Фасольки - Ирина Лейк

– Ещё как найдётся! – кричат Вишенки. – У нас их целый миллион!

И работа закипела. Все соседи прибежали помочь Брокколи и теперь накручивали длинные зелёные пряди на вишнёвые косточки. Здесь и Груши, и Малинки, и Клубника, и старушки Брусничка и Клюковка, и крепыш Огурчик, и, конечно, гусеницы. Вместе они быстро справились. Осталось только немного подождать. Тем временем шустрый Редис сбегал домой к Брокколи за самым красивым платьем и туфельками, а Смородинка одолжила ей лучшие серёжки.

А теперь… Раз-два-три! Покрути головой, Брокколи! Ух ты! Вишнёвые косточки разлетелись во все стороны, а кудряшки остались. И Брокколи снова стала кудрявой, как раньше. Она будет самой красивой на празднике у Цветной Капусты.

Спасибо, соседи! Спасибо, Фасольки! Спасибо, малыш Горошек! Нарядная Брокколи кружится в платье и смеётся! Ей не терпится скорее пойти на бал!

Строгая тётя Тыква

Что стряслось в саду? Что за переполох? Все куда-то бегут, все прячутся. В чём дело?

– Полька, откуда ты бежишь? И почему ты в шапке? А это что у тебя, муфта? Но ведь на дворе лето!

– Ты что, Фа, ничего не слышала? К Кабачку приехала погостить его тётя Тыква!

Вот так новость! Весь сад боится тётю Тыкву. Все фрукты, все овощи и все ягодки. Она всегда всё знает лучше всех, всех поучает, говорит, кто и что делает не так, и грозит пальцем. Конечно, все от неё разбегаются. У кого угодно сразу испортится настроение, если грозить ему пальцем. А если ещё и нахмурить брови… Ох!

– Я случайно встретила её, когда бежала поиграть к Яблочкам. И она тут же отругала меня, сказала, что я простужусь, и шапку на меня надела! А потом хотела накормить меня пирожками и кашей. Хорошо, что ей на глаза попался Огурчик, он бежал мимо нас босиком. Тётя Тыква тут же схватила его за руку и повела надевать сандалики с носочками. А по дороге ещё и причесала!

– Вот это да… – вздыхает Фа. – Надолго она сюда приехала?

– Я не знаю, – пожимает плечами Полька. – Но обычно она подолгу гостит у Кабачка. Бедный Кабачок! Он сейчас ходит в костюме с галстуком-бабочкой. Он же круглый год в пижаме. А сейчас в костюме. И на нём блестящие ботинки!

– Не может быть! – охает Фа.

– Да-да, – кивает Полька. – Помоги мне скорей развязать эти верёвочки на шапке. Самой мне с ними ни за что не справиться!

В саду стало тихо. Никто не хохочет, никто не бегает сломя голову. Ещё бы, как тут хохотать и бегать, когда то и дело слышно:

– Перестаньте так громко смеяться! Это неприлично! Прекратите беготню, вы можете упасть и удариться!

И настроение у всех соседей стало невесёлое. Раньше они иногда ходили кто с синяком, кто с царапиной, кто с порванным рукавом, зато все радовались. А теперь…

– Смородинки, почему вы такие грустные?

– Тётя Тыква сказала, что мы неправильно держимся за руки…

– Что с тобой, Морковка? Что это у тебя на голове?

– Это ужасная сеточка для волос! Тётя Тыква на меня её надела и сказала, что некрасиво ходить такой растрёпанной.

– Эй, Крыжовник, почему ты хмуришься?

– Мы со Сливой хотели поиграть в догонялки под липой, но тётя Тыква сказала, что мы можем кого-нибудь сбить с ног, и велела ходить потихоньку и только по дорожке. А ещё она сказала Сливе, что та слишком синяя в последнее время. Слива расстроилась, расплакалась и убежала домой.

– Баклажан! Неужели и ты загрустил? Быть такого не может, ты же самый весёлый овощ в нашем саду! Что у тебя случилось?

– Вах! Видите, мои дорогие Фасольки, я плачу! Мне так обидно! Вы же знаете, я рад всем покупателям в моём магазине. Я готов всё для них сделать. Я всё что хочешь могу найти. Но сегодня тётя Тыква пришла и сказала, что мои конфеты слишком сладкие, а мороженое – слишком холодное. А в булочках с мёдом не хватает мёда. И розовая вода пахнет не розами. И товары мои расставлены неправильно. А у моего лучшего друга Грецкого Ореха новые морщины. Хорошо, что он плохо слышит и не понял, что она сказала.

– Не плачь, милый Баклажан! У тебя самый лучший магазин в саду и булочки самые вкусные! Вот тебе баночка варенья из липовых цветочков, оно лучше всего помогает от обиды, и вот ещё одна – для Грецкого Ореха.

– Гугуся! Обжорик! Что с вами стряслось? Вас не узнать…

– Мы сами себя не узнаём! – кричит Гугуся. – Посмотрите, что сотворила со мной тётя Тыква! Она заплела мне косички. И надела на меня эти ужасные очки. А мои отобрала, потому что они ей не понравились. А Обжорика застегнула на все пуговицы, он теперь едва может ходить.

– Я не только едва хожу, – сипит Обжорик. – Я едва дышу, милые Фасольки. Этот пиджачок мне давным-давно мал. Он на мне не сходится. Я ни одной пуговицы на нём не мог застегнуть. Носил его нараспашку только потому, что это мой любимый старенький пиджачок. А тётя Тыква застегнула на нём все пуговки! Я сейчас задохнусь! Спасите меня скорей! Самому мне не справиться.

Фасольки бросились на помощь Обжорику. Чтобы высвободить его из пиджака, пуговицы пришлось отрезать большими ножницами. Раз! Два! Три! Уф, Обжорик спасён!

Но как же быть с тётей Тыквой? Надо что-то предпринять. Фасольки собрались за круглым столом в своём дворике перед стручком.

– Давайте закроем её в домике на замок! И она не сможет выйти, – предлагает Долька.

– А как же бедолага Кабачок? Она ведь гостит в его домике.

Это правда, жалко оставлять Кабачка наедине с его тётей.

– Давайте соберёмся вместе и всё ей скажем. Вон сколько нас тут. Столько много! – предлагают Сколька и Столька.

– Я не пойду, – тихонько говорит Горошек. – Мне страшновато.

– И мне тоже, – поддерживает его Полька.

– Давайте подарим ей самый-самый большой зонтик. И её унесёт ветер, – предлагает Парасолька.

Но и этот совет никуда не годится. Тётя Тыква такая огромная и такая пузатая – ни один ветер её не поднимет, ни один зонтик её не выдержит.

– Мне кажется, я придумала! – вдруг обрадовалась Фасолька Фа. – Надо познакомить её с кем-нибудь наоборот.

– Что значит «наоборот»? – не поняли Фасольки. – Как это, Фа?

– Нам нужно найти для тёти Тыквы друга, но чтобы он был совсем другой. Не такой, как она. Она строгая – пусть