Просто дыши - Ана Эм

Уоллис поднимает голову и наши глаза встречаются. На ее губах тут же появляется радостная улыбка. От этого и моя становится вполне искренней. Вот, что я имел в виду. Когда Эва на вас смотрит, вы не можете не смотреть в ответ. Не можете не улыбаться, когда улыбается она.

– Доброе утро. – легко говорит она, приближаясь ко мне.

Поразительно, еще какую-то неделю назад эта девушка даже слова не смогла сказать и сбежала, как только заговорил я. Почему? Почему от Клода у нее сердце падает в желудок, а рядом со мной полный штиль?

Тебе не скучно, тебе одиноко.

Потому что она видит меня насквозь? Видит и не боится?

– Я бы так не сказал. – бросаю хмурый взгляд на этот бесформенный мешок, который снова на ней. – Что это на тебе?

– Ты о чем? – осматривает себя с ног до головы.

– Этот пиджак. – подхожу ближе. – На улице жара. Сними его.

Она усмехается.

– Я могу носить, что хочу, Элиот.

На моих губах растягивается дьявольская улыбка.

– Тебе напомнить про второе правило?

Ее рот приоткрывается в изумлении.

Что ж, детка, ты сама согласилась делать все, что я скажу.

Наверное, в данном случае это хорошо, что приняв решение, Эва Уоллис, разобьется, но доведет дело до конца.

– Ты серьезно? – выдыхает она.

– А похоже, что шучу?

Бьюсь об заклад, этот пиджак нужен ей только для того, чтобы шрамы скрыть. А, ну и еще, потому что она много потеет. Нервничает и потеет. Совсем не трудно сложить два и два.

– Но мы так опоздаем. – возражает она.

– Чтобы снять пиджак, требуется две секунды. Ты больше времени потратила, препираясь со мной.

– Если я его сниму, – цедит сквозь зубы. – Мне придется переодеться.

– Хорошо. – пожимаю плечами. – Иди переодевайся.

Эва колеблется. Наверное, отчасти потому что боится лишиться своей брони, а отчасти, чтобы просто не соглашаться со мной. Думаю, какой-то крошечной части ее не нравится подчиняться.

Прости, детка, но ты сама на это подписалась. Никто не говорил, что будет легко.

Ее кулаки сжимаются. Она делает глубокий вдох, а затем пихает сумку мне в грудь. Успеваю схватить ее как раз в тот момент, когда Уоллис отнимает руку. Затем взмахнув своими длинными волосами, она с явным негодованием разворачивается и уходит.

Я смотрю ей вслед и не могу сдержать улыбки.

Да, есть в ней эта дерзкая искра. Нужно только открыть ее миру.

– Может, я и ошибаюсь. – раздается тихий голос Амелии, и я поворачиваюсь к ней. – Возможно, это не ты ее, а она тебя сломает.

Очень хочется спросить, что, мать твою, это значит, но я не успеваю. В магазин заходит клиент, и все внимание Амелии устремляется на него.

Выхожу на улицу и жду Эву там. С ее сумочкой в одной руке и ее чаем в другой. Боже, чем я вообще занимаюсь? Зачем мне это? Почему просто не мог признаться Селин в том, что соврал? Что в этом такого? С каких пор я вообще боюсь говорить людям правду в лицо? С этих самых пор. Потому что на это раз правда не нравится мне. Какой же я идиот.

Мимо проходит молодая симпатичная девушка. Стреляет в меня глазами, но я отворачиваюсь, будто не заметил. Мне сейчас вообще не до этого. Совсем.

Эва появляется спустя минут десять. Быстро она. Бросаю на нее оценивающий взгляд. Вместо черных джинс теперь свободные серые брюки палаццо. Сверху черный топ с длинными рукавами. Тоже свободный, но короткий настолько, что мне видно небольшую полоску светлой кожи на талии.

Миленько.

– Доволен? – спрашивает она, разводя руками в стороны.

Молча вручаю ей сумку и чай. Последнее она явно не ожидала, но вопросов не задает.

– Мне было комфортно в том пиджаке. – бросает она, пока я обхожу машину и открываю ей дверь.

– Комфортно не всегда хорошо, Уоллис.

На это ей ответить нечего.

Какое-то время мы едем в тишине.

Я совру, если скажу, что слова ее тети не прокручиваются в моей голове странным эхо. Однако прислушиваться к нему, копаться в этом дерьме, а уж тем более анализировать нет никакого желания. Куда важнее сейчас девушка рядом со мной. У меня нет особого плана, да и не с чем таким я раньше не сталкивался. Все женщины в моем мире примерно одного типажа. Да, у всех есть свои тараканы, но подобных Эве я не встречал. Еще этот Клод де Шар, чтоб его. Что такого она в нем нашла? Он же скучный, вечно серьезный трудоголик. Если он в ее вкусе, значит, я ее точно ничем не привлеку. Наверное, это должно меня радовать. Чем меньше эмоций, тем лучше. Верно?

– Откуда ты знаешь Клода? – вдруг спрашиваю я. – Можешь не отвечать, если не хочешь.

Я все еще помню свое правило о личных вопросах. Но боже, почему я не хочу, чтобы Клод был для нее чем-то личным?

– Это не секрет. – подает она голос, попивая свой чай.

Почему-то я вздыхаю с облегчением.

– Мы учились вместе в университете. Он был тогда на последнем курсе, а я на первом.

Внимательно вглядываюсь в ее лицо, ища признаки влюбленности. Кажется, на ее щеках проступил легкий румянец. Черт. Отворачиваюсь к дороге.

– Одним из выпускных заданий был совместный проект с новичками. Они должны были наставлять нас. Так мы и познакомились. – она замолкает, и я невольно снова поворачиваюсь к ней.

Голова опущена, явно хочет сказать что-то еще, но сомневается.

– Думаешь?..

– Что?

– Думаешь, у меня получится привлечь его внимание?

Почему мне так не нравится этот вопрос?

– Уже привлекла. – отвечаю, потому что это правда, а мы договорились быть честными друг с другом.

– Как это? – она вскидывает голову, и теперь я чувствую щекой ее взгляд.

– Он ведь пригласил тебя работать с ним.

– Но это ведь не значит, что…

– Именно это и значит. Понимаешь, так устроены люди. Мы хотим того, что не можем получить. А в тот момент, когда я назвал тебя своей невестой, ты стала для него недосягаемой. Плюс, я не из тех, что заводит серьезные отношения. Это привлекает к тебе еще больше внимания.

Мы хотим того, что не можем получить.

Украдкой смотрю на Эву. Она обдумывает мои слова, покусывая нижнюю губу. Черт.

– Если ты не из тех, кто заводит серьезные отношения, то как они вообще поверили в то, что у тебя есть невеста?

Как только она поднимает на меня глаза, я тут же отворачиваюсь.

– Мы не близки. – просто говорю, пожав плечами. – Селин…с ней не виделись годами. С Клодом пересекались, но