Он мне приснился. Тени - Ирина Зартайская

Я лежал в кровати и смотрел в потолок. Эленка ворочалась и притворно сопела. Я думал о Карине. О том, что её губы пахли ягодами. О том, что теперь я точно попрошу учительницу посадить нас вместе. О том…

И тут за окном послышалось знакомые звуки. Я подскочил и уставился в темноту. Эленка замерла.

«Вхр-р-р-р!» – прозвучало отчётливо. И в то же время звуки будто таяли в воздухе.

Эленка вскрикнула.

– Не бойся! – успокоил я её. – Они нам ничего не сделают.

Прозвучало не слишком убедительно: голос мой дрожал, и Эленка не могла этого не заметить. Но она ничего сказала. Только встала и босиком подбежала ко мне.

Я крепко взял её за руку. Не так, как тогда, когда тени появились впервые. А по-настоящему. Как старший брат. В тот момент я больше всего на свете хотел её защитить. Правда, и сам боялся так, что мурашки по спине бегали.

– Кто вы? – спросил я как мог громко.

Тени за окном зашевелились, заметались, задевая дребезжащие стекла.

Эленка прижалась ко мне. Я обнял её и резко сказал в темноту:

– Убирайтесь! Слышите, вы?

И тут произошло то, чего я никак не ожидал. Тени замерли, и в этих тонких призрачных силуэтах я вдруг различил две человеческие фигуры. Мне стало до того страшно, что я готов был разреветься, как маленький. Шутка ли – увидеть такое за окнами собственной комнаты! Но вопреки всем моим опасениям, тени явно не собирались предпринимать ничего ужасного. Та, что поменьше, чуть заметно кивнула мне, а та, что повыше, подняла руку, словно прощаясь. Эленка заметила, что я слегка ослабил объятия и, проследив за моим взглядом, робко взглянула на тени.

То, что произошло дальше, показалось мне совершенно невероятным. Не отходя от меня, почти не двигаясь, Эленка вздохнула как-то особенно глубоко и протяжно.

– Мама… – еле слышно прошептала она. – Папа…

На секунду тени вспыхнули так ярко, будто на них направили фонарь. И в этом странном свете я увидел – да, мне не почудилось – добрые и грустные лица мужчины и женщины. Затем комната снова погрузилось во мрак и фигуры задрожали, как плохая картинка на экране телевизора. Я всё ещё не мог поверить в то, что увидел, когда тени слились в одну и растворились в ночи.

Я долго не мог прийти в себя. А когда посмотрел на Эленку, оказалось, что она спит, положив голову мне на колени.

Плюшевая обезьяна одиноко лежала на её кровати.

Прошло время. Тени больше не появлялись, и мы с Эленкой почти не говорили о той ночной встрече. Да и зачем? Мне кажется, для того, чтобы сказать о самом главном, не всегда нужны слова. Иногда достаточно просто взгляда, тёплого маминого какао, рассыпанных по полу ягод или толстенной книжки про шахматы.

Это уж кому что больше нравится.