Не по правилам - Саша Кей

— Таир… — жалостливо начинает девица.

Перевожу взгляд на эту Софию. О да, вот она выглядит как человек, который купит сверкающий брелок.

— Ну ты и мерзавец!

Глава 24

— Я так и знала! — Я обличающе указываю на Таира пальцем. — Ты негодяй и обманщик!

От стыда он закрывает не только глаза, но и лицо руками.

— Дамочка, вы что себе позволяете! — встревает София.

Эта-то чего защищает кобеля? Окидываю ее презрительным взглядом. Вот сразу она мне не понравилась: смазливая, чернявая, все в перламутровом беже и звенящих цацках. Какой кошмар! Такое только мне идет! Еще и физиономия наглая. Научилась правильно стрелки рисовать? Теперь учись держать парня при себе.

Она должна узнать, что ее тюбик вытворяет!

— Это к ней ты убежал утром из моей постели? — грозно вопрошаю я, специально строя фразу так, чтобы было ясно, что мы там не просто лежали. Ну а что? Уж больно самодовольная физиономия у этой Софочки.

София, разумеется, вскипает:

— Так это из-за нее ты опоздал на встречу? Таир? Скажи что-нибудь!

— Зачем? — отвечает Нарыков сдавленно в ладони. Плечи его трясутся. Плачет, что ли, уже? — У вас и без меня отлично получается.

Как это? Так дело не пойдет.

Я поворачиваюсь к Софии и указываю на брелок автомобильных ключей, свисающих с мизинца Таира:

— Ты подарила, да?

— А что? — вскидывается она.

— То! А ты мне врал! Я не позволю делать из себя дуру!

У Софии наконец включается мозг, чтобы задать логичный вопрос:

— Таир, кто это?

— Да! — вторю я, уперев руки в боки и не забывая встать так, чтобы было видно, что у меня и грудь выше, и ноги длиннее. — Кто я? Скажи. Мне вот интересно, совпадет ли вечерняя версия с утренней. И вообще, ты же говорил, что тебя до пятницы не будет!

Нарыков отнимает ладони от лица, вытирает костяшками пальцев внешние уголки миндалевидных глаз, по любимой привычке немного созерцает потолок, но не спешит ничего говорить. Понимает, гад. Все, что он скажет, будет использовано против него.

— А какая была утренняя версия? — требует ответа уже от меня София.

— Да он моим братьям обещал на мне чуть ли не жениться! Неделю прохода не дает!

Таир все же вздыхает:

— София, я же говорил, тебе надо поехать в магазин с мужем…

У меня отвисает челюсть.

С мужем? Он в курсе? У них ТАКИЕ отношения?

Чернявая, вдруг успокоившись, усмехается:

— Жениться? Вот уж вряд ли в свете последних событий. Но если Таир делится с тобой планами на неделю, то ты, можно сказать, член семьи…

— Ну уж нет! Я не такая! И в семью, где делятся членами, я не пойду. И вообще я в ближайшее время замуж не собираюсь! Так что, — я уже обращаюсь к Нарыкову, — прекрати меня преследовать!

— Теперь я понимаю, почему ты всю неделю такой нервный, — задумчиво тянет София.

— Ты-то чего зубоскалишь? — поднимает брови Таир. — Сама до свадьбы вела себя точно так же.

Это у них давно тянется? Какой кошмар!

Все это, конечно, кошмарно, отвратительно, возмутительно, но интересно. Я развешиваю уши, ненадолго задвинув планы красиво страдать в машине под «Арктик и Асти», гоняя по ночному городу. В любом случае, до машины еще надо дойти, а до этого отобрать ключи у Нарыкова.

— Послушайте, — не выдерживаю я, — я могу понять, почему женщина изменяет: ну муж так себе получился, а нового пока на горизонте нет. Могу понять, почему Таир согласен на замужнюю любовницу: все обязательства по боку, никаких претензий. И даже, скрепя сердце, могу предположить, что твоему мужу просто по барабану. Я другого понять не могу…

У Софии на протяжении озвучивания моих рассуждений брови ползут все выше и выше.

— И что же тебе непонятно? — спрашивает она.

— Тебе зачем муж, которому все равно, что ты ему изменяешь?

София закашливается. Кашель переходит в хохот, а потом София знакомым жестом вытирает выступившие слезы костяшками пальцев.

— Дело в том, — вклинивается в нашу душевную беседу Таир, — что София — моя сестра.

— Да хватит уже, — отмахиваюсь я. — Два раза прокатило, ты и в третий раз пытаешься спастись подобным способом. Я понимаю, что ей, — киваю на икающую Софию, — выгодно тебе подыграть, но я не куплюсь. Ну одна сестра. Ну две. Но три! Сколько их может быть?

— Четверо, — вспыхивает «сестра». — Нас в семье четверо. Мамой клянусь.

Какой ужас!

У меня даже в груди похолодело, когда я представила, что утром в одной квартире собираются по своим делам три девочки-подростка и одна взрослая женщина. Это тот случай, когда выживает сильнейший.

Словно прочитав мои мысли, София добавляет:

— Поэтому Таир такой терпеливый, его женской истерикой не пробьешь.

С осуждением смотрю на Нарыкова. Вот так и знала, что бракованный. Что делать с мужчиной, на которого не действуют истерики? И как с ним разговаривать? Да с ним жить невозможно! Жуткий стресс!

Стоп. Жить с Таиром я точно не собираюсь.

— В любом случае, факт, что ты говорил, будто вернешься только в пятницу, а сам в городе, говорит сам за себя!

— Как скажешь, — разводит руками он.

Я же вижу, что Таир едва сдерживается, чтобы не заржать. Надо мной. А меня бесит, когда за мой счет развлекаются. Все равно скрывать наличие трех сестер — это гадко. Сначала сестры, потом любовницы, а дальше что? Гарем?

— Значит, жениться обещал? — переспрашивает София.

— Не совсем, — поясняет Нарыков.

Слышал бы его Дан!

— Все равно смело. А что на это скажет Ам…

— Я сам с этим разберусь, — резко обрубает Таир. — Все. Вызывай мужа, пусть он забирает тебя, а я отвезу Алсу…

— Никуда я с тобой не поеду! Верни мне мои ключи!

— Они у меня в машине.

— Тогда пошли! Отдашь и сгинь с моих глаз! И вот это с тебя за моральный ущерб! — я потрясаю мотком лент.

— Это у тебя ущерб? — подозрительно уточняет он.

— Ну разумеется!

— Ладно, — соглашается Нарыков.

Он забирает у меня бобину, оплачивает ее на кассе и, даже не думая мне ее отдавать, идет к лифтам на парковку.

То, что меня подло заманили, я понимаю, когда становится поздно.

Глава 25

На парковке Таир первым делом открывает машину и, усевшись на водительское сиденье, начинает рыть в бардачке. Я в нетерпении притопываю ногой рядом. Естественно, он ничего не может найти. Мужчина же!

Дома папа все время мечется по квартире в поисках телефона, когда он у