Если ты вернёшься - Вирсавия Вайс

чуть не умерла. Если бы не Тагир, Дашки бы не было. Он заставил врачей сохранить беременность. Дашка родилась с тяжелой патологией, и, опять же, Тагир сделал всё для того, чтобы она получила лучшее лечение и реабилитацию в Германии.

- Так вот для чего был нужен развод, - дошло до него. - Для того, чтобы она смогла вывезти ребёнка из страны.

- Да, Вить. Пойми, для дочери она сделает всё, даже останется с ним. А Тагир не даст вам ни малейшего шанса. Я не удивлюсь, - Влад забарабанил пальцами по подлокотнику, - что он уже нанял человека, чтобы избавиться от тебя, так же, как от Владимира.

- Затрахается от меня избавляться! - Хмыкает Витька. - Все, кто до него это пытался сделать, уже жалеют об этом на том свете, и этого упакую, если сунется. Я должен во всём разобраться раз и навсегда.

- Ну что ж, хорошо. - Влад встал и выпрямился. - Здесь останешься или пойдёшь на кухню?

- Здесь.

Вик поднял голову и ещё раз осмотрел комнату, стараясь впечатать в подсознание, на всякий случай.

- Тогда я принесу тебе полное досье на тот вечер. Только не делай глупости. Бухло в баре на первом этаже в зале.

- Не нуждаюсь, дед. - Хмыкнул Витька.

- Поверь, оно тебе понадобиться, - вздохнув, тихо сказал дед, выходя из комнаты.

Глава 11

Влад вернулся минут через двадцать. Он бросил на кровать тяжёлую увесистую папку, пакет с флешками и телефоном, в котором Витька тут же узнал Златкин айфон, и ноутбук, который поставил, отодвинув фотографию, на тумбочку. Рядом с ноутом дед поставил бутылку коньяка и стакан. Сделав шаг в сторону, наклонился и поднял ствол, сунув его за пояс брюк.

- Заберу, пожалуй, а то ещё чего учудишь. - буркнул он.

- Настолько всё хуёво? - хмыкает Витька, врубая ноут.

- Ещё хуже, Вить. - дед разворачивается и открывает дверь. - Если что, я на кухне. Смотри, время уже к четырём, если что, оставайся.

- А твоя? Ворчать не будет?

- Тайка? Она ещё с марта тебя ждет, - он взъерошил волосы и покачал головой, - переживает. Да, она ничего не знает. Для неё вы просто развелись, без подробностей. Пусть это так и остаётся.

- Спасибо, дед.

- А мне-то за что? Это Ольга. Даже тогда защищала тебя, гадёныша. Ладно, пошёл я. Наслаждайся!

Как только дед вышел, Витька подошёл к окну и открыл его нараспашку. Прохладный предутренний ветерок ворвался в комнату. Витька выудил из-под подоконника пепельницу и, достав из пачки сигарету, прикурил, прищурившись от дыма, режущего глаза. За спиной послышался звук включившегося ноута, и комната осветилась голубоватым светом заставки Wíndows. Вик ещё и не начал, но уже почувствовал, как холодный пот прошиб его всего, и стали подрагивать пальцы. Докурив, он стрельнул окурком во двор и, вцепившись в подоконник, глубоко вздохнул.

- Давай, блядь, посмотри своему прошлому в глаза. - прошипел он, чувствуя, как липкий страх начинает расползаться внутри, заставляя сердце пропускать удары.

Как же было легко ненавидеть её и считать себя правым! А сейчас он чувствовал, нет, знал наверняка, что уже к утру прошлое катком прокатится по нему, заставляя проклинать себя за каждое слово, за каждую ночь без неё.

Оттолкнувшись от подоконника, он развернулся и подошёл к кровати. Взял папку, открыл её и начал изучать кипу документов. Допросы, признания Златки, взятые заочно. Статьи, по которым проходили его отец и эта сука: покушение на убийство, попытка изнасилования. Сговор. Оставление в опасности, и перечень этих статей: 66, 125, 111, 131 ч.1 , 30 ч.3, 228

Уже через час он накачивался алкоголем. А когда он стал просматривать видео с флешки, он понял, почему дед унёс ствол. Вся бездна отчаяния и собственной подлости, непроходимой глупости обрушилась на него, разрывая душу в клочья. Он увидел тот момент, когда она протянула к нему руки, а он, вместо того чтобы вырвать её из этого ада…

- Сууука! - руки сжались в кулаки, он готов был сам себя убить, того, который посмел поднять на неё руку. - Господи, родная, прости, прости меня.

Последним камнем на могилу его счастливой жизни с Ольгой в будущем стал телефон Златки. Он помнил, что она что-то говорила про видео, которое отправляла тогда Ольге. Но сейчас он смотрел на то, что она ей отправляла, и ему стало дурно. Он еле успел подлететь к окну, как его вывернуло, а в уши летели слова, сказанные им в