Vic. Если ты вернёшься. - Вирсавия Вайс

которого он развел когда-то на раз-два, больше не существовало. Вместо него появился расчетливый, холодный, опасный противник, и с этим приходилось считаться, а если сюда прибавить деньги и власть, которой он несомненно обладал, то картина вырисовывалась совсем не радужная.

Развернувшись в кресле, он задумчиво смотрел в окно, скользя взглядом по бирюзовой глади Персидского залива. Последнее время его всё чаще и чаще посещали мысли перебраться сюда на постоянку вместе с семьёй. Но он знал, что Ольга будет категорически против. Во всяком случае, сейчас точно. Пока выбор не сделан, их переезд — это утопия. Он встал, подошёл к окну, щёлкнув пультом отключил кондиционер, и распахнул окно. Ветер ударил в лицо и грудь. Он глубоко вздохнул, набрая номер Аслана.

- Аслан, передай брату, чтобы был предельно осторожен. Татарский его вычислил и дышит ему в спину. Пусть на время исчезнет. Задачу я не снимаю. Никому из наших даже близко к нему не подходить, если не хотят на тот свет. Всё понятно?

Выслушав ответ телохранителя, отключился и тут же набрал новый номер, договариваясь о перегонке джета в Москву для Ольги на завтра.

Решив все вопросы с Ольгиным перелётом, он вернулся в кресло и открыл свернутые вкладки на ноуте, погрузившись в работу.

Он даже не услышал телефон и только со второго прозвона взял трубку.

- Тагир, здравствуй.

- Кто это?

Что-то знакомое, давно забытое, похороненное очень глубоко в памяти, царапнуло душу.

- Не узнал. - Тихий смех.

- Анна?

Дыхание сбилось, и испарина выступила над губой. Внезапно стало жарко.

- Узнал. Я не могу говорить долго, но ты должен знать, Карский отдал приказ тебя устранить. Он метит в политику, а ты стоишь у него на пути, как напоминание о его прошлых грехах, которые он сейчас тщательно приячет под ковер, заметая хвостом. Я слышала, ты женился и стал отцом,- собеседница резко выдыхает, делая паузу,- хотя знал, что это опасно. Был бы один, не предупреждала. Но ты же знаешь Егора, если он объявляет войну, то уничтожает всех. Нужно было ещё тогда его закопать, а ты пожалел. Он тебе жизнь сломал, а ты… - Женщина выдохнула. - Ладно, чего теперь об этом. Была рада услышать твой голос. Прощай.

В ухо полетели отрывистые гудки. Он попытался набрать номер, но равнодушный механический голос сообщил, что данный номер не зарегистрирован в сети.

- Какого хера!

Тагир раздраженно встал, подошёл к окну и, достав сигарету, затянулся, заметив, что пальцы подрагивают. День только что пошёл по пизде, и работать он сегодня уже точно не будет. Звонок Анны вышиб его из колеи полностью. Надо срочно найти алкоголь в этой грёбаной стране! Опять телефон в руках:

- Усман, дорогой, ассалам алейкум! Мир твоему дому. Помоги мне, будь другом, знаю, что много прошу, но достань мне крепкого пойла. Да любого. Хуля тут выкабениваться, не Россия. Что? «МакКалан» восемнадцать лет? Сколько? А бутылок? Беру все. Через полчаса жду у себя. Спасибо, дорогой.

Отключившись, он закрыл окно и, подхватив льняной пиджак, быстрым шагом вышел из офиса. Уже сидя в машине, он задумался, закрыв глаза, откинувшись на спинку сиденья. Анна появилась в его жизни внезапно, как и двадцать лет назад, и её появление, сука, как и тогда, судя по всему, опять станет началом пиздеца вселенского масштаба, который может просто смыть всю его жизнь в унитаз. Как и в тот раз, когда она вся пошла под откос, и от блестящего хирурга, которого уже начинали звать на работу во все лучшие клиники мира, осталось только воспоминание и реки крови за его спиной. Анна была дочерью главаря одной из самых страшных группировок того времени, и Тагир посмел в неё влюбиться и не просто влюбиться, а…

- Блядь! - Выругался Зайкалов, закрыв глаза и, до боли, сжав пальцами переносицу.

Их ребёнку сейчас было бы уже семнадцать. Но всё полетело к херам, когда её помешанный на бабле и власти папаша поймал их в сортире на свадьбе Анны с сыном какого-то политика. И всё, конечно, можно было бы объяснить случайностью, если бы в это самое время она не стояла в кабинке с задранными юбками, а он не кончал в неё, стискивая зубы, зная, что она уже на третьем месяце беременности от него.

Конечно, свадьба накрылась медным тазом, политические мечты Сели тоже, Анну в срочном порядке отправили за границу, где выдали замуж за какого-то медиамагната, а Тагир тогда узнал, что это такое: копать себе