Большие и маленькие приключения с Хвостиком - Анна Юрьевна Доброчасова

Через двадцать минут этого весёлого хулиганства из-за деревьев появилась лошадь, запряжённая в сани. Лесник. Тут же повалил и пушистый снег.

Лесник с дедом ковырялись в «запорожце», а Вовка обнаружил в санях целую корзину красных яблок и предложил угостить лошадь. Соня очень хотела потрогать её нос, который был весь в инее, но боялась. И тогда Вовка взял её руку в свою, положил туда яблоко и протянул лошади. Добрые карие глаза с красивыми ресницами рассматривали двух маленьких детей.

– Ну что, детишки, видно, придётся нам Новый год справлять у деда Жени. Машина наша совсем сломалась.

Дед был очень расстроен, что не может отвезти их домой.

Но Соню и Вовку это совсем не огорчило!

– Смотли, яблоки летают! – сказала Соня.

Лесник засмеялся:

– Не яблоки, а снегири.

Через полчаса все сидели в небольшой и очень тёплой избушке. На печке весело кипел чайник. Дети уплетали горячую похлёбку. Лесник полез в шкаф, вытащил небольшой кулёк с шоколадными конфетами и выставил их на стол.

– Ну вот, хоть и немного, но всё-таки сладости!

– Эх, жаль, что нет мандаринов, а хочется для праздника, – с досадой ворчал дед.

– Есть! Есть! – вскочил со стула разволновавшийся Вовка и сунул свою руку в карман.

Из кармана он достал огромный рыжий апельсин, который утром сунула туда мама. И торжественно положил его на большой деревянный стол. Разделил всем поровну. Каждому получилось по три дольки. А потом по радио стали бить куранты. Соня одну за другой уплетала конфеты, вся перемазавшись шоколадом. И Вовке она опять показалась очень смешной. Только уже как-то смешной по-другому.

Дед сказал:

– А кожуру заварим кипятком, – и улыбнулся.

Сердце у Вовки забилось чаще. Ему на секунду показалось, что за окном промелькнул Дед Мороз.

Он слез со стула и незаметно подошёл к печке. Открыв дверцу буржуйки, кинул своё письмо и счастливо смотрел, как горит маленькая глупая бумажка. И подумал, что иногда в письмах пишут плохие вещи и хорошо, что их можно так просто взять и сжечь.

Вовка тогда ещё понял, что Новый год – это не только запах ёлки. И даже не запах апельсина. Это что-то другое… совсем тёплое… Внутри…

Лунный жук

Убегать из дома очень трудно. Теперь маленькая Соня знала это наверняка. Во-первых, нужно брать запасов больше. Особенно ирисок или карамелек. Из дедовой металлической коробочки. Так куда веселее, и они разных вкусов: и грушевые, и лимонные, и яблочные. А вот с шоколадными точно далеко не уйдёшь! Такой запас быстро заканчивается. Только во двор – и уже половины конфет нет. Ещё шаг – каким-то странным образом нет и второй половины. Во-вторых, в валенках и зимней шапке бежать оказалось неудобно. Конечно, путь предстоял длинный, и кто знает, возможно, пошёл бы снег или даже началась бы метель… Но всё-таки в сапогах было бы лучше, потому что на дворе лето. А в деревне лето очень тёплое. Даже ночью.

Соня села и развернула маленький платочек. Два помидора, редиска и печенье. Вот и весь Сонин запас. Похрустывая печенькой, девочка подняла голову. Браткина шапка сползла на левое ухо.

«Ух, какая огромная!» – подумала Соня, разглядывая луну.

Луна медленно выплыла из серых облаков и ярко осветила маленький пруд. На краю мостков, свесив ноги в Вовкиных валенках, сидела Соня, точнее сказать – Хвостик. Так её уже называла вся семья, а не только брат.

Сегодня никто не поверил Соне. Ни папа, ни мама, ни дедушка. Ни даже Вовка. Вовка всегда её понимал, а сейчас они почти подрались, и она укусила его прямо за плечо! И это было ужасно. А не поверили в то, что существуют такие жуки, которые живут на самой луне. Но как же они ошибаются в этом! Соня часто видела, как жуки туда улетают…

Хвостик сидела тихо и наблюдала наползающий туман. Покрытые серо-зелёным мхом деревянные столбы пахли сыростью и лягушками. Те без умолку квакали на разные лягушачьи голоса. Видно, спорили – кто из них Царь-жаба. Они важно раздували щёки, смешно плюхались пузом в воду и, перебирая лапками, плавали по луне, которая румяным блином качалась на воде среди ряски и кувшинок.

– Как же ночью хочется есть, – сказала Соня, доедая помидорку.

Запасы кончились, и девочка подумала, что дальше бежать – смысла нет. Тут тоже очень даже хорошо. Можно жить прямо здесь. В маленькой сумке через плечо Соня нащупала банку с жуками. Бережно вытащила и постучала по стеклу.

– Эй, жуки, вы почему спите? Я вам такую луну нашла! Пора вам домой!

И подняла банку выше над головой. Жуки молчали. Тогда Соня приподнялась. Большие, не по размеру валенки зацепились друг за дружку, Соня поскользнулась на мостках и упала в пруд! Воды было немного, но достаточно, чтобы стало обидно. Банка отлетела в сторону в камыши. Один валенок утоп, а второй поплыл к Царь-жабе. Вовкина шапка стала похожа на кота Мурзика, когда его купал дед. Соня, пыхтя и карабкаясь, залезла на мостки и сильно заплакала. Было очень мокро и очень горько. Жуки потерялись, валенки уплыли, шапка намокла…

«А мама, наверное, завтра будет жарить всем творожные пончики, – всхлипывая, рассуждала Соня, – а Вовка, наверное, очень рад, что меня нет, и забрал все мои игрушки. И все секретики посмотрит, закопанные за забором. И зайца себе заберёт. А папа теперь выкинет диван. Зачем им теперь мой диван? Да и все вещи отдадут соседям. Вредной Машке…» С каждой новой мыслью Соня плакала всё сильнее и сильнее. Шорты и футболка были очень мокрыми в зелёной ряске, Соня озябла.

«Угууук», – мимо, шелестя крыльями, пролетела огромная сова, и Хвостик сильно испугалась.

– Я тебя не боюсь, – крикнула ей девочка, дрожа от страха, – улетай домой! И я хочу домой… – зарыдала Соня.

В это самое время на заднем дворе Вовка с дедом и папой вовсю искали беглянку. Вовка чувствовал за собой вину. Ведь он не