An ordinary sex life (OSL) - Астердис

себя. Она захныкала, но оказала мне лишь кратковременное сопротивление, прежде чем позволить мне взять ее лицо в руки и наклонить его, чтобы посмотреть на меня. «Мне очень жаль. Мне на самом деле очень жаль».

      Ее губы дрожали, но теперь она выглядела смиренной.

      Я попытался улыбнуться. «Послушай, я знаю, что в такой момент ты, вероятно, не поверишь тому, что я говорю. Но иногда ты можешь переоценить момент».

      Ее брови недоуменно нахмурились, и она попятилась от меня.

      Я отпустил ее, а затем спросил с ухмылкой: «Хорошо, позвольте мне выразиться так. Как долго вы с Эдем думали о сегодняшнем дне?»

      «Насчет сегодняшнего дня? Ну ... вечность«.

      Я усмехнулся. «Это не может быть вечность«.

      Она пожала плечами. «Ты обещал нам, когда нам исполнилось тринадцать. Так что, думаю, два года. Кажется, вечность».

      «Я знаю, что даже несмотря на то, что вы и Эдем на какое-то время от меня отстали, хотя мы на самом деле ничего не делали, э-э ... вещей ... вместе больше года, этот день был чем-то, о чем вы обе думали с тринадцати лет. Это много времени, чтобы создать что-то в своей голове. Это ДОЛГОЕ время на то, чтобы сформулировать фантазию. Вы убеждены, что это будет САМАЯ ЛУЧШАЯ. ВЕЩЬ. НА ВЕКА. А реальность такова: настоящую вещь почти невозможно измерить».

      «Никогда не узнаешь, пока не попробуешь...» отважилась она со слабой ноткой надежды.

      Я покачал головой. «Всё это может принести очень много разочарования».

      «Как будто я не разочарована сейчас?»

      Я вздохнул. «Я бы предпочел, чтобы ты была разочарована и ничего не случилось, чем чтобы мы пережили это и остались разочарованными».

      Эмма отвернулась и закусила губу. «Что ж ... Я могла бы быть в порядке с некоторым разочарованием, если бы мы все еще могли…»

      «Эмма...» предупредил я, перебивая.

      Она устало вздохнула. Стало совершенно ясно, что ничего, что она могла бы сказать, не заставит меня довести это до конца. И, наконец, она просто глубоко вздохнула и покачала головой. «Хорошо, хорошо».

      «Мне действительно жаль, что все дошло до этого. Но я бы пожалел об этом больше, если бы мы это сделали».

      Эмма уже закончила этот разговор. «Хорошо».

      «И мне очень жаль, что я «забыл». Не то чтобы я действительно забыл. Просто ... я имею в виду ... ты и Эдем перестали бегать за мной больше года назад».

      Эмма нахмурилась. «Дело не в том, что мы не хотели этого. Но ты был в колледже, а мы тут возились с мальчиками. И все? Ты думал, что мы потеряли интерес?»

      Я кивнул.

      «Нет, никогда. Я имею в виду, мы вроде как знали, что ты не позволишь нам сделать что-либо помимо того, чем мы уже занимались. Тебе никогда не было с нами полностью комфортно, со всем, что мы хотели». Эмма расплылась в улыбке. «Кроме того, весь прошлый год ты всегда был в колледже. И единственный раз, когда ты приехал домой, Брэнди, Брук и Адриенна как бы монополизировали тебя».

      Я усмехнулся, вспомнив последние несколько каникулы в колледже. «Они так и сделали».

      «Это нечестно», заскулила Эмма, глядя на меня, её глаза поблекли. «Они все получили тебя. Только Эдем и я остались позади».

      «Иногда это жизнь, малышка. Мы все выросли, а ты все еще учишься в старшей школе».

      «Несправедливо», повторила она, надувшись еще больше.

      Я еще раз обнял ее, и на этот раз она была совершенно безвольной. Больше не осталось сексуального напряжения. Похлопывая ее по спине, я гладил ее по волосам, как я делал для своих младших сестер с тех пор, как они были еще младенцами, и вздохнул. «Просто так оно и есть».

      ***

      Эдем вернулась домой после обеда столь же деликатно, как и ушла. То есть: по возвращении она захлопнула дверь, остановилась в нескольких футах от меня, а затем намеренно холодно пожала плечами, повернулась на 90 градусов и топала к лестнице. Несмотря на то, что прошло несколько часов, моя младшая сестра явно все еще злилась на меня.

      Аврора сжала мою руку, чтобы успокоить, и я постарался расслабиться и сосредоточить свое внимание на телевизоре.

      Но мама смотрела вслед своей девочке с довольно озабоченным взглядом. Она была на кухне с Адриенной, обучая блондинку некоторым рецептам быстрого и легкого обеда для путешествующей девушки. С одним коротким «извините» мама быстро вышла из кухни и направилась за Эдем.

      Это побудило меня встать с дивана.

      «Бен, позволь своей маме разобраться с этим», успокоила Аврора, схватив меня за руку.

      Я покачал головой. «Я должен с ней поговорить».

      Понимая, что я не смогу это отпустить, моя девушка вздохнула и выпустила меня. Я сам направился к лестнице.

      На полпути я услышал, как мама настойчиво стучалась в дверь спальни близнецов. «Эдем, впусти меня».

      «Уходи!» пришел жалобный ответ.

      «Ты ведешь себя как ребенок!» отругала мама. И она была права. Эдем, возможно, было 15 сейчас, но ее раздражительное поведение было довольно детским. Конечно, теперь, когда мне было 20, мне было легко говорить об этом. Когда мне было пятнадцать и я был влюблен, я, вероятно, время от времени действовал так же незрело.

      «Просто оставь меня в покое», пожаловалась Эдем.

      «Я не уйду, пока ты не позволишь мне поговорить с тобой», настаивала мама.

      Последовала пауза, и через мгновение дверь открылась. Но как только мы с мамой начали расслабляться, Эдем вырвалась и проскользнула мимо нас, направляясь в ванную. «Я приму душ. Поговорим позже».

      «Эдем!» Мама обернулась, слишком поздно, чтобы остановить дочь до того, как дверь ванной была закрыта и заперта. Вскоре мы услышали звук текущей воды из душа.

      Мама посмотрела на меня широко