Одноактные комедии - Анатолий Львович Шатов

к вам… А в коридоре тетя Дуся свои функции объявляет… «Пьяные, — кричит, — в седьмой комнате»… Вот я и пришел посочувствовать… (Обнял Витю и Мишу.)

В и т я (сбросил с плеча руку Жабина). И вовсе мы не пьяные!

Ж а б и н. Ну, это ты брось!.. Я в скважинку смотрел, когда вы перед мадам Дусей на четвереньках крутились… Она за комендантом помчалась.

М и ш а (решительно). У нас хочешь поселиться?

Ж а б и н. С превеликим удовольствием… Вот на эту коечку! А то поселили с Невзоровым… Ну, какая он мне компания?! Лежит, стонет…

М и ш а. Переселяйся!

Ж а б и н. Милые вы мои!.. Пошли за моим чемоданишком. Это же веселый случай!.. Сейчас новоселье справим!.. Выпьем, закусим, картишки организуем… Полная физкультура состоится! Я у вас водички выпью? (Наливает из графина воду и пьет.)

М и ш а (тихо Вите). Из общежития его не выпустим… (Жабину.) Пошли!..

Ж а б и н. Прошу, голуби! (Предлагает взять его под руки.) «Эх! Выйди на крылечко, милое сердечко!..»

М и ш а (подпевает). «Сердцу будет веселей». (Переглянулись и крепко подхватили Жабина под руки.)

Ж а б и н. Ой, братцы!.. Полегче!..

Миша и Витя уводят Жабина. После паузы входит тетя Дуся.

Т е т я  Д у с я. Ушли… Видно, от стыда сбежали… Сейчас комендант явится. (Продолжает уборку.) Где-то у нас в этом вопросе закорючка получается…

Входит Жабин с чемоданом.

Ж а б и н. Привет Евдокии Семеновне!

Т е т я  Д у с я. А ты зачем тут?

Ж а б и н. Переезжаю в номер-люкс на совместное житье с дружками… (Трет руки.) А у них силенка есть!.. Буду за старшего… А ребяток командировал за согревающей влагой.

Т е т я  Д у с я. Согреть бы тебя по загривку! (Замахивается тряпкой.) Вот мокрой тряпкой!

Ж а б и н. Осторожно!

Т е т я  Д у с я. Ты чего ребят с доброго пути сбиваешь? Ведь они юнцы, а ты взрослый мужчина, алименты с тебя каждый месяц вычитают.

Ж а б и н. Евдокия Семеновна, будьте равнодушны к данному явлению жизни.

Т е т я  Д у с я. Да и самого-то тебя жалко… Ведь ты все-таки, как-никак, человек.

Ж а б и н. Это точно!

Т е т я  Д у с я. А вот совести-то в тебе нету.

Ж а б и н. Это как же?

Т е т я  Д у с я. А вот так же!.. Баламут ты окаянный!..

Ж а б и н. Гражданка уборщица, прошу без оскорблений! Вы обслуживающий персонал и стойте на своем посту… а мою автобиографию не изучайте…

Т е т я  Д у с я. Я тебе дам без оскорблений!.. (Сует ему швабру.) А ну, подметай сам, если переехал… Ишь новосел выискался! Я за тобой третий раз прибирать не буду… А завтра в цех пойду жаловаться на тебя!

Ж а б и н (сел на свой чемодан). Ну-ну, полегче!..

Т е т я  Д у с я. Ничего!.. Приду в цех и заявлю: не уважаю вашего Жабина — и все как есть выложу… Вот тебе и будет биография!.. Не помогут — по партийной линии пойду… Мети! Чего сидишь? Глаза бы на тебя не смотрели! Смутьян!.. (Ушла.)

Ж а б и н. Ненормальная тетя!.. Иди жалуйся!.. Не понимает! Я же на свои пью… (Водит шваброй по полу.) Хватит! (Бросил швабру на пол.) Пойду птенчиков встречать… «Выйди на крылечко, милое сердечко…» (Напевая, уходит.)

После паузы входит тетя Дуся и комендант Зевалкин. У Зевалкина потрепанный портфель.

Т е т я  Д у с я. Батюшки!.. Чего Жабин-то натворил!.. (Подбирает швабру.)

З е в а л к и н (показывая на пол). Это недопустимо!..

Т е т я  Д у с я. Товарищ Зевалкин, когда порядок у нас будет?

З е в а л к и н. У тебя, Семеновна, в коридоре только одна лампочка. Темно. Это тоже недопустимо! (Прошел к столу и сел.)

Т е т я  Д у с я. Так ведь я утром у вас была, просила…

З е в а л к и н. Плохо просила! Надо было акт составить… Комиссией подписать… Отказал!.. На то я… администрация… А ты не унимайся, стой на своем. Вот и договоримся… Это допустимо… Рассказывай по порядку. Во-первых: кто здесь живет?

Т е т я  Д у с я. Два паренька… Витя Ковалев и Миша Крапивин… Токари…

З е в а л к и н. Это какие?.. Один высокий, рыжеватый, а другой маленький, черненький?

Т е т я  Д у с я. Оба ровненькие… Заочно в институт ходят… Учатся…

З е в а л к и н. Это допустимо.

Т е т я  Д у с я. А вот сегодня свихнулись… Пришла к ним прибираться, а они в обнимку сидят и свету белого не видят… Миша-то Витьку Васей зовет… А тот повалился мне в ноги… Молодость, — говорит, — меня сгубила, не ревнуй меня… Это мне-то!.. Я было его успокаивать, а тут Миша тоже на колени пал… Феней меня величает… Феня, — говорит, — помолись за меня…

З е в а л к и н. Это недопустимо!..

Т е т я  Д у с я. Сроду такого не видывала!.. От Жабина это все! Вы его в общежитие пустили. А он вот уже в третью комнату переселяется, и все ему с рук сходит.

З е в а л к и н. Временно до подыскания жилплощади… Это допустимо.

Т е т я  Д у с я. Временно!.. Второй месяц живет. Один беспорядок от него!

З е в а л к и н. Ну, ладно, помолчи… Претензии предъявляют?

Т е т я  Д у с я. Ничего не предъявляют… (Показывает на репродуктор.) Вот радио не говорит.

З е в а л к и н. Испортили?! Это…

Т е т я  Д у с я. Да нет!.. В коробочке что-то стряслось.

З е в а л к и н. Проверю. Влюбленные имеются?

Т е т я  Д у с я. Как понять-то вас, Аким Григорич?

З е в а л к и н. Ну, может, по сердечной линии неувязка? Вот и приняли порцион для облегчения нервной системы.

Т е т я  Д у с я. Что вы, товарищ Зевалкин?.. Ничего такого не замечалось… Самостоятельные, дружные ребятки были. Оба опрятные…

З е в а л к и н. Ясно!.. Помолчи, это допустимо.

Т е т я  Д у с я. Господи! Да как молчать-то? Вот ушли выпившие… Душа ведь за них болит… Сейчас экзамены, за уроками сидеть надо, а Жабин их за водкой послал!

З е в а л к и н. Это недопустимо!

Т е т я  Д у с я. Товарищ Зевалкин… Аким Григорич, я завтра в цех пойду… Пусть начальник к нам зайдет… Ведь его ребятки-то здесь живут.

З е в а л к и н. А что, пожалуй и так!.. Это…

Т е т я  Д у с я. А может, до самого директора дойти?.. А?

З е в а л к и н. Ты что?! В своем уме?! Сообразила! К директору! Директор с кого спросит?.. С меня!.. Это недопустимо…

Т е т я  Д у с я. Ольгу-то Ивановну жалко… Она, милая, всю душу им отдает, как мать родная… А вот помощи-то, видно, мало получает.

З е в а л к и н. Все?

Т е т я  Д у с я. Пока все…

З е в а л к и н. Так!.. (Взял репродуктор, повернул включатель.) Молчит… (Что-то повертел, постукал.) Молчит!.. Это недопустимо!.. (Достал блокнот, пишет записку.) Вот иди на склад… Получишь лампу и новый репродуктор. Лампу ввернешь в коридоре, репродуктор поставишь на месте… (Строго.) К нарушителям я применю психическое воздействие и прочее!.. (Собирает бумаги в портфель.) А пока справляйтесь своими силами… Будут осложнения, звони ко мне по телефону… Это допустимо!.. (Ушел.)

Т е т я  Д у с я. Осложнения!.. Дозвонишься до тебя… Чуть что, так один ответ: некогда, справляйтесь своими силами… Только и знает: допустимо!.. недопустимо!.. (Отодвинула чемодан Жабина с прохода к шкафу.) Эх, чемодан, чемодан!.. К нехорошему ты хозяину попал… намаешься с ним за свою жизнь!..

Стук в дверь.

Т е т я  Д у с я. Кто там еще?

Входит Нина.

Н и н а. Здравствуйте, тетя Дуся!.. А где мальчики?

Т е т я  Д у с я (с горечью). Нет уж!.. Теперь, видно, они не мальчики, а