ко мне какие-либо еще женские чары, я здесь ни при чем.

Было видно, что он давно думал о выходе из создавшегося положения.

– Пусть они обе отправляются в приют. Дурная кровь, как говорится. А люди будут лишь жалеть меня. Не я первый попался в женские сети.

– Ты лжешь! – гневно завопила Виктория, выпучив глаза. – Ты все знал! Ты сам обещал сделать меня леди Стэнли!

– Сожалею, но я не понимаю, о чем это вы говорите, – с отвращением посмотрел на нее Стэнли.

Скользнув по комнате, взгляд Виктории остановился на револьвере, и я прекрасно поняла, что она собирается делать.

Мы ринулись к оружию одновременно.

Я услышала выстрел и увидела вспышку, гораздо более яркую, чем ожидала, а потом…

Пустота и тишина.

Эпилог

– Я оставила тебе на столе газету. Просто поразительные новости. Вчера кто-то застрелил лорда Стэнли.

Я сидела в гостиной Уиффи, глядя на стену и вспоминая события, произошедшие два дня назад. Услышав голос подруги, я вздрогнула.

Человека, который разрушил мою жизнь, больше не существовало. Я испустила вздох облегчения.

– Пишут, что это связано с его бизнесом. Стэнли был по уши в долгах некоторым неприятным личностям, каких ты даже представить себе не можешь.

Джек сидел рядом, накрыв своей теплой, сильной рукой мою ладонь.

– Это ставит тебя в шаткое положение, Аделаида, – продолжала Уиффи. – Стэнли обманул владельца ипподрома. Деньги, которые были предназначены на строительство, пропали, а рабочие требуют оплаты. Дом продадут за долги, и ты, как вдова Стэнли, тоже будешь опозорена и лишишься средств к существованию. Боюсь, даже я ничем не смогу тебе помочь.

Я промолчала. Вокруг глаз Уиффи разбежались лучики морщинок.

– Нам кажется, Аделаида, будет лучше, если ты вернешься домой. В Англию. Я позволила себе принять решение за тебя и купила билет на пароход, отплывающий через две недели.

Рука Уиффи легко, словно крылья бабочки, прикоснулась к моим пальцам. Схватив ее пальцы, я прижала их к губам.

– Что бы я делала без тебя?

– К счастью, – улыбнулась она, – нам никогда не придется это узнать.

* * *

Запахи порта напомнили мне о прибытии в Нью-Йорк, но ощущения того дня стали расплывчатыми, и это радовало меня.

Все утро небо было серым и низким и в какой-то момент разразилось зловещим грохотом. Ветер гнал мимо газету, но мне не нужно было видеть заголовки, чтобы знать, что в ней написано. Убитый неизвестным преступником лорд Стэнли бесчестным образом обобрал представителей нью-йоркского истеблишмента, а его жена, недавно выпущенная из приюта для душевнобольных, с позором возвращается в Англию.

Я покрепче сжала руку Джека.

– Все в порядке? – внимательно посмотрел он на меня.

Я кивнула, ощущая странную дрожь. Я никогда не устану смотреть на него. Взяв его под руку, я склонила голову ему на плечо. Пусть все видят.

– Конечно.

Мы пробираемся сквозь шумную толпу, уворачиваясь от мужчин с ящиками и сундуками и снующих повсюду детей.

Пароход возвышается над причалом как Голиаф, погружая все пространство под ним в глубокую тень.

У подножия трапа стоит широкоплечий мужчина в черном костюме. Его движения напоминают готовую броситься на врага змею. Шляпа сдвинута на затылок, глаза шарят по толпе, а руки все время почти касаются стоящей рядом с ним женщины. Сказав что-то, женщина показывает на небо, и мужчина кивает в ответ. Подняв руку, он подзывает носильщика, но продолжает смотреть на женщину.

У меня перехватывает дыхание, и я прижимаю ладонь ко рту, чтобы не заплакать.

Стой, хочется сказать мне, обернись. Я люблю тебя. Я прощаю тебя.

Но я не произношу ни слова.

И женщина не оборачивается.

Молния раскалывает небо пополам, и образы мелькают перед глазами, как рассыпающаяся колода карт.

Я снова ощущаю холод рукояти револьвера и вижу свое отражение в глазах глядящей на меня Виктории. Ее мягкая рука прикасается к моей. «Ты не осмелишься», – говорит мне ее прикосновение.

Вдох, прицел, спускаем курок, выдох.

Счастье одного человека не должно зависеть от другого, но всю свою жизнь я пыталась доказать обратное. В память о матери я посвятила себя Виктории, не думая о собственном счастье. Это я поняла, находясь в приюте, и теперь была готова начать собственную жизнь. Я стала свободной.

Дующий вдоль причала ветер