Ловушка для полоза - Дина Сдобберг

А-а-а-а, вон оно что, - протянула Беляна. - Эк вас девки заносит на поворотах-то! У князя с княгиней, как всем известно, сын наследник, княжич Севостьян, да дочь. О которой все знают, но почти никто и не видел, уж больно болезненная малышка уродилась.

Жалостливая и добрая Беляна, только вздохнула.

- Так а что там с полозами-то стало? Отпустила их роща заповедная? - любопытничала Ясноцвета.

- Отпустила, - засмеялась Светозара. - Лучше скажи вышвырнула, прямо к ногам Владлены и выкатились, словно им пинка кто дал. Такого натерпелись, что седьмицу потом у нас в башне в себя приходили. Наставница Ладомира им со своего сада травы всякие чуть ли не корзинами несла.

- А потом что? - спросила Рогнеда.

- Что-что, - продолжила Светозара. - Досрочные испытания, выпуск и сами впереди обоза к разлому бежали! Вон, иной раз слухи доходят, что дозор несут безвылазно. Похоже в роще такого натерпелись, что теперь совсем страха не ведают. Героями и храбрецами слывут. В личной дружине княжича Севостьяна ходят под рукой его дядьки, воеводы Черномора Ратиборовича.

- Осталось только уточнить, это на них так несколько дней в роще повлияли или заключение в лекарской башне под опекой рассерженной ведьмы? Ох, думаю Владлена им своё стояние припомнила, - усмехнулась Беляна.

- Знаете, я думаю, что роща волхвов не просто так стоит, а что дух её оберегает. Хозяин ходит среди елей. - Напомнила о своей идее Рогнеда. - У бабушки Яги и спросим. Она наверняка ведает. И пойдём честь по чести, с поклоном да просьбой. Если уж полозов-бедокуров по ведьминой просьбе вернул, то в оглядке среди своих владений не должен отказать.

Обнадëженная Беляна только согласно закивала головой. И собралась раньше Рогнеды.

Хранительница библиотеки Ягнида встретила их за порогом. Старая ведьма прогуливалась со своим вороном на плече. Седые кудри копной вились из под остроконечной шляпы. Кожа её была так суха и испещрена морщинами, что сама напоминала древний пергамент. Лишь глаза горели яркой потусторонней зеленью.

Объяснения, почему сегодня названная внучка пришла не одна, и что за нужда их в заповедную рощу тянет, Ягнида выслушала внимательно.

- Каждой ведьме судьба дарует друга и помощника, - сочувственно улыбнулась она статной ведьмочке в волнении теребящую толстую косу. - И сводит их друг с другом разными путями. Кто-то на зов идёт, кто-то сам зовёт, кто-то случайно обретает, а кому-то заслужить надо, чтобы его выбрали. И кому какой жребий выпадет никто не ведает. Только лежать да рыдать в подушку явно не в помощь. Тут смотреть нужно, а мокрая подушка зрению сильно мешает. Ну и на вопрос я ваш конечно отвечу, но сначала вы мне службу сослужи́те!

По древней ведьминой традиции, чтобы помнили, что ничего просто так не даётся, назначила старая Ягнида ведьмочкам задания. Да и села в кресло у огня.

Из расшитого ведами льняного мешочка под едва слышный говор старухи полетели в пламень высушенные листья папоротника, несколько веточек полыни и короткие палочки орешника. В конце ведьма отправила в огонь горсть зверобоя.

Пламя в очаге разделилось на два больших языка. И в каждом отразилась ведьмочка. В правом Беляна, в левом Рогнеда. Папоротник превращал простой огонь в магический, полынь усиливала способность ведьмы "видеть". Правда, больше её использовали в прорицаниях да гаданиях. Орешник питал пламя силой, а зверобой не давал никому лишнему, никакой силе, заглянуть через волшебное пламя в мир. И уж тем более пройти в него. Не зря же при всех ритуалах, связанных с вызовом потусторонних сущностей, зелья со зверобоем использовали для создания защитной границы.

Ведьма наблюдала. И увиденное её заметно радовало.

Вот Беляна смела всю паутину со стен коридора, ведущего в жилую часть, личные комнаты Ягниды. И за дверь заглянуть не забыла. Несколько раз открыла и закрыла дверь, каждый раз морщась от громкого скрипа. И пошла на кухню, где Рогнеда ей показала на кувшин с маслом. Девушка по чуть-чуть капала масла под дверную пятку и открывала дверь, пока скрип совсем не исчез.

Вот Рогнеда начищала котлы на кухне. Намытые и начищенные котлы, ведьмочка натёрла мягкой ветошью. И только сухими сложила аккуратными стопками и поставила в шкаф. Потом замерла, словно резко что-то вспомнила и пошла в небольшой закуток за кухней. Там Ядвига варила свои зелья. И там тоже было достаточно грязной посуды. И котлов, и плошек. Да и бокалов. Любила Ядвига, наблюдая за готовящимся зельем, побаловаться отваром с малиной или молоком с мёдом.

Вопреки глупому поверью, молоко рядом с ведьмой не сворачивалось. А вот то, что большинство ведьм молоко и молочные напитки просто тихо обожало, было правдой. Вот Беляна начала раскладывать стопки книг. Из одной выпал старый-старый пергамент. Девушка осторожно его подняла... И нахмурившись положила обратно.

- Не для меня писано, ни мне и читать, - донеслось до Ягниды сквозь пламя.

- Для памяти что ли чего попить, - задумалась Хранительница. - Что-то книга приметная, а бумаги я этой не помню.

- Письмо там, от ухажёра твоего, - проворчал ворон. - Объяснить пытался, отчего донос на тебя настрочил.

- Для памяти что ли чего попить, - повторила со стеклянным взглядом Хранительница библиотеки.

- Каждый раз, - замотал головой ворон.

Когда-то очень давно, когда он сам ещё был совсем воронëнком, юная ведьмочка Ягнида дала волю сердцу. Да так, что себя почти забыла. Что уж говорить об оглядке, да осторожности. Хоть и говорили, и напоминали, и как могли старались уберечь юную ведьмочку мудрые наставницы. Но кому нужна их мудрость, когда в душе живёт любовь, да ещё и взаимная.

Только вот та взаимность слишком уж пугала молодого инквизитора. Долго он думал, долго боролся с сомнениями. А потом пошёл и попросил орден пролить свет на происхождение этой любви. Уж не под приворотом ли он.

В тот же день, Ягнида оказалась в пыточных застенках инквизиции. И то, что в соседней камере сидел и сам доносчик, её обиды не уменьшало. Через несколько месяцев орден рыцарей Очистительного пламени вынес вердикт. Не нашли они злого умысла, да и волю их брата-инквизитора ничто не сдерживало, значит и приворота не было. А потому, может рыцарь Грегориан держать при себе ведьму Ягниду, тем более, что в деле их непростом вечный источник силы лишним не будет.

Вот только сама ведьма, выйдя под чистое небо, знать возлюбленного больше не желала. И хоть он слал ей подарки и письма с объяснениями, понимать