Тайна в подвале - Юлия Ю. Бычкова

После спасения котлет мама разложила их по тарелкам и плюхнула сбоку пюре. Я посмотрел на Замирин плов и тихонько вздохнул. Когда наши мамы не видят, мы с Замирой делимся едой. Интересно же, когда у тебя и плов, и пюре в тарелке. И две полпорции разных супов лучше, чем порция одного! И две половинки разных пирожков лучше одного целого!

– Замира, хочешь котлетку? – спросила мама.

– Не откажусь. Но при одном условии!

– При каком же? – улыбнулась мама.

– Если вы попробуете нашего плова.

– С удовольствием.

Всё-таки классная у меня мама, всё понимает! Мы обменялись с Замирой едой и принялись ужинать. Когда тарелки опустели, мама налила всем в стаканы брусничный морс.

– Ребята…

– Что?

Мама замялась.

– Вы хотите сказать про театральный буфет, тётя Катя? – спросила Замира.

– Как ты догадалась?

– Мне Аделина Денисовна рассказала. Я знаю, что там всё очень дорого. Не бойтесь, мы туда не пойдём. Скажем тёте Оксане, что плотно поужинали.

– Вот и хорошо, – выдохнула мама.

Я отставил стакан с морсом:

– Почему?

– Что – почему?

– Почему не пойдём? Может, тёте Оксане не трудно нас угостить?

Мама и Замира переглянулись.

– Может, и не трудно, – сказала мама. – Но разве тебя самого это устраивает? Брать у другого человека и ничего не давать взамен.

– Пусть тётя Оксана покупает для Влады твою дружбу, да? – спросила Замира.

– Да что вы навалились на меня! – закричал я. – Ничего такого я не хочу!

– Вот и славно, – кивнула мама. – Дима, ты там уделяй внимание тёте Оксане.

– Как это?

– Разговаривай с ней, не давай скучать. Ты же единственный кавалер с дамами. Но не во время спектакля, конечно.

– Ладно.

– Ох, уже половина шестого. Идите одеваться. Я помою посуду.

– Спасибо, тётя Катя! Я тогда завтра Димкину тарелку помою.

Замира встала из-за стола и вышла из кухни.

– Не выдумывай! – крикнула мама вдогонку. – Дима сам со своей тарелкой справится.

Замира вернулась на кухню.

– Что случилось?

– В туалете кто-то засел…

– Неужели опять старик Виталич?

Я метнулся к двери совмещённого санузла, подёргал дверь и принялся стучать в неё кулаком.

– Эй! Откройте! Замира сегодня в театр идёт. Ей срочно надо. Откройте!

Оглянувшись на Замиру, я увидел, что она прижала ладони к запылавшим щекам, и стал стучать сильнее.

– Эй! Побыстрее там! Человек в театр идёт впервые в жизни. А вы туалет заняли!

Дверь распахнулась, чуть не стукнув меня по лбу. Из санузла вышла Ольга Олеговна, новая соседка. Она купила комнату в нашей коммуналке три месяца назад у Прохоровых, которые переехали в отдельную квартиру.

Ольга Олеговна смотрела на меня не мигая. На помощь пришла мама.

– Извините его, Оля! Дима думал, что там Виталич, который плохо слышит…

– Я просто зубы хотела почистить, – пробормотала Замира.

– Да ладно вам! – Ольга Олеговна неожиданно расхохоталась. – Димка всё правильно сделал. Так и надо, добиваться своего и клювом не щёлкать!

Я пожал плечами. Ольга Олеговна скрылась в своей комнате.

Замира подскочила ко мне и толкнула в плечо:

– Ты нарочно меня позоришь или просто дурачок?

– Ни то ни другое, – вздохнула мама. – Не забывай, что мальчики развиваются медленнее девочек.

– Я скоро совсем без друзей останусь! – покачала головой Замира. – С Владой мы редко видимся, Димка в развитии отстаёт… С каждым днём отстаёт!

– Кстати! – вспомнил я. – Гони свой секрет, который поможет нам и дальше дружить с Владой.

– После того, как ты опозорил меня перед новой соседкой? – Замира зашла в туалет, закрыла дверь и щёлкнула замком. – Ни за что!

Глава 3

Без пяти шесть в дверь нашей комнаты забарабанили. Я как раз причёсывался перед зеркалом.

– Чего ты там копаешься? – послышался голос Замиры.

– А ты чего ломишься?

– Я? Это ты чуть не выломал дверь в туалет, а я просто стучу. Давай быстрее!

Я положил бинокль в сумку, надел её через плечо и вышел из комнаты.

– Наконец-то, – буркнула Замира.

Во дворе я как следует рассмотрел Замиру. На ней было красивое светло-оранжевое платье (кажется, она называла этот цвет абрикосовым), да и причёска теперь не напоминала Галин-Петровнину.

– Ты прямо как тётя Оксана! – выпалил я.

– Скажешь тоже. – Замира цокнула языком. – Ну чем мы похожи? Я смуглая и черноглазая, а мама у Влады – со светлыми глазами и белокожая. Очень красивая, между прочим.

Вот! Это я и хотел сказать. Тётя Оксана тонкая, лёгкая, как ветер. Не знаю, как объяснить. Я больше нигде таких не видел. Ни дома, ни в школе. Разве что в кино. И вот Замира как будто той же породы…

Мы вышли в переулок и направились к метро.

Я принюхался и сообщил Замире:

– Пахнет чем-то знакомым…

– Чубушником.

– Каким ещё чубушником? Нет, пахнет нашим мылом.

– Это наше мыло пахнет жасмином. А у чубушника запах такой же, как у жасмина. Кстати, сфоткай меня на его фоне.

Мы подошли к кусту, усыпанному белыми цветами. Я понюхал их как следует. И правда, запах точь-в-точь как у нашего мыла. Замира приняла красивую позу.

Я тяжело вздохнул. Достал смартфон, стал фоткать. Замира забраковала восемь кадров, а девятый ей неожиданно понравился. Хорошо, что мы торопились в театр. Если бы цветущий куст попался нам во время обычной прогулки, я бы так легко не отделался.

Мы пошли дальше, и я спросил:

– Слушай, а как тебе Ольга Олеговна?

– После сегодняшнего стыдно ей в глаза смотреть. – Замира покосилась на меня. – А так нормальная тётка, по-моему.

– Не знаю, не знаю…

– Ты прям как Влада!

– В смысле?

– Влада терпеть не могла Галину Петровну, а та оказалась хорошим человеком. Просто у неё были разногласия с тётей Оксаной, и Влада приняла сторону мамы.

– Лично я к Галине Петровне всегда нормально относился.

– Ну да, конечно!

– А Ольга Олеговна какая-то скользкая…

– Если новая соседка кажется тебе подозрительной, может, у Влады спросим? Познакомим их?

– Сама же сказала, что Влада не особо разбирается в людях.

– Ой, точно… В общем, отстань от Ольги Олеговны.

В метро мы быстро отыскали Владу с мамой и побежали им навстречу.

– Влада, какое у тебя платье! – воскликнула Замира.

На Владе и правда было красивое светло-зелёное платье, «мятное», как говорят девчонки.

– А у тебя… У тебя вообще! – откликнулась Влада. – И причёска!

Они принялись рассматривать друг друга, охать и ахать. Я достал из сумки бинокль и показал тёте Оксане.

– Смотрите, какой у меня бинокль.

– Ого, какой… внушительный, – улыбнулась она.

– Димка, не позорься со своим биноклем, – шикнула Замира.

– Не проси у