Укрощение нестроптивой - Марк Десадов

была там у нас пара старшеклассниц, любили они развлекаться – через стенки кабинок перегибались, малышню высмеивали. Хорош был бы у меня вид, если б за этим делом засекли! Домой поэтому на таком взводе явилась, что про дверь забыла. Ну, а Фенка после школы зашла в квартиру тихонечко, видит – я мастурбирую. Головой ее в унитаз сунула, заставила поклясться, что никому ни слова. Года через три уже я ее в туалете за тем же самым застукала, она тоже про дверь забыла, не помню сейчас почему. Она на коленки упала, умоляла никому ни слова! Ну, я возмутилась, за кого меня принимает? Сестра всё же родная! Приподняла её, прижала к себе крепко, гладить-целовать начала. Сначала, чтоб успокоить, потом и сама завелась… "Утешила" ее, с тех пор пошло-поехало… Как Генка появился, первый мой парень, такие сцены ревности мне устраивала! И "сюрпризики" всякие, типа тазика с водой в кровать под одеяло. Потом с возрастом само прошло-рассосалось… А тут! Чужую женщину?!! Да ни за что!!!

Отпрянула совсем, даже спину выгнула, кричу еще: – Нет! Не буду!!!

Тогда плеткой, как никогда до этого. Я хоть и на коленях, но ноги так скованы, что довольно широко расставлены. Как раз туда, между ними, по самым местам чувствительным. И не как сексуальная забава, а крепко, со всей силы. Запищала, конечно. В два голоса слышу, и на двух языках сразу:

– Лизать!!! – это Борис.

– Lick!!! – а это женщина. Кто именно, не разобрала тогда, да и не прислушивалась. Я еще дальше голову отвожу, никак на такое не согласна! Пусть порет, не до смерти же… Он это быстро понял, по промежности ударов 5-7 было, не более. Зато потом еще хуже – считаю, недозволенный прием применил. Негромко так спрашивает: – Квартиры опять убирать хочешь? Могу помочь…

Реву, конечно… А потом – что же делать оставалось? – сама к вульве раскрытой наклоняюсь, лизать начинаю… Слезы просто ручьем. Из-под повязки льются. Носом шмыгаю и лижу…

– Молодец, умничка, – это Борис говорит. Слева его голос слышу. А женщина молчит, только за волосы меня схватила и по себе елозит. Чтоб я разные места ей там удовлетворяла. Бедрами она задвигала, задышала. То клитор, уже тверденький, мне подставляет, то влагалище, откуда уже чуть не водопад. – Что, хватит? – Борис спрашивает. По-английски спрашивает, значит, к ней обращается. – Да, вполне, – отвечает. – Меня подготовила.

Я, как голос услышала, вздрогнула вся. Так это же Тина! Подозрения у меня были, конечно, но думала все-таки, что это его любовница какая-нибудь очередная. Наивная все же еще была. Никак не ожидала, что жена может одобрять похождения супруга, более того – сама в них участвовать.

Затем она Борису говорит, что, мол, давай я твое новое приобретение оценю, а то вдруг слюни недоброкачественные. При чем тут слюни, не поняла тогда, с языком-то не очень было, да через повязку прононс нечеткий, а по SM-сайтам тогда не ходила… Вот slave со slaver и перепутала.

Повязку с глаз мне босс снимает – смотрю, так и есть, Кристина! Потом наручники все с кандалами отстегивает, ставит перед ней в рост. Она на кровати сидит. Голая, конечно, но вид такой неприступный, как у королевы при приеме вражеских послов. Даже глаза чуть прищурила. Будто соки только что не пускала. Осматривает меня. То так повернуться, то эдак, то наклониться, то ягодицы раздвинуть. Затем ощупывать стала. Но не ласково, как мужчина, или как мы с Фенкой. Скорее, как барышник лошадь перед покупкой осматривает, как-то такое на рынке видела, еще в Белоруссии. Груди ощупала, за соски подергала, ляжки, во влагалище забралась… Потом Борису: – Не высший класс, но сойдет, – руку к прикроватной тумбочке протягивает, где наши "игрушки" лежали, двойной вибратор достает. Это который в оба отверстия сразу. На полную мощь его включает и в меня, до упора.

– Чтоб ты пока не скучала, – говорит, а сама на кровать откидывается, мужу приглашающе по простыне похлопывает.

Лег он к ней, ласкаться начали. Я отвернуться хочу, неприлично все-таки подглядывать, он:

– Не сметь! На нас смотри! – а сами на меня все время зыркают. Похохатывают, глядя, как я живот все время сжимаю – вибратор-то работает, и ощутимо весьма. Стою перед ними, как дура. Стыдно все-таки смотреть, как перед тобой люди к сексу готовятся. Еще стыдней, что перед ними заводиться начинаю, заметно причем. Не от их действий, конечно. От вибратора. Понимаю же, что вынуть его или хоть интенсивность убавить не должна… рабыня же. А права мои босс очень четко зачитал, когда насчет уборки квартир высказался…

Тем временем Борис жену ласкает – то груди ей погладит, то клитор потеребит, а Тина с его членом играет, из стороны в сторону качает, вниз оттягивает, потом отпускает, он по животу звучно бьет. Потом мне:

– Займись. Видишь, опал совсем.

На самом-то деле стоит отлично, на 12 часов. Не понимаю, чего она хочет, по-прежнему как истукан перед ними… Тем более, как это – оральным сексом с мужем на глазах у жены заниматься? От одной мысли об этом краской налилась. А она решила, что из-за моего английского непонятка, пальчиком меня манит, а губами показывает, что мне с органом этим делать надобно.

Уже потом я узнала, что очень она любила вблизи смотреть, как его обрабатывают, а тогда под взглядом ее пристальным на кровать к ним забралась, сосать стала. Тина еще пригнулась, волосы мне в сторону отвела, чтоб полный обзор себе устроить. Я на карачках на кровати стою, от этого вибратор куда-то сместился очень вкусно, чувствую, вот-вот… От этого и Борисом интенсивнее заниматься стала, ему тоже, понимаю, недолго осталось. Тина, конечно, тоже увидела, мою голову сдернула, сама на него сверху уселась. А я рядом на коленях стою, кончаю… Не сдержалась даже, мымыкнула. Она сразу это просекла, блямс, мне пощечину. Это в первый раз, чтобы не он, а она меня… От этого весь оргазм сразу прошел, только лишь начавшись. Тина же мне в рот сосок свой сует: – Не бездельничай! Обслуживай!

Пришлось…

С этого времени Тина больше за зеркалами не пряталась, за нами наблюдая. Всё в открытую пошло. И рабыней я стала не только Бориса, но и его жены. Правда, на работе – ни-ни, не малейшего отголоска… А в апартаментах и спали втроем. И секс с Борисом теперь мне только в качестве вознаграждения