Если ты позволишь - Вирсавия Вайс

- Еду! — кричит он, бросая телефон и вжимая педаль газа в пол до упора.

- Суки! — орёт он, молотя руками по рулю, лавируя между машинами, играя в шашки на ста восьмидесяти.

Вслед несётся какофония клаксонов и визг тормозов, но его это не волнует никак. Он знал, он знал с самого, мать его, начала, что всё будет именно так, но какого хера?

- Прости, прости, — прошептал он, — Оля, прости… Я не хотел! Только держись!

* * *

- Кем вы приходитесь этой женщине, Тагир Мансурович? - Врач пристально посмотрел ему в глаза.

- Давайте мы с вами сделаем так, Федор Михайлович, - Зайкалов откинулся на спинку стула и прищуривается. - Вы мне пишете список того, что необходимо для вашего отделения, и не задаёте никаких вопросов.

- В таком случае я задам всего лишь один вопрос: как долго ваша знакомая употребляет наркотические средства?

- Она никогда... - Он резко подался вперед, ухватившись руками за столешницу. - Что вы хотите этим сказать?

- В крови неизвестной обнаружены критические показатели по следующим соединениям, относящимся к...

- Покажите! - прорычал Тагир.

- Пожалуйста.

Он выхватил бланк токсикологии, не веря тому, что только что услышал. Руки затряслись, буквы прыгали перед глазами, голова полностью отключилась, воспринимая цифры не как показатели, а как просто набор ничего не значащих закорючек. Все полученные в свое время знания в медицинском разлетелись, как дробь при выстреле. Но даже в таком состоянии он понимает, что выжить с этим коктейлем в крови практически невозможно.

- Она никогда, никогда ничего не употребляла. - подавленно прохрипел он.

- В таком случае, как вы понимаете, я вынужден сообщить об этом в соответствующие органы. Такие дозы просто так в кровь попасть не могли. - вздохнул врач, вытягивая из его рук лист с лабораторным заключением по токсикологии.

- Сколько? - Тагир медленно поднял глаза. - Назовите сумму.

- Тагир Мансурович, - врач встал и отошёл к окну, повернувшись к нему спиной, - простите, но нет.

- Хорошо, Федор Михайлович, делайте то, что должны. Но я могу её увидеть?

- Я провожу вас, но попрошу подготовить все документы, на крайний случай. Нам нужно связаться с её родными. Состояние критическое. И нужно срочно решить, что делать с беременностью. В её случае, если даже она выкарабкается, шансы родить здорового ребёнка минимальны. Пройдемте!

По длинному коридору. Его личная «Зеленая миля», в конце которой она. За прозрачной стеной, подключённая к мигающим мониторам, системе ИВЛ, маленькая, с лицом бледным до синевы. Волосы безжалостно собраны под бинт-сетку. Тагир сглотнул. Ему стало страшно.

- Держись, Оленька. - прошептал он, прижимая руку к стеклу.

- Мне нужно срочно принять решение о прерывании беременности.

- Беременность необходимо сохранить. Ребенок останется, Федор Михайлович. - процедил Зайкалов, кидая на врача ледяной пронизывающий взгляд.

- На каком основании вы мне это...

- Я его отец! Этого достаточно? Где нужно подписать?

Глава 42

Врач смотрит на него, поправляет бейджик.

- Вы понимаете всю нерациональность вашего решения и риски как для неё, так и для ребёнка?

Он устало снимает очки в тонкой оправе, протирает стёкла и сжимает переносицу двумя пальцами.

- Она ещё молода, и даже если мы прервём беременность, она сможет стать матерью.

- Я сказал нет! Беременность необходимо сохранить!

Тагир чувствует липкую волну страха и злобы. Страха за неё, а злобы на этого человека, который сидит перед ним и рассуждает о рисках. Зайкалов не может так с ней поступить! Если он не сделает всё, чтобы спасти этого ребёнка, она его никогда не простит… Если выживет.

- Я не знаю, Тагир Мансурович…

- Делайте всё, что нужно! Деньги не проблема. Лучшие специалисты, лучшее лечение! Но верните мне их! Верните двоих! Сегодня на счёт отделения я переведу деньги. - Он встаёт и протягивает руку. - Я могу вас попросить разрешения?

- Да, конечно, вас проводят. Но недолго. Мне необходимо сделать ряд звонков, и, как вы понимаете, следователь захочет поговорить с вами.

- Да, конечно, Фёдор Михайлович, я его дождусь. Я могу позвонить в приватной обстановке?

- Да, вас проводят, но напоминаю, из отделения реанимации и ПИТ звонить запрещено.

- Я знаю.

Как только Тагир остался один, он тут же набрал номер Татарского-старшего, надеясь на то, что этот претендент на тот свет появился в сети. Но увы! Ничего, кроме тишины в эфире, он не услышал. Та же история и со Златкой. Эти двое исчезли, прекрасно понимая, что он с ними сделает.

- Суки! - сплюнул Зайкалов, набирая номер телохранителя.

- Аслан, поднимай наших! Всех! Вытаскивай их откуда хочешь! Мне по хуй! Отпуска, бабы, дети! Все должны быть наготове! Немедленно найти