Бездушный Хеллион - Джоди Кинг

как я тихо закрыла за собой дверь, стараясь не издавать ни звука, поправляю свои изодранные синие шорты, стягивая их вниз. Я оглядываюсь по сторонам, готовая исследовать трейлерный парк, затем начинаю делать шаги вперед. Пробираюсь через узкие проходы между трейлерами, мои глаза осматривают темное пространство в поисках каких-либо признаков жизни, пока я внезапно не замечаю молодую женщину, выходящую из одного из трейлеров.

Мои шаги замедляются, когда наши взгляды встречаются, и между нами происходит молчаливый обмен взглядами. Она эффектна, у нее длинные черные волосы с ярко-розовыми кончиками, а ее пышную фигуру подчеркивает облегающий черный комбинезон.

После взгляда украдкой, выражение ее лица расплывается в широкой, жизнерадостной улыбке, и она начинает игриво двигаться ко мне. Когда она подходит ближе, меня охватывает чувство любопытства, смешанного с осторожностью. Когда она прыжком останавливается передо мной, мой взгляд слегка расширяется, я понимаю, что у нее розовые контактные линзы.

— Привет! Что ты здесь делаешь, красавица? Тебе не следует быть здесь, — спрашивает она с широкой улыбкой.

Я стягиваю капюшон с головы, позволяя моим длинным светлым волосам рассыпаться, когда отвечаю:

— Я здесь новенькая.

Ее вздох громкий, наполненный волнением, когда ее улыбка становится еще шире.

— Срань господня! Ты новая танцовщица?

Как только я киваю, она хватает меня за руку, переплетая свою с моей, и я чувствую, как ее вибрирующая энергия пульсирует от ее прикосновений. Она тянет меня вперед, а затем весело скачет рядом со мной.

— Ты ДОЛЖНА познакомиться со всеми!

Я спотыкаюсь, пытаясь поспевать за ее широкими шагами:

— Со всеми? — отвечаю я.

— Да! Почти каждую ночь после полуночи мы встречаемся у костра в лесу, — она наклоняется ко мне, внезапно становясь тихой, но продолжая улыбаться. — Ну, младшая группа. «Старейшины» чертовски скучные…

Когда мы подходим к густому лесу, окружающему цирк и карнавал, я не могу не думать об Илае, который крепко спит и упускает возможность познакомиться со всеми, но я говорю себе, что у него будет больше шансов присоединиться к нам, если это будет происходить регулярно.

По мере того, как мы углубляемся в темноту, отблеск далекого фонаря привлекает мое внимание, притягивая нас ближе, и девушка рядом со мной засыпает меня вопросами.

— Итак, как тебя зовут и какой танец ты исполняешь?

— Меня зовут Нуар, и я исполняю практически все.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, и ее любопытный взгляд уже прикован ко мне, близко к моему лицу, жуткая широкая улыбка все еще растягивается на ее губах. Пока мы продолжаем наш разговор, я не могу избавиться от ощущения, что в ее поведении есть что-то большее, может быть она под кайфом, или это просто ее причудливый характер.

— Как тебя зовут и чем ты занимаешься? — спрашиваю я.

Она выглядит восторженной, когда я произношу эти слова, и мы обе смотрим вперед, костер становится все ближе.

— Я Блаш. Огнедышащая танцовщица, — отвечает она с гордостью.

Я смотрю на нее широко раскрытыми глазами, мгновенно восхищаясь тем, что она делает.

— Вау, не могу дождаться, когда увижу тебя за работой. Я бы хотела знать, как это делается.

Она чуть крепче прижимает мою руку к своему боку.

— Ну, может быть, однажды я научу тебя, Нуар.

Когда мы выходим на поляну, болтовня среди группы постепенно затихает, все взгляды обращаются к нам. Костер отбрасывает мерцающий отблеск на лица молодых мужчин и женщин, у некоторых лица все еще раскрашены, другие чисты, как и мое. Каждый из них обладает уникальной индивидуальностью со своим стилем одежды, и их темные взгляды устремлены на меня, излучая эмоции от растерянности до заинтригованности.

Блаш, похоже, не смущена внезапным изменением атмосферы и решает радостно объявить группе о моем прибытии.

— Народ, это Нуар. Она новая танцовщица.

Как раз в тот момент, когда я собираюсь заговорить, отдаленный звук мотоциклов прерывает этот момент. Блаш внезапно хватает меня за руку, дергая за собой, а затем тянет меня вниз, чтобы я села рядом с ней на ствол ближайшего дерева, лежащего у костра, и скорость ее действий заставляет меня нервничать из-за приближающегося шума.

Оглушительный рев становится громче по мере приближения, посылая вибрацию по земле. Я смотрю вперед, пока все три байка не взмывают в воздух. Когда они приземляются в опасной близости от костра, я вздрагиваю, но гонщики продолжают агрессивно газовать, их злобный смех эхом разносится по лесу, когда они на большой скорости объезжают нас. Грязь и листья взлетают в воздух, кружась вокруг нас в хаотичном танце. Я пытаюсь разглядеть их лица, но из-за скорости они расплываются, их личности остаются неясными, а у меня кружится голова.

Когда мотоциклы, наконец, резко останавливаются пробуксовывая задними колесами, я смотрю на них, каждый мотоцикл разного цвета. Один из них переливается ярко-красным, другой — неоново-зеленым, а третий — черно-белый. Всадники остаются невидимыми. Их черты скрыты тенями, но их присутствие тяжело нависает над нами, излучая ауру тьмы, опасности и непредсказуемости, от которой у меня по спине пробегают мурашки. Я не отрываю взгляда от троицы, пока один из них не слезает со своего байка и не оборачивается.

— А вот и Холлоу, — шепчет Блаш мне на ухо сзади.

С растрепанными светлыми локонами на макушке его пронзительные зеленые спиральные контактные линзы привлекают мое внимание, на губах у него широкая озорная улыбка. Красочные татуировки разбросаны по всей открытой коже, и поскольку на нем только черная майка в паре со спортивными штанами, я легко могу разглядеть его подтянутое телосложение. Жуткие завитки по бокам его лица только усиливают исходящие от него тревожные вибрации.

— У Соула зеленые глаза, — шепчет Блаш.

Второй байкер оборачивается, прикуривая сигарету. Его круглые глаза ярко-красного цвета сочетаются с темно-каштановыми волнистыми волосами, частично скрытыми под черной толстовкой. Вокруг его глаз черная краска, и я замечаю швы, пересекающие его губы и щеки крест-накрест. Кольцо в носу поблескивает в тусклом свете, а татуировки, кажется, покрывают его тело с головы до ног. Он совсем не похож на Соула, в нем есть что-то гораздо более темное, но они оба пугающе красивы.

— У Рафа красные глаза.

Я наблюдаю за третьей фигурой, чувствуя влечение к нему несмотря на то, что он стоит к нам спиной. Его высокая, подтянутая фигура видна даже с такого расстояния, он одет в черные, обтягивающие и потрепанные джинсы, из-под кожаной куртки торчит накинутый капюшон.

Я перехожу на шепот, краснея, но мое любопытство берет верх.

— Кто тот, что посередине?

Он поворачивается на пол оборота, доставая сигарету спокойными движениями, и я разглядываю его сбоку: то, как блестят в лунном свете его черные, свободно вьющиеся волосы, выбивающиеся из-под капюшона спереди, почти закрывающего глаза, и острый подбородок. Черная краска на лице только подчеркивает его скулы, закрывает нос и затемняет глаза,