Алатырь Евы - Янина Олеговна Корбут

– Это точно удобно? У вас рабочий день…

– Мне приятно сделать перерыв ради такой красивой девушки.

Накрапывал легкий дождик, и мы шли под его зонтом, прижавшись друг к другу. Разговаривали о больших и маленьких городах, Виктор рассказывал о своей работе. Оказывается, он учился в Казани, а сюда приехал работать, потому что в Алатыре жил его дед, завещавший ему дом с участком.

– Когда я был маленьким, мы тоже жили тут какое-то время. Переехали из-за работы отца. Вот, считай, вернулся к истокам. Хорошо, что есть квартира в городе, но дом все равно понемногу строю.

Потом мы пили чай в теплой маленькой кофейне, а по стеклам сбегали миллиарды дождевых капель. Мне было тепло, уютно и впервые за долгое время спокойно. Будто кто-то взял тяжелый груз проблем с моих плеч и переложил их на свои.

Прощаясь, я пообещала сходить с Виктором в театр.

Через некоторое время мы гуляли в парке, а потом он вдруг резко стал частью моей жизни. Важной частью. Он так легко решал все мои проблемы, всегда был готов выслушать, помочь, развлечь.

После того как Виктор впервые подарил мне цветы, я поняла, что мы уже не просто друзья. То, как он смотрел на меня, вызывало мурашки. Мне не терпелось остаться с ним наедине, хотелось, чтобы он поцеловал меня, но я боялась показаться слишком доступной. И он тоже не спешил, вел себя тактично, зная о моих проблемах.

Чтобы я имела возможность каждый день навещать Зою, Виктор предложил оформить мне легкий диагноз – тревожное расстройство. Он заверил, что это все просто формальность, зато так я каждый день ходила в больницу на дневной стационар, гуляла с Зоей и подолгу сидела у него в кабинете. Оказавшись в палате сестры впервые, я, конечно, сразу обратила внимание на гнетущую обстановку. Кровать подписали, у окон не было ручек – ручки были только у санитарок, и окна открывались только во время проветриваний по запросу. Я еще подумала: какая злая ирония, что психиатрическое отделение выходит окнами прямо на реку. Разве есть что-то более свободное, чем вода? Но я утешила себя тем, что это все временно, зато она под надежным присмотром.

– Сейчас я занимаюсь открытием своей частной клиники. Там все будет принципиально по-другому.

– Ты уйдешь из больницы?

– Пока нет, мне все равно нужно доработать до окончания контракта. Сейчас в больницу пришли новые врачи, правда пока это вчерашние интерны, им нужно время, чтобы втянуться. Но если ты о Зое, то, надеюсь, к тому времени лечение ей уже будет не нужно. Ну или я заберу ее к себе в клинику. Владелец частной клиники заинтересован в том, чтобы пациент и его родственники остались довольны результатом. Поэтому у меня не будет поточной системы с кучей бумаг и формальных отписок. Не будет каких-то стандартов. Например, у нас за каждым врачом закреплено по тридцать-сорок коек. Разве можно в таких условиях уделить каждому больше десяти минут? Или сроки, которые обязывают держать пациента строго двадцать один день.

– А сколько нужно?

– Если есть возможность быстро и качественно помогать, надо выписывать раньше. Если пациенту требуется длительное лечение, значит, после глубокой диагностики он пролечится в стационаре, а потом может просто посещать клинику в форме дневного стационара.

– Звучит здорово. Боюсь, цены в вашей клинике будут нам не по карману. Особенно пока я не найду работу, – шутливо заметила я.

– Поверь, с тебя я и копейки не возьму.

Первое время не могла поверить, что все это происходит со мной, но Виктор мне безумно нравился. Очевидно, что и я ему была небезразлична. Хотя я постоянно делала акцент в разговоре на то, что, кроме меня, у Зои никого нет. И, наплевав на гордость, даже рассказала о том, как Паша бросил меня, испугавшись ответственности. Хотела, чтобы Виктор понимал: ничего серьезного затевать не стоит.

Тогда я была уверена, что уеду, а отношения с Виктором воспринимала как небольшую интрижку, нужную мне, чтобы взбодриться. Когда я стала понимать, что влюбляюсь, сделала попытку поговорить с ним, объяснив, что не могу сейчас думать только о себе. В ответ Виктор крепко обнял меня и сказал, что принимает мои проблемы как свои. И совсем не считает Зою обузой.

– Поверь, у нас в Алатыре полно библиотек, где она сможет работать. А с такой степенью аутизма люди заводят семьи, так что не ставь на ней крест. Сейчас у Зои ухудшение, но это понятно: смерть мамы, к которой она была очень привязана, спровоцировала приступ. Пройдет время, и все нормализуется. Доверься мне, я же врач-психотерапевт.

Мне так сильно хотелось довериться ему, что я просто млела от таких слов. Уже не раз ловила себя на мысли, что Виктор вполне может уехать со мной в Москву. Что его держит в этом городе? Участок, доставшийся от деда? Работа? Устроиться психотерапевтом можно и в Москве, главное – мы сможем жить вместе. К тому моменту я поняла, что всю жизнь искала именно его: он был не только красив внешне, но и безупречно воспитан, сдержан, по-мужски немногословен. У него не было в анамнезе бывших жен и детей (это я узнала от медсестер, которые любили со мной поболтать), а друзья отзывались о нем как о трудоголике, которому некогда было строить отношения.

Между тем наступила зима. В одни выходные перед Новым годом мы поехали за город в пансионат с его другом Максимом и его женой Эллой. Пока мужчины занимались мясом, мы отправились в сауну и общались. Элла была старше меня, любила поболтать и, конечно, принялась выспрашивать все о моей прошлой жизни. Я же не преминула закинуть удочку по поводу Виктора. И узнала (разумеется, под большим секретом), что несколько лет назад у него была девушка Саша. Друзья думали, что они поженятся, но та оказалась легкомысленной. Трепала Виктору нервы, не хотела мириться с его постоянной занятостью на работе, а потом и вовсе бросила после очередной ссоры.

– Уйти от такого мужчины! Нужно быть полной дурой…

– Да уж…

– Конечно, потом она опомнилась и вернулась, Вик даже простил ее, но люди не меняются. Через какое-то время она снова сбежала с любовником. Думаю, Вик очень тяжело это переживал. Максим тогда работал с ним и говорил, что волнуется за друга. После того он больше не знакомил нас с девушками. Не знаю, были ли у него какие-то мимолетные отношения, но точно ничего серьезного. И если сейчас он