Тайна под крышей - Юлия Ю. Бычкова

– У одноклассницы такой живёт.

– В аквариуме?

– Да. Только это не совсем рыбина.

– Неважно… О! Тут люди спрашивают, как назвать аксолотля.

– И что им советуют?

– Ксоля, Лотик, Толик…

– Супер!

– А может, дядя Витя с Длинным рассчитывают на русалку?

– И как я сразу не догадалась!

Мы захихикали.

– А если серьёзно, – сказала я. – Что они с рыбой делают? Она же с химикатами всякими…

– Едят. Или дядь-Витиным кошкам отдают.

– Бедные кошки!

Дядя Витя с Длинным пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны. Дима вскочил с места.

– Надо проследить за Длинным!

– Не надо! Может, они просто знакомые, а не сообщники.

– Вот и узнаем!

– Так мы пока про дядю Витю ничего толком не знаем!

– И то правда. Ладно, продолжим следить за ним.

Мы выскочили из кафе. Дядя Витя прошёл немного по переулку и свернул в арку.

– Давай ускоримся, а то потеряем его, – сказал Дима. Мы вбежали в арку и увидели, как захлопывается дверь магазинчика. Метнулись к вывеске.

– «Зоомагазин», – прочитал Дима.

– Загляну туда! – шепнула я. – А ты спрячься за угол.

Пока Дима не успел возразить, я потянула дверь магазинчика и прошмыгнула внутрь. Дядя Витя стоял рядом с кассой. Я кивнула продавцу и подошла к стеллажу с кошачьими домиками и лежанками.

– У вас есть корм для голубей? – спросил дядя Витя.

– Есть упаковки по килограмму.

– Отлично, давайте три.

Продавец отдал дяде Вите голубиный корм, тот расплатился и вышел из магазина.

– А сколько стоит вот такой домик для кошки? – спросила я у продавца.

– Двухэтажный?

– Да!

– Семь тысяч.

– Ой, как дорого…

– Зато смотри, какой он классный! Сам бы в таком жил.

– Это да. Ладно, до свидания!

– До свидания!

Я выскочила из магазина.

– Чего ты так долго? – набросился на меня Димка.

– Если бы я сразу ушла – было бы подозрительно.

Мы выбежали в переулок.

– Вон он, недалеко ушёл. – Я показала на дядю Витю.

– Что он купил?

– Три упаковки голубиного корма.

– Я даже не знал, что такой существует.

– Я тоже. Ты когда-нибудь видел, как дядя Витя голубей кормит?

– Не-а.

– Надеюсь, он их не для кошек приманивает…

– Голубей-то? А что, может быть.

– Да, голуби уж точно не хуже рыбы с химикатами.

– Слушай! – воскликнул Дима. – А может, дядя Витя с Длинным вовсе не рыбу ловят на набережной?

– Про мутантов и русалок я уже слышала.

– Да я не про это! Может, в Неве аквалангист плавает. А дядя Витя с Длинным сбрасывают ему награбленное…

– И он уплывает с награбленным в Финский залив, а потом за границу, да?

– Точно!

– Как-то это слишком по-киношному…

– Но может же такое быть?

– Вряд ли.

– Зануда, – буркнул Дима.

– А ты фантазёр.

Дядя Витя двигался в сторону дома.

– Как думаешь, он домой возвращается?

– Ну да, надо же корм занести.

Дядя Витя свернул в арку нашего двора, мы – за ним. Дядя Витя скрылся в парадной, а мы подошли к Замире и мелким. Они как раз достроили снежные крепости.

– Классно получилось, – сказал Дима.

Рустам улыбнулся, а Ваня кивнул. Мол, это и так ясно.

– У вас что? – спросила Замира.

– Он купил три упаковки голубиного корма.

– А по дороге встретился с дядькой, с которым на рыбалку ходит.

– С длинным таким?

– Ага.

– Если дядя Витя опять куда-то пойдёт, будете за ним следить?

– Конечно!

– Галина Петровна не выходила? – спросила я.

– Нет. Из дома вышли тётя Нина, дед с четвёртого этажа и незнакомый дяденька. Наверное, чей-то гость.

– Замира! – крикнул Рустам. Они с Ваней приготовили снежки и сложили их за крепостными стенами. Замира нужна была в качестве судьи. Она подошла поближе и скомандовала:

– Начали!

Рустам и Ваня забежали за крепостные стены, сели, встали и синхронно кинули снежки. Попали друг другу в лоб.

– Сейчас рёву будет, – вздохнула я.

– Ты плохо о них думаешь.

Мальчишки и правда не стали плакать. Рустам начал проковыривать в стене бойницу, а Ваня следил за соперником из-за края крепости.

– Смотри, у мелких разные стратегии, – сказала я.

– Да. В снежки вообще полезно играть.

– Почему?

– Иногда во время игры озарения случаются.

– Когда снежок в лоб прилетает?

– Ага, – улыбнулся Дима.

– У тебя такое случалось?

– Не-а.

Я вздохнула.

– Тогда откуда ты знаешь?

– Мама рассказывала.

Глава 14

– Интересно! – воскликнула я. – Поделись!

– Мама тогда в школе училась, – начал Дима. – После уроков она стала играть в снежки с двумя своими подружками. И как-то так вышло, что они объединились против мамы.

– Стали забрасывать снежками?

– Ну да. Мама пыталась отстреливаться, но их же двое… И эти девчонки всё больше зверели… А мимо проходили одноклассники и даже учительница одна. Никто не вмешался. Как будто всё нормально.

– Может, для них это и нормально…

– А вот для твоей мамы – нет.

– Что? – я уставилась на Диму.

– Твоя мама подбежала к моей, налепила снежков и запулила их в маминых обидчиц. Те быстро сдулись и ушли. Сказали, что наши мамы шуток не понимают.

– Подожди! Разве наши мамы дружили в школе?

– Нет. Они учились в разных классах и почти не общались.

Вот это да! Моя мама – почти супергероиня! А я-то думала, что она смотрит только себе под ноги, как бы не оступиться, и ничего вокруг не замечает. Что жизнь для мамы слишком нервная и опасная штука, тут не до помощи другим.

– И что было дальше?

– Твоя мама протянула моей носовой платок. Очень красивый, с кружевом. Протянула и сказала: «Вытри сопли. Если хочешь оплакать дружбу, лучше сделать это дома».

– Не знала, что мама была такой…

– Моя мама тоже не знала: твоя всегда ходила задрав нос. А потом мама присмотрелась…

– И что увидела?

– В классе твоей мамы учился очень толстый мальчик, которого все гноби́ли. А она этого как будто не замечала. Общалась с ним как с обычным человеком. Он и правда стал обычным.

– Похудел?

– Ну да.

Интересно! Вообще-то я тоже не против похудеть.

– А как? Есть меньше стал? Спортом занялся?

– Это само собой. Но главное – поверил в себя.

Я напряглась. Кажется, запахло Днём святого Валентина! Нет, я очень рада за бывшего толстого мальчика, но надеюсь, что они с мамой не…

– Да, у них потом любовь была.

Я вздрогнула.

– Ты чего?

– Я только что прошла по краю пропасти…

– В смысле?

– Если бы мама вышла замуж за бывшего толстого мальчика, меня бы не