Некромант - Егор Соколов

– И ему понадобится время, чтобы отправить в Гданск кого-то, кто выяснит, что там случилось, – Вадим кивнул. – Только вот посыльный никак не успеет обернуться за такой срок.

– Ты будто специально меня через лес потащил… – Бурьян не мог отрицать того, что многие действия Вадима лишь сейчас становились понятны.

– А ты становишься очень уж подозрительным, – Вадим вздохнул. – Не важно оно теперь.

Бурьяну такой ответ не понравился. Как может Вадим требовать доверия к себе, когда постоянно всё скрывает? Разбрасывается загадками, ведёт себя так, словно будущее умеет предсказывать.

– В такой момент очень хочется сказать что-то глупое, вроде… “Всё будет хорошо”… Но я не стану ничего обещать, – устало отозвался Вадим. – Зная, что в любом случае всё кончится плохо, перестаёшь надеяться на лучшее. Зная же, что всё будет хорошо, махнёшь рукой, ведь можно больше не стараться.

Это звучало как-то жутковато, но невозможно было не согласиться. Если бы сейчас Вадим прямо признался, что действительно знает будущее и рассказал бы Бурьяну, что его ждёт, то как бы он потом поступил? Лучше и правда не знать конкретного ответа. Бурьян продолжил молча есть яблоко, слушая скрип пера, и принялся представлять, что произойдёт. Вот Вадим как-то избавится от некроманта, а дальше? Он приведёт Бурьяна к тому, кто сможет помочь с этим дрянным ритуалом, ну а дальше? Брюнет будет волен идти куда угодно и делать, что вздумается. Только вот в голове ветер. Он не знает, что делать. Вернуться в старый дом и помогать деревенским, как это делала матушка? Наверное, так и поступит. Идти ему всё равно больше некуда.

– В вашем княжестве опасно будет оставаться, – отозвался Вадим снова без спроса читая мысли брюнета. – Как только весть о том, что Кшиштофа больше нет, разлетится, оставшиеся некроманты точно попытаются захватить власть. Учитывая, что ни Игнатий, ни Вероника им не помешают.

Бурьян вздохнул, положив огрызок яблока на край стола. Он уже не видел смысла возмущаться тем, что подобные речи не стоит вести в таких местах. Казалось, что Вадим предусмотрел абсолютно всё.

– А Соломея? – Бурьян подпёр ладонью подбородок, уставившись на то как старательно Вадим выводит слова.

– А что бы ты хотел с ней сделать? – Вадим хмыкнул, обмакнув перо в чернила и стряхивая крупную каплю.

Это прозвучало так, словно Вадим готов любое решение брюнета немедленно воплотить в жизнь.

– Хочу, чтобы она умерла, – выпалил Бурьян, чувствуя лишь ярость, которая каждый раз поглощала его разум, когда он думал о поступке Соломеи.

– Но сам убивать не хочешь? – уточнил Вадим.

– Не знаю, – Бурьян откинулся на спинку стула и скрестил на груди руки, отведя взгляд на полки. – Не уверен, что смогу…

Всё же женщина была куда искуснее в магии, чем он, а значит, убить её будет совсем непросто. Не говоря о том, что Бурьян по своей воле никого не убивал из-за боязни трупов. Одно дело пересиливать себя, когда заставляют воскрешать чужой труп, но совсем другое, когда ты сам станешь тем, кто приложит руку к созданию этого трупа.

– Хочешь, помогу? – весело поинтересовался Вадим.

Бурьян перевёл на него взгляд. Седой продолжал заниматься делом с лёгкой улыбкой на губах. Невозможно было представить почему он предлагает Бурьяну столько помощи. Что он потребует взамен позже?

– Ничего такого, – Вадим отрицательно мотнул головой. – Просто считай меня своим другом. Вот и всё условие.

Бурьян вскинул брови. Зачем этому седому может понадобиться дружба с таким, как он?

– Почему бы и нет? – хохотнул Вадим. – Условие простое, тебе ничего не стоит. Друзья ведь помогают друг другу просто так.

Значит ли это, что позже Вадим попросит у Бурьяна безвозмездной помощи? Но чем он может помочь Вадиму? Седой и так неимоверно силён и знает намного больше, чем кто либо из знакомых Бурьяна.

– Решайся, и лучше быстрее, – Вадим понизил голос. – У нас скоро будут гости.

– Согласен, – выпалил брюнет, сам от себя не ожидая.

Вадим кивнул, а через минуту послышались шаги. Из-за полок быстро вышла Соломея, стуча каблуками по деревянному полу. Вадим это предсказал? Оставалось всё меньше сомнений в том, что седой знает будущее. Бурьян слегка напрягся, не понимая, что ведьма забыла здесь. Пришла угрожать? Судя по выражению на лице – несомненно.

– Так и знала, что вы тут о чём-то шепчетесь, – строго сказала она, остановившись недалеко от стола.

– Разговоры немного мешают мне работать, – бесцветным голосом ответил Вадим, не отвлекаясь.

Он быстро сделал вид, будто всё это время они сидели молча, а сам он страшно недоволен работой. Бурьян почему-то подумал, что огрызок яблока может их как-то выдать, но, покосившись на стол, понял, что тот исчез.

– И как же тебе работается раненой рукой? – Соломея оскалилась.

Забавно было видеть такую картину. Она и правда вела себя, как агрессивная шавка на привязи. Тявкает, но не осмеливается подойти ближе, потому что знает, что получит сапогом по носу. Бурьян же задумался – неужели женщина пришла одна? Наверняка ведь за полками кто-то из её прислужников готов в любой момент вступить в схватку. Соломея планирует их подразнить, чтобы они первые затеяли драку, а потом пожаловаться Кшиштофу? Как-то по-детски, если это действительно так.

– Спасибо, что поинтересовались, – Вадим обмакнул перо, даже не поворачивая голову в сторону женщины. – С рукой всё хорошо. А даже если и нет, то какая разница?

– Поубавь дерзости! – рявкнула Соломея и топнула ногой. – То, что господин позволил тебе тут ошиваться ещё ничего не значит!

– А я-то думал, что вы пришли извиняться за то как поступили со мной, – вот теперь Вадим медленно перевёл взгляд на Соломею, отложив перо в сторону. – Должны спасибо сказать, что я уговорил Бурьяна ничего не рассказывать.

– Так ты его контролируешь? – но Соломея поняла его слова по-своему, а потому оскалилась.

Бурьян смотрел на неё и поверить не мог, что не так давно приходил к ней на поклон, чтобы просить помощи. Как можно вообще было довериться столь глупой женщине, которую ослепили власть и безответная любовь?

– Никто меня не контролирует, – выпалил Бурьян сердито. – Я могу немедленно пойти к господину и всё рассказать.

Вадим слегка хохотнул, видимо, не ожидая такой дерзости от брюнета. Наверное, он и сам бы удивился, если бы не злился каждый раз, когда смотрел на Соломею.

– Что? – спросила она строго, давая юнцу шанс взять свои слова назад.

– Что слышала, – но Бурьян не собирался больше проявлять к ней вежливость. – Так что? Мне пойти к господину?

Он поднялся с места, не особенно собираясь уходить, но лицо Соломеи