Дори витает в облаках - Эбби Ханлон

– Это как?

– Потому что Чарли вырвало!

– Правда?

– И его домой отправили, – сказал Джордж.

– Нечестно! – Я подала Чарли его рюкзак, раз уж всё равно торчу в раздевалке.

Вернувшись в класс, я убедилась, что Джордж был прав.

Она совершенно обо мне забыла!

В конце уроков мама забрала меня на школьном дворе. Она сказала:

– Вруша, боже правый, где твоё пальто? На улице холодрыга!

– Да, я бы хотела с вами об этом побеседовать, – встряла учительница. Ничего она, оказывается, не забыла.

Я побрела от них прочь. И наблюдала издалека. Учительница говорила, и говорила, и говорила. Активно помогала себе руками. Мама хмурилась.

Наблюдая за маминым лицом, я начала плакать, потому что поняла, что теперь мне влетит.

Наконец мама подошла.

– Не отставай, – бросила она. – Мы едем в бюро находок.

Искать пальто среди потерянных вещей долго не пришлось: оно было на самом верху. Мама вручила его мне. Я надела.

– Сколько раз ты сегодня лгала, Вруша?

Я попыталась сосчитать на пальцах.

– Раз… два… три… семь, наверное. Или восемь.

У меня по щекам побежали слёзы – не меньше сотни.

– Ох батюшки! – сказала мама. – Поговорим об этом дома. – Потом она подняла глаза к потолку и прошептала: – Ну почему, почему, почему, почему? – Потом глубоко вздохнула. Потом посмотрела на меня и сказала: – Можешь больше не надевать это пальто.

Я вытерла слёзы и улыбнулась. Как же я люблю свою маму! Я так крепко обняла её за ногу, что она не могла меня оторвать. Прямо приклеилась я к её ноге. Наверно, какое-то заклинание на меня так подействовало.

Глава 2

Липкий лакричный леденец

Дома мама сказала, что мне придётся написать учительнице письмо с извинением.

– Письмо? И всё? – хмыкнул Люк.

– Меня бы небось на месяц лишили прогулок, если бы я соврала учительнице! – сказала Виолетта.

– Вруша так и останется испорченной, если ограничиться письмом, – сказал Люк.

– Она не испорченная, она просто совершила ошибку, – сказала мама. – Вернее, несколько ошибок.

– Испорченная ты! – сказал Люк.

– До мозга костей, – добавила Виолетта.

– Хватит! – сказала мама. Взяла меня за руку и увела от них.

– Это были злые чары, – шёпотом пояснила я им. – Пальто меня заколдовало.

Но от этого они ещё больше разозлились.

– Думаешь, благодаря твоему дурацкому воображению… – начал Люк.

– …тебе будет всё сходить с рук? – закончила фразу Виолетта.

– Можно я вместо наказания не буду выходить из комнаты? – спросила я маму. Я тогда смогла бы поиграть с Мэри.

– Сначала напиши письмо, – ответила мама.

Я долго смотрела на чистый лист бумаги.

Потом спрашиваю маму:

– Как пишется слово «простите»?

– ПРО-СТИ-ТЕ, – продиктовала она с довольным видом.

– Как пишется «пухлявое»?

Она вздохнула и ответила:

– ПУХ-ЛЯ-ВО-Е.

– Как пишется «мир, полный опасностей»?

– МИР… Знаешь что… пиши как слышишь.

Мама вышла из комнаты, а я продолжила писать.

– Как пишется «кусок мяса»?! – крикнула я.

– А? Ты что там пишешь?! – крикнула она в ответ.

– Как пишется «пять маленьких утят»?

– Да что ж такое… – пробормотала мама, возвращаясь в кухню.

– Как пишется «электрическая открывалка»?

– Вруша, что в этом письме должно быть самое главное?

– Ну… что я никогда больше не стану врать – вот вам крест, чтоб я сдохла, чтоб мне глаза повыкололи, чтоб мне провалиться прям на этом самом месте.

– Ну, так ты это написала?

– Нет, это случится в конце. Когда я явлюсь верхом на могучем вороном скакуне. А все звери будут мне аплодировать. И чтоб заходящее солнце виднелось позади меня.

– Хорошо, тогда давай перейдём сразу к этому моменту, – сказала мама. – Я тебе помогу.

Наконец закончила. Мама положила письмо в конверт, и я со всех ног помчалась наверх в свою комнату.

Открываю дверь – и что же вижу первым делом?

А потом это:

И это:

– Это что ещё такое! – заорала я на Мэри. – Что здесь делает миссис Гоббл Крекер?

– Она позвонила в дверь, явилась в ночной рубашке. Сказалась больной! Мне стало её прям не знаю как жалко. Она говорит, что о ней совершенно некому позаботиться, – сказала Мэри.

– Она не больна! Только притворяется! Обманывает тебя! Ты что, никогда «Красную Шапочку» не читала? Она же волк! Ты погляди на неё! Она врёт!

– Мне бы чаю погорячей, – проскрипела миссис Гоббл Крекер якобы больным голосом.

– Это просто смешно! – заорала я на Мэри.

– И от супчика я бы не отказалась, – добавила миссис Гоббл Крекер.

– Мэри! У меня был ОЧЕНЬ ТРУДНЫЙ ДЕНЬ! А ТЕПЕРЬ ЕЩЁ И ЭТО? Избавься от неё немедленно!

– Как?.. Погоди, ты куда?

– Куда-нибудь, где безопасно! Прочь из этого дома! – говорю.

Я схватила первое, что под руку подвернулось – очки для плавания, – и побежала вниз искать маму.

– Гляди, чтоб она тебя не слопала! – крикнула я Мэри. – ВНИМАНИЕ! БОЕВАЯ ТРЕВОГА!

– В доме оставаться опасно, – сказала я маме. – Давай пойдём в бассейн!

– Не сегодня.

– Почему?

– На дворе зима, вот почему, – ответила она. – А бассейн открытый. Помнишь?

– Ты всегда говоришь «нет». А на почту мы можем сходить?

– Что? Нет.

– Может, тогда в библиотеку? В хозяйственный магазин? Нам что же, совсем ничего не нужно? А помнишь, мы как-то ходили в ремонт обуви? Пойдём опять, а? О, придумала! Тебе разве не пора стричься? Ты же это обожаешь. Помнишь, как я с тобой ходила, и все сказали, что я хорошая? Все тётеньки парикмахерши!

– Мы останемся дома, – сказала мама. – И знаешь что? К нам в гости собираются Мелоди с мамой.

– Мелоди идёт к нам? Зачем?!

Мелоди живёт в нашем доме. Её мама дружит с моей. Она ревёт по любому поводу. Однажды расплакалась из-за того, что у неё соломинка в стакане погнулась.

И она зациклена на уборке. Один раз даже принялась пылесосить, вместо того чтобы играть.

Дзынь-дзынь!

– Кто там?

– О, замечательно! Это как раз они, – разулыбалась мама. – Снимай свои очки.

Мама