Осколок рая - Крейг Дэвидсон

Вирджил сунул пистолет за пояс. Затем пересек площадь и постучал в дверь часовни. Преподобный открыл. Выглядел он неважно. Волосы жирными прядями падали ему на лоб. От него воняло, как от хорька в июле.

– Входите… – Он улыбнулся (жутковатое зрелище!), и его глаза забегали по сторонам. – У нас много работы.

Неохотно, словно ложился в собственный гроб, Вирджил Свикер вошел внутрь.

6

Эбенезер миновал Гриндерс-Свитч и выехал на федеральное шоссе. Он выжимал из «Олдсмобиля» максимум, все больше удаляясь от Маленького Рая.

Рокот мощного двигателя распространялся по автомобилю успокаивающей вибрацией. Эб включил радио и поймал песню «Ведьма» группы «Соникс» на канале KIOT 102.5 – «Музыка без лишней болтовни!» – из Альбукерке.

Кровь на его голове и ухе свернулась и засохла коркой.

Он остановился на заправке «Тексако» и привел себя в порядок в туалете (заправщик несколько секунд колебался, решая, пускать ли его туда, но что-то в поведении Эба убедило его выдать ключ). Выйдя из туалета, Эб выглядел довольно презентабельно. Он снова выехал на шоссе и через некоторое время свернул к придорожной закусочной из стекла и стали, потускневшей от пыли проносящихся мимо автомобилей. Внутри несколько человек сидели за стойкой и в кабинках. В конце прилавка вращалась витрина с пирогами – огромными, толщиной сантиметров в пять, а то и больше. Пироги были нарезаны клиньями и украшены безе или взбитыми сливками. Эб сглотнул слюну и задумался о своем состоянии. Он был не в той форме, чтобы показываться на людях и объяснять, что с ним произошло. Что ему было нужно, так это комната в мотеле, ванна и возможность спать в настоящей постели в течение примерно пятнадцати лет.

У входа в закусочную стоял телефон-автомат. Эб открыл пепельницу в машине и выудил оттуда смятую долларовую купюру и несколько десятицентовиков. Его спина от пота прилипла к сиденью; он оторвался от обивки, как гигантский пластырь, и направился к телефону.

– Полицейское управление «Правда или последствия». Вы хотите сообщить о преступлении?

Эб прочистил горло.

– Да.

Раздался щелчок. Серия гудков, и наконец Эб услышал мужской голос:

– Говорит детектив Роллинз. В чем проблема?

Звучал он так, словно ожидал, что пожилая женщина сейчас скажет ему, что ее кот, мистер Баттонс, застрял на вязе.

– Э-э, дело в том, что… – Эбенезер не знал, что ему вообще говорить. Наверное, стоило отрепетировать. – Я слышал, что-то происходит в лесах и на холмах за городом Гриндерс-Свитч.

– Вот как, приятель? И что же такое страшное там происходит?

Судя по голосу, детектив был толстым. Эб представил, как он сидит, откинувшись на спинку деревянного стула, а электрический вентилятор разгоняет влажный воздух в полицейском участке. Он практически видел, как по всей шее Роллинза в направлении слишком тугого воротничка плещутся туда-сюда жировые складки, как капли пота стекают по лбу и увлажняют брови-гусеницы над парой маленьких поросячьих глазок.

– Я прогуливался по тому району и наткнулся на…

– Откуда ты, приятель? Сомневаюсь, что ты местный.

– Я англичанин, если вам это так важно.

– Все, что я спрашиваю, – важно! – Роллинз перешел на более серьезный тон. – Ясно тебе, приятель?

– Яснее некуда.

– Давай рассказывай свою историю. Я не собираюсь тут целый день сидеть, пока ты с мыслями собираешься.

Эбенезер заглянул в закусочную через пыльное окно. Официантка – боевая старушка по имени Фло, или Мардж, или Бетси (в общем, точно один из этих трех вариантов) – уставилась на него, вытаращив глаза. Витрина с пирогами соблазнительно вращалась у ее локтя.

– Я гулял по холмам, – напряженно сказал Эб. – Наткнулся на лагерь. Лагерь выживальщиков. Маленький Рай вроде. Слышали о нем?

– Не-а… – В этом небрежном «а» детектив выразил всю свою незаинтересованность в этом деле.

– Их там человек сорок. Живут сами по себе в лесу.

– Ну и что? Странные ребята, конечно, но такой стиль жизни – не преступление.

– В общем… Там несколько человек погибли.

Он услышал громкий скрип – возможно, Роллинз придвигал свой стул ближе к столу. В его голосе внезапно зазвучал живой интерес.

– Продолжай.

– Я не знаю, как это произошло, да и что там вообще произошло. Но…

– Ты что-то видел? – спросил Роллинз.

– Труп. Точнее, несколько трупов.

– Ты уверен? Ты прям вблизи их разглядел? Они точно не спали? Может, сознание потеряли…

– Спали? Точно нет. Они умерли.

– Каким образом?

– Прошу прощения?

– Как эти «трупы» умерли? Пуля в голову? Нож? Что?

Какой смысл был говорить этому человеку правду? Что Чарли Фейрвезер, Отис Лэнгтри и большой рыжеволосый бык были зверски растерзаны чудовищами, которых шериф и представить себе не смог бы… Эбенезер вздохнул.

– Я… я не знаю. Умерли, и все. Хотите верьте – хотите нет.

«Жирный ты мудила», – подумал Эбенезер, но мысль эту, конечно, не озвучил.

Роллинз ворчливо вздохнул. Стул заскрипел, когда его тело вернулось в исходную – как предположил Эбенезер, безразличную – позу.

– Ты же знаешь, что передача ложной информации сотруднику правоохранительных органов является федеральным преступлением, не так ли?

Эбенезер закрыл глаза и прислонился головой к телефонной будке. Ему все-таки следовало получше продумать свою историю.

– Я не лгу, офицер.

– Как тебя зовут?

– Джулиус.

– Ага. А фамилия?

– Джулиус Трифтуисл.

– Ну тогда, мистер Трифтуисл, почему бы тебе не притащить свою задницу в участок и не подать официальное заявление? Тогда мы сможем поработать над твоей историей.

Эбенезер не собирался идти ни в какой полицейский участок. Не в его состоянии. Ни в коем случае. Они потребовали бы у него удостоверение личности. Возможно, даже сняли бы отпечатки пальцев, что для него грозило очень неприятными последствиями. Эб был не в лучших отношениях с законниками.

– Или просто скажи мне, где находишься, и я приеду сам. Я почти уверен, что минуту назад слышал в трубке грохот большого грузовика, так что полагаю, что ты звонишь из телефона-автомата на перекрестке…

Эб повесил трубку. Черт возьми! Все прошло хуже некуда. Он заглянул в закусочную. Классическое американское заведение: яркий линолеум, блестящий хром и запах обжаренных в масле обильных порций углеводов. После недолгих размышлений он толкнул дверь. Звякнул колокольчик. В одной кабинке сидела семья: отец, мать и маленькая дочь. За стойкой сгорбился коммивояжер. Перл разносила им заказы.

Он сел на мягкий табурет у стойки. Включил миниатюрный музыкальный автомат, установленный на краю столешницы, опустил монету в пять центов и нажал клавишу B6. «Останься со мной» Бена Э. Кинга. Эб не ожидал обнаружить в музыкальном автомате песню чернокожего мужчины.

Официантка подошла к нему без особого энтузиазма.

– Вы в порядке, мистер? – произнесла она это как