Vic. Если ты вернёшься. - Вирсавия Вайс

толкался на выезд из Москвы в сторону Рублёво-Успенского. Сейчас он не был уверен ни в чём, кроме одного: ему нужно быть с дочерью столько, сколько он сможет, а потом нужно поговорить с адвокатом по семейному праву для решения вопроса относительно Дарьи. Главное — не навредить ей.

Как и в прошлый раз, не доезжая до Рыбушкино, он свернул к пролеску. Да, Зайкалов сказал, что снял наружку. Но это сначала стоило проверить самому.

К дому он подошел спустя почти три часа. Тагир сказал правду: его люди исчезли, словно их никогда и не было. И от этого стало ещё хуже. Он не понимал его игру, и это сбивало с толку, выворачивало всё нутро. Что-то произошло между ним и Ольгой, что-то такое, о чём не хотелось думать.

Дочь он увидел сразу, как вошёл во двор через заднюю калитку. Дашка сидела на ступеньках беседки и скучала, бросая взгляд на дорогу. Маленькое чудо в болоньевом плащике и резиновых сапожках, со смешной панамкой на голове. Она ждала его, Витьку, готовая идти на рыбалку. Он улыбнулся и тихо подошёл к ней сзади.

- Ну что, проказница, нет никого? - улыбаясь, тихо спросил Вик.

- Нет-у-у-у. - тоскливо протянула она. - Наверно, дядя Витя про меня забыл. - всхлипнула и потерла кулачками глаза.

- Не думаю, принцесса. Разве про тебя можно забыть?

Он подхватил её на руки, отчего она взвизгнула и рассмеялась.

- Дядя Вии-и-тя! - сердце болезненно сжалось. - Ты пришёл!

- Конечно, солнышко! Я же обещал. Ну что, - он осмотрел её с ног до головы, насупив брови. - Вижу, ты серьезно подошла к рыбалке. Подождёшь меня?

Она радостно закивала головой, обнимая его за шею и прижимаясь щёчкой к его щеке.

- Ты со мной или останешься здесь? - он поднял бровь.

- С тобой! - кричит она, рукой показывая в сторону дома. - Ба собрала нам корзинку для пикника. У нас же будет пикник? Настоящий?

- Конечно, малыха! - засмеялся Витька, занося её в дом.

* * *

Он наслаждался тишиной и её нежным воркованием над большой лягушкой, которую почему-то звали Машкой. Ладно бы Василисой, ну тут хоть как-то понятно, но откуда Машка? Мысли в какой-то момент его вернули на это самое место почти четыре года назад, когда после первой встречи с Ольгой он тут пытался снять напряжение, плавая до одури, до белых мушек в глазах. Он даже тогда подумать не мог, что вот так будет сидеть тут с дочерью и, ёб твою мать, Машкой!

- Дядя Витя, клюёт! - взвизгнула Дашка, забыв напрочь его наставления о том, что настоящие рыбаки молчат.

Она тыкала пальчиком в ныряющий поплавок и прыгала у самой кромки воды, вереща от счастья.

Витька встал, сделал быстро подсечку и вытянул довольно-таки крупного леща. Глаза Дашки стали огромными. Она замерла и, открыв рот, смотрела на бьющуюся на крючке рыбину.

- Ну что, малыха, на уху или отпустим?

Он обернулся и посмотрел на неё, млея от счастья.

- Ры-ы-ы-ба-а-а! - завизжала дочь, подпрыгивая на месте и хлопая в ладоши. - Настоящая! Машка, смотри, рыба!

Она выудила из травы несчастную лягушку и, подняв её в ладошках, показала ей их улов.

Через пару минут они всё же пришли к консенсусу и опустили рыбу в приготовленное ведро, куда Дарья стала кидать кусочки булки, с восторгом глядя на то, как они исчезают в пасти пойманного леща.

Довольная сверх меры уловом, Дашутка начала с интересом поглядывать в сторону корзинки для пикника, громко и протяжно вздыхая, и Витька тут же расстелил клетчатый плед, быстро разложил по бумажным тарелкам бутерброды, йогурт, фрукты и разлил по пластмассовым стаканчикам домашний компот.

Они смеялись и говорили о пустяках, которые для неё были очень важными, например, о мальчике Кирилле, который очень нравился Дарье, но был просто несносным занудой, которого интересовали только радиоуправляемые машинки, а не попытки дочери поиграть с ним в семью.

- У нас дочка, - злилась Дарья, - а ему, видите ли, в гараж надо!

Витька из последних сил старался сделать серьёзное лицо, выслушивая жалобы дочери на предполагаемого зятя, с ужасом думая о том, что через лет так пятнадцать это будет уже не так весело, как сейчас. А если на её пути ещё и встретится такой же перец, как он сам, то Витька просто придушит гадёныша сразу же, даже не давая тому ни малейшего шанса разбить его дочери сердце.

Когда с едой было покончено, она ящеркой залезла к нему на колени и уткнулась носом в грудь, тихо посапывая, наматывая на пальчик чёрные прядки. Не прошло и десяти минут, как он заметил,