Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 - Сергей Павлович Бакшеев

Что за дела? Марат дернулся и распахнул глаза. К нему качнулась пакля крашеных белых волос, и он увидел заспанное женское лицо.

– Хочешь еще? Доплачивай.

Девица широко зевнула и обдала его кисловатым отталкивающим дыханием. Марата пронзило воспоминание. Проститутка! Как там ее? Анжела или Олеся? Он поссорился со своей Леной, напился и нашел девицу на сайте «Нежная лилия». Она явилась под кайфом и, как дура, хихикала, ублажая его.

Блин! На кой она ему сдалась? Ах да! Он хотел вытянуть из нее сведения о Кате Гребенкиной и Лизе Малышко. Это был не пьяный разврат, а оперативное внедрение. Внедрение…

Марат откинул одеяло и свесил с кровати голые ноги. Ступня угодила в холодную слизь использованного презерватива. Ну, хотя бы об этом шлюха позаботилась.

– Тысчонку накинь – и продолжим. Ты такой славный… – Крашеная блондинка попыталась придать голосу нежность и приподняла ладошками объемную грудь. – Потрогай. А можешь и куснуть.

– Пошла на хрен! Проваливай! – взвился Марат, натягивая трусы.

– Урод! – фыркнула девушка.

Впрочем, оделась она быстро, не сделав ни одного лишнего движения и контролируя поведение недовольного клиента.

– Давай-давай! Выметайся!

Марат грубо вытолкал проститутку из номера и схватился за голову.

О чем они говорили? Девица что-то рассказала ему о Кате и Лизе. Вроде бы они делали тату в одном салоне, где девочкам Беспалого предоставляли скидку.

«Так эти сучки вот что удумали…» – всплывал из памяти рассказ проститутки.

Точно, она так их и назвала, как будто сама была святой!

«Катя и Лиза заказали одну и ту же бабочку на пояснице. Хитрые сучки одинаково стриглись, пользовались тем, что похожи, и подменяли друг друга во время месячных, чтобы не упускать выгодных клиентов. Одна из них показала родинку на бедре и хвасталась, что в школе укорачивала юбки до этой отметки. Мымра-директриса выгоняла девочек из школы, если длина подола была короче пальцев вытянутых по швам рук. А у нее родинка выше! Она прикольно демонстрировала, как во время проверки приспускала юбку, оголяя пупок. Директриса одобряла – все по правилам. Мы так ржали!»

К чему он запомнил этот бред? Его задачей было выяснить мотивы самоубийства или убийства девушек. И он задавал нужные вопросы. Но хихикающая Анжела-Олеся не хотела говорить о грустном.

Валеев оделся и покинул гостиницу. Он перешел дорогу и сел в свою машину, припаркованную вдоль улицы. Его глаза контролировали левое зеркало, чтобы вклиниться в плотный утренний поток автотранспорта. А вот и достаточный интервал!

Марат вывернул руль влево, газанул и выехал на дорогу. Сзади резко засигналили.

– Да пошли вы! – ругнулся оперативник.

Однако Валеева смутило, что его машина ехала как-то странно, как будто ее что-то тормозило. Марат глянул в правое зеркало и ниже задней дверцы заметил белую копну волос. Он узнал эти крашеные волосы! За машиной волочилась девушка-проститутка, прикованная к ручке автомобиля.

Марат в ужасе ударил по тормозам. Водитель сзади перестал сигналить, и в наступившей тишине Валеев услышал приближающийся вой полицейской сирены.

Алекс Баюкин, пригнувшийся к рулю черного «инфинити», с удовольствием наблюдал за одураченным опером, пытавшимся отстегнуть тело девушки, и за потрясенными свидетелями ужасной сцены. Заранее вызванные полицейские уже бежали к месту происшествия.

Дело сделано! Он не зря дежурил ночью у затрапезной гостиницы.

Алекс набрал телефон адвоката и доложил:

– Все получилось в лучшем виде. Валеева пакуют.

38

Работа – лучшее лекарство от депрессии. Правда, применять его надо ударными дозами, то есть отдаваться работе полностью.

Ранним утром Елена Петелина подъехала к клубу «Дикие кошечки» и сощурилась от весеннего солнца. Весь март весна словно играла с затянувшейся зимой в перетягивание каната, как на шоу слонов в Таиланде. Там двадцать человек пытались удержать огромное животное. Слон то отступал, то подавался вперед, показывая, как ему трудно, но потом наконец легко срывался с места, таща за собой проигравших. Так и весна сегодня окончательно победила надоевшую зиму.

Петелина направилась к тучному человеку в форме майора полиции.

– Следователь Егоров? Доброе утро.

Елена увидела ту же недовольную гримасу, с которой пожилой следователь райотдела полиции помогал составлять протокол осмотра на месте гибели Екатерины Гребенкиной.

– Зачем вы вызвали меня сюда? – с ударением на последнем слове спросил Егоров.

– Здесь произошло убийство Бориса Мануйлова, сутенера двух девушек, которые бросились с крыши на вашем участке.

– Убийство не моя компетенция.

Интонация и взгляд пожилого служаки ничего не скрывали. «У тебя новенькие сапожки и пальто, а на мне форма, которую некогда сдать в химчистку. Мы в одном звании, но меня скоро выпрут на пенсию, а ты еще повертишь хвостом перед начальством. И то, что ты из высокого кабинета, еще не означает, что я должен тебе прислуживать. А как ты парковалась, баба! Сто раз туда-сюда. Смешно смотреть!»

Как же часто Елена натыкалась на подобный взгляд. Спорить? Доказывать свою компетенцию? Глупо. Из двух спорящих не прав тот, кто умнее. Она женщина и прекрасно знает, что больше всего любят состарившиеся неудачники. Лесть!

– О вас, Вячеслав Николаевич, ходит слава в управлении. Да-да! Вы за год раскрываете столько преступлений, сколько я за пять. И практически нет возвратов на доследование. Мне бы ваш опыт.

Елена Павловна понятия не имела о служебных успехах Егорова. Его имя-отчество она уточнила только перед встречей. Зато женщина прекрасно знала слова, которые хочет услышать любой замотанный службой следователь. Петелина скромно коснулась руки майора.

– Если вы мне поможете, мы быстро раскроем это запутанное дело.

Егоров приосанился. Попытался убрать живот, но эффекта хватило на один вдох.

– Что вы об этом думаете? – спросила Петелина.

– Если говорить о первом случае – это классическое самоубийство.

– Вы уверены?

– Посмотрите. – Оживившийся Егоров раскрыл молнию на папке и извлек фотографию. На снимке улыбались девушка и парень в очках. – Это погибшая Стела Сосеску и аспирант МГУ Олег Дерябин. Снимок обнаружили у нее в кармане, а на обороте ее рукой написано: «Я хотела стать другой, но не успела. Прощай». Фактически это предсмертная записка.

– Похоже, вы правы.

– Еще бы! Я разыскал Олега Дерябина и опросил его. Он работает в Ботаническом саду МГУ на Воробьевых горах. Парень подтвердил, что разорвал отношения с девушкой, после того как узнал правду о ее профессии. Для Стелы это был удар. В целом, типичный мотив для самоубийства.

– А как вы нашли Олега Дерябина?

– Подружки Стелы Сосеску знали парня. Даже встречались с ним.

Елена припомнила, что телефон Лизы Малышко отключился вчера на Воробьевых горах рядом с ботаническим садом.

– Отличный результат! Позвольте…

Старший следователь пересняла фотографию на