Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн

– Да. Устал.

– Из ваших показаний, мистер Веджвуд, явствует, что за все это время вы ничего не ели…

– Я не был голоден. Мне просто хотелось побыть наедине с собой.

– И потому вы завели мотор машины?

– Да. Я всегда так делаю. В холодную погоду, прежде чем выехать, я даю мотору минут пять-десять поработать на холостом ходу, чтобы прогрелся. После этого управлять машиной намного легче.

– А дальше?

– Дальше я вспомнил, что ключ от дворовых ворот лежит у меня в пальто. Оно осталось в квартире. Я пошел за ключом. Вскоре позвонила миссис Бранд и сказала, что Пол до сих пор не возвратился. Я предложил ей куда-нибудь сходить. В театры мы безнадежно опоздали и потому решили отправиться в кино. Прежде чем зайти за миссис Бранд, я вернулся в гараж и заглушил мотор. По моим прикидкам, он проработал минут семь.

– Понятно. – Коронер откашлялся. – Хочу задать вам несколько вопросов, касающихся этой части ваших показаний. Когда миссис Бранд сообщила вам, что ее муж должен был вернуться еще два часа назад, но его по-прежнему нет, вас это не встревожило? Вы не подумали, что с ним могло случиться какое-то несчастье?

– Нет. Пол был в своем репертуаре. Он отличался крайней непредсказуемостью. Ни Джина… то есть миссис Бранд, ни мы на работе никогда не знали, в какое время он появится.

Коронер записал его слова.

– А потом, мистер Веджвуд, настало воскресенье. Вы вместе с другими членами семьи пили чай в квартире миссис Бранд. Неужели и через несколько дней вас не встревожило отсутствие двоюродного брата?

– Встревожило. Я подумал, что его отсутствие подзатянулось, но особого беспокойства у меня это не вызвало. Как я уже сказал, мой двоюродный брат был человеком необязательным.

– Хорошо. Тогда вернемся к вашим недавним словам. Вы сказали, что намеревались, невзирая на туман, поехать за город, поскольку вам хотелось побыть в одиночестве. Однако стоило миссис Бранд позвонить, вы тут же отказались от своего намерения и предложили ей отправиться в кино. Как вы это объясните?

– Никак, – пожал плечами Майк. – Я просто рассказываю все так, как было.

– Мистер Веджвуд, между вами и миссис Бранд существуют интимные отношения?

– Разумеется, нет.

– То есть вы всегда относились к ней только как к жене вашего двоюродного брата?

– Да, и никак иначе.

– Вы помните о принесенной клятве?

– Да.

– Прекрасно. Можете покинуть трибуну.

Ко всеобщему изумлению, включая и изумление миссис Остин, следующей вызвали ее.

Она воинственно двинулась по проходу. Полы ее пальто развевались, а ленты трепетали в воздухе. Заняв место, она со сдержанной враждебностью оглядела зал, присяжных, коронера и полицейских.

Далее она сообщила, что ее зовут Дороти Остин, ей сорок два года (о возрасте ее не спрашивали) и живет она в Сомерс-Тауне.

– Я работаю приходящей прислугой у миссис Бранд почти четыре года. Если уж кто и знает ее, так это я, – заявила служанка.

Посмотрев на нее, коронер улыбнулся.

– Миссис Остин, мы постараемся не выходить за рамки ваших показаний, – проговорил он. – С ваших слов записано, что вы ежедневно приезжаете на квартиру миссис Бранд к восьми часам утра и находитесь там до полудня, но иногда возвращаетесь снова, когда нужно приготовить ужин и помыть посуду.

– Не вижу в этом ничего плохого, – отреагировала миссис Остин.

– Конечно же, в этом нет ничего плохого. Наверное, за несколько лет вашей работы у миссис Бранд вы сумели изучить характер и особенности поведения и ее самой, и ее мужа. Как по-вашему, была ли их совместная жизнь счастливой?

– Да никоим образом! – с жаром возразила миссис Остин. – Если б мой муж относился ко мне так, как мистер Бранд – к моей хозяйке, я бы давным-давно от него ушла. Только ангельская натура миссис Бранд заставляла ее терпеть все это так долго.

Джина умоляюще смотрела на свою служанку, но никакая сила не могла остановить благонамеренный язык миссис Остин и внести хотя бы толику понимания в ее ограниченный ум. Миссис Остин вообразила себя адвокатом и уже видела свое имя в крупных газетных заголовках, где ее называли защитницей угнетенной миссис Бранд.

Симпатичный крепыш, сержант Пиллоу, насмешливо поглядывал на свидетельницу. Когда он брал у нее показания, то даже пожалел, что служанка оказалась слишком уж «в ударе». Однако правда есть правда, и чем легче свидетельница ее излагает, тем лучше для всех.

Коронер сейчас вообще мог бы молчать. Миссис Остин не только дословно помнила свои показания, но и была решительно настроена расширить и дополнить их.

– К чести супругов Бранд, скажу, что до скандалов у них не доходило. Но как по мне, так уж лучше бы они скандалили. А так всё втихомолку. Видели бы вы, с каким безразличием он к ней относился! Половину времени его вообще не бывало дома, а когда появлялся – попросту ее не замечал. Нельзя упрекать миссис Бранд, если она куда-то ходила с мистером Майком, – должен же кто-то сопровождать леди. Она же не мышь, чтобы сидеть под крышей и носа не высовывать. Ни один человек такого не выдержит.

Коронер вмешался в этот словесный поток:

– Миссис Остин, вы говорите, что редко задерживались в квартире вашей хозяйки позднее девяти часов вечера и никогда не приезжали туда раньше восьми часов утра. Поэтому вы не в состоянии ответить, бывали ли случаи, когда в отсутствие мистера Бранда мистер Веджвуд оставался там на ночь.

– Это кто ж до такого додумался?! – возмутилась миссис Остин, но коронер сразу охладил ее пыл.

– Вы должны отвечать мне только «да» или «нет», – назидательно произнес он. – Известны ли вам достоверно случаи, когда в отсутствие мистера Бранда мистер Веджвуд оставался в квартире покойного на ночь?

– Нет! – ответила миссис Остин, раздраженная наложенным на нее ограничением. – А если бы и оставался, я бы не упрекнула ни его, ни ее. Говорю вам как есть.

– Этого достаточно. – Коронер ушел от опасной темы. – Когда мистер Веджвуд пришел сообщить миссис Бранд о смерти мужа, вы находились в квартире. Это отражено в ваших показаниях. Я попрошу вас более подробно рассказать о том эпизоде. Мистер Веджвуд пришел к миссис Бранд утром. По вашим словам, около десяти часов. И было это в понедельник, первого февраля. Вы помните события того утра?

– Помню во всех подробностях, как и ночь, когда скончался мой муж, – ответила миссис Остин, зачем-то добавив совершенно лишние сведения о своем муже.

– Прекрасно. Скажите, до прихода мистера Веджвуда вы видели хозяйку?

– Само собой. Я все утро заходила к ней в комнату.

– К утру понедельника мистер Бранд отсутствовал уже три дня и четыре ночи. Миссис Бранд показалась вам встревоженной?

Миссис Остин задумалась.

– Я бы не сказала.