Если ты позволишь - Вирсавия Вайс

- Прекрасно, вот и дальше делайте. - Его взгляд стал ледяным. - Но я бы хотел, чтобы вы делали не только то, что возможно, но и то, что невозможно. Подумайте о тех, кто вам дорог, доктор.

Это было сказано таким тоном, что всё стало понятно без слов: или Ольга, или все остальные. В дверь раздался стук. Игнатенко облегчённо выдохнул.

- Да, войдите! - крикнул он, бросая настороженные взгляды на своего опасного посетителя.

Дверь открылась, и в проёме появилось испуганное личико медсестры.

- Да, Леночка? Что-то случилось?

- Там, там, там приехали. Люди. Они спрашивают вас и... - Она резко втянула воздух, прикусив губу. - Эту, из четырнадцатой палаты.

- Ад пуст, все бесы здесь. - Хмыкнул Зайкалов, откидываясь в кресле и скрещивая руки. - Советую вам подготовиться, Федор Михайлович. Сейчас от вас потребуют очень точные ответы и сроки. Любая неточность будет чревата не только для вас.

- Пусть проходят, Леночка. - Хриплым голосом сказал Игнатенко, вжимаясь в кресло.

Для него этот день уже летел в пропасть, осталось только расслабиться и получить хотя бы удовольствие.

На пороге кабинета появился высокий мужчина с благородной сединой на висках. Его лицо отличалось волевыми рубленными чертами. Широкие плечи обтягивала ткань дорогого костюма, сшитого явно на заказ. Возраст не портил его, лишь добавлял шарма. Было видно, что он привык командовать, и ореол абсолютной власти сопровождал его, словно аромат дорогого парфюма. Опасный, как снайперская винтовка в руках своего бездушного хозяина — смерти.

С его появлением кабинет словно уменьшился в размерах, воздух будто сжался и наполнился напряжением.

- Казьма! - Хмыкнул Зайкалов. - Ты так и не отвык от своей театральщины? А где адские псы?

- Шама. - Сплюнул Татарский. - Кто б сомневался.

Владислав прошел через кабинет и сел в кресло напротив Зайкалова.

- Добрый день, Федор Михайлович. - Он протянул руку через стол и пожал протянутую ладонь эскулапа. - Я бы хотел получить полную информацию по поводу состояния жены моего внука, Татарской Ольги Валерьевны.

- Пока ещё жены. - Процедил Тагир.

Татарский оставил его выпад без ответа, сосредоточив всё внимание на Игнатенко. Тот откашлялся и, поправив очки, подтянул к себе всю документацию.

- Нам удалось Ольгу Валерьевну стабилизировать, но состояние ещё тяжелое. Она была доставлена в состоянии комы и перенесла остановку сердца в машине скорой помощи. Сейчас еще сохраняются все признаки клинической комы, но она стабильна. Проводится интенсивная дезинтексикационная терапия. Беременность было решено сохранить по просьбе отца.

Татарский бросил исподлобья тяжелый взгляд в сторону Тагира. Тот хмыкнул и развел руки жестом «ну я же говорил».

- Что требуется для того, чтобы она получила всё по высшей категории? Деньги, специалисты, транспортировка? - Владислав достал телефон. - Говорите, и всё будет организовано в течение часа!

- Спасибо, но уже все сделано, даже больше. То, что она жива, это уже чудо, но мы теперь её уже не отпустим. В таком состоянии она пробудет, скорее всего, ещё несколько дней, а потом восстановление. Советую найти хорошую клинику, желательно за рубежом.

- Я немедленно... - Начал Татарский.

- Клиника в Швейцарии её уже ждёт со следующей недели, Фёдор Михайлович. - Спокойно перебил его Зайкалов.

- Шама. - Процедил Владислав. - Не передёргивай.

- Ничего личного, Влад. Найдешь клинику лучше этой, вперед! - Криво улыбнулся Тагир, вставая. - Позвольте откланяться, Федор Михайлович. Мне пора, да и воздух в вашем кабинете стал менее здоровым. Кладбищем потянуло. - Цыкнул Зайкалов, пожимая руку врачу и покидая кабинет.

Зайкалов стоял на ступеньках перед центральным входом в Склиф. Он ждал. Нужно было закончить всё сейчас. Тень Татарских в будущем ему была не нужна. Влад сейчас ему даст слово, что будет держать Витьку на цепи около своей будки. Только тогда можно будет, наконец, расслабиться. Витька против деда не пойдет.

- Тагир. - Сухой голос, абсолютно бесстрастный, тот самый, каким он отдавал приказы, после которых многие находили успокоение на дне Глухого. - Поговорим.

Не вопрос, не просьба. Данность, после которой раньше шла пуля промеж глаз.

- Базара нет, Влад. Здесь или отъедем?

Не оборачиваться, не показывать страха. Сам подойдёт и сам предложит.

- Поехали, прокатимся.

Татарский спускается по ступенькам и подходит к своей машине, ничем не примечательный «Вольво», но кто, как не Тагир, знает, насколько это далеко от истины. Автомобиль бронированный, с пуленепробиваемыми стеклами, наверняка сделанный по спецзаказу на заводе.

- Со мной? - Полуоборот головы, не останавливаясь.

- Следом. - Бросает Тагир.

Если Володю и Виктора он ненавидел, то Влада он опасался. Может, поэтому тогда в лесу и