Непристойное Рождество - Тадж Сиктерат

мной без вопросов, пока я вывожу её из комнаты, а затем к алтарю. Моё сердце бешено колотится в груди, когда я останавливаюсь прямо перед ним и поворачиваюсь к ней лицом. Я отпускаю её руку и говорю, голос мой грубее, чем я хотел:

– Встань на колени.

Что-то мелькает в её глазах, когда Эбби медленно опускается на колени и смотрит на меня.

Мои глаза не отрываются от неё ни на секунду, я протягиваю руку и осторожно кладу пальцы под её подбородок, чтобы убедиться, что она не отводит взгляд.

– Мне нужно, чтобы ты кое-что поняла, - шепчу я.

Эбби облизывает губы и кивает.

Я тяжело сглатываю, борясь за самообладание, прежде чем снова заговорить.

– Сегодня вечером я собираюсь сделать что-то очень плохое. Что-то, что навсегда обречёт мою душу на погибель, но мне это нужно больше, чем следующий вздох.

– Она медленно кивает, словно понимая смысл, который может скрываться за каждым моим словом.

Не теряя времени, я наклоняюсь и прижимаюсь губами к её губам. Поцелуй медленный, и Эбби мгновенно растворяется в нём, её губы двигаются по моим, словно ей тоже это нужно больше, чем можно выразить словами.

Тихий стон вырывается из её губ, и я сдерживаю его, прежде чем ввести язык ей в рот. Я знаю, что прямо здесь и сейчас я совершаю самый ужасный грех, который может совершить человек Божий, и всё же я делаю это без колебаний.

Мои пальцы нежно скользят по ее подбородку, когда я провожу рукой по ее затылку и хватаю ее за волосы. Я прерываю поцелуй ровно настолько, чтобы прошептать ей в губы:

– Я отправлюсь в ад за это.

– Я тоже, - шепчет Эбби, как только я отстраняюсь от нее.

Она остается на коленях, выглядя такой красивой, пока я трясущимися руками расстегиваю ремень, мое дыхание становится прерывистым.

Я просто расстегиваю молнию на брюках, потому что мой член уже тверд как камень и болит. В тот момент, когда я вытаскиваю его и обхватываю рукой, с моих губ срывается низкий стон, и я запрокидываю голову, шепча:

– Прости меня, Отче, ибо я согрешил.

Затем я снова обращаю свое внимание на Эбби, прижимаю кончик члена к уголку ее губ, затем провожу по ее губам и рычу:

– Открой.

Эбби издает слабый стон и высовывает язык, чтобы обвести им головку моего члена. Я шиплю от первого прикосновения, затем издаю стон, мои глаза закатываются, когда я снова хватаю ее за волосы.

– Да, вот так, - шепчу я. – Именно так.

Она облизывает кончик, обводит его языком и, наконец, берет меня в рот и прямо в горло.

Я запрокидываю голову, и из меня вырывается сдавленное всхлип, когда я прижимаюсь к ее горлу и остаюсь там.

– Боже, прости меня, - тихо шепчу я, затем отстраняюсь и снова вхожу в ее горло, крепче сжимая ее волосы.

Эбби стонет, прижимаясь ко мне всем телом, и это только усиливает ощущения. Вибрация от этого звука почти ставит меня на колени, поэтому я хватаюсь за алтарь, чтобы не упасть, одной рукой, в то время как другая все еще запутывается в ее волосах.

– Черт восьми, - заикаясь, произношу я. –

Ты заставишь меня кончить тебе в горло, - шиплю я.

Эти слова действуют на неё как магия. Эбби стонет громче и быстро расстёгивает мою рубашку, которая всё ещё на ней. Как только мой взгляд устремляется вниз, её руки хватают её за грудь, и, клянусь, я никогда в жизни не видел ничего более святого. Зрелище того, как она, полуобнаженная, отсасывает у меня рядом с алтарем, - это уже слишком. Я издаю беззвучный крик, мои бедра дергаются вперед, когда я кончаю ей в горло, и замираю, рыча:

– Проглоти. Проглоти все до последней капли.

Я ошеломленно наблюдаю, как двигается ее горло, и она проглатывает все полностью.

Когда я вытаскиваю свой размягчающийся член у нее изо рта, одно можно сказать наверняка — я попаду в ад, и, чёрт возьми, я горжусь этим.

Клуб холодных сердец

Триггеры: Похищение, киберпреследование, технологический контроль, несанкционированное отслеживание местоположения.

Майя

Я делаю глубокий вдох и кликаю по ссылке. Она приводит меня на простой сайт под названием «Клуб холодных сердец», с несколькими опциями — группа поддержки, контакты и информация.

Наведя курсор на "группу поддержки", я нажимаю на нее и жду загрузки. Это занимает некоторое время, но в конце концов сайт позволяет мне выбрать свое местоположение, и вскоре я попадаю на другую страницу.

Я действительно думала, что всё будет работать по-другому, но чат между сотнями людей мгновенно заполняет мой экран.

Затаив дыхание, я отдергиваю руку от мыши и читаю чат, сообщения в котором заполняются в режиме реального времени.

Барбара: Кто-нибудь что-нибудь слышал в этом году?

Доминик: О приложении?

Саша: Раз уж ты заговорила об этом, я ещё ничего не слышала. Оно должно появиться 1 декабря, верно? Прошла неделя с начала декабря, а я ещё ничего не слышала.

Барбара: В том-то и дело. Может быть, копы, наконец, отнеслись к нам серьезно и сумели заблокировать эту проклятую штуку?

Саша: Или, может быть, тот, кто стоит за приложением и исчезновениями, чего-то ждет.

Доминик: Например, чего?

Саша: Я не знаю, идеальной жертвы?

У меня перехватывает дыхание, глаза наполняются слезами, но я не могу отвести взгляд.

Я узнала об этой группе поддержки из объявления в местной газете. Там говорилось, что семьи и друзья всех, кто пропал без вести из-за приложения «Декабрь» могут присоединиться, чтобы поддержать друг друга, но я никогда не предполагала, что они будут обсуждать это таким образом.

Я ищу покоя. Я ищу поддержки и утешения, напоминания о том, что жизнь не останавливается, а не предположений о том, что пропадут еще больше невинных людей.

Меня так и тянет закрыть чат и перестать читать, но я думаю о Лизе и не могу заставить себя это сделать. Моя сестра пропала в прошлом году, вот так просто — она была здесь в один момент, а в следующий — её уже не было.

Мы перепробовали всё, сделали всё правильно — подали заявление о пропаже, сдали её устройства, все возможные улики. Мы даже распечатали листовки и расклеили их по всему городу.

Но, как бы мы ни старались, до