Эльф из КГБ 2 - Василий Сергеевич Панфилов

Скрыться не было никакой возможности, и вот очередная гора… закончившаяся пропастью, обрывающейся на пару миль.

Внизу долина и город. Дошли⁉ Переглядываемся и понимаем, спуститься всё равно не выйдет, а живыми… Нет, лучше смерть. У меня шанс есть, пусть и слабый — мощные Характеристики Воздуха и Гравитации что-то значат. А вот напарник…

— Я задержу их, — сдержанного говорит он, — прыгай.

Скалюсь… нет уж… судорожно выбрасываю ювелирку из Инвентаря и карманов на штанах.

— Реж вены!

Друг молча подчиняется и кропит кровью украшения.

— А теперь — Духам Воздуха их посвяти!

Шалая надежда в глазах и украшения летят в пропасть, где их подхватывают воздушные потоки. А вот теперь можно и прыгать…

Глава 45

Ветры-Духи подхватывают нас, играючи перебрасывая друг другу. Должно быть страшно, но ощущения какие-то детские. Возможно, это из-за эмоций Духов, в них не чувствуется агрессии. Потом приходят образы благодарности за ювелирные украшения:

' — Камушки блестят. Красиво!'

В ответ выдаю образ украшений, подвешенные на ниточках где-нибудь на открытом месте. Да не по отдельности, а этаким «созвездием».

' — Восторг-Благодарность! Радость! Радость!'

Успеваю заметить, что преследователи приблизились к обрыву и начали обстрел, но Духи заворачивают арбалетные болты и прочие снаряды, до нас не долетает ничего.

Ещё несколько «бесед» с Духами, довольно примитивных, на уровне разговора с ребёнком двух-трёх лет — с поправкой на образы. Выматывает это крепко, здесь нельзя быть неискренним, нельзя транслировать что-то двусмысленное. Много чего нельзя, ибо Духи чисты, на какую-то ментальную грязь они реагируют самым непредсказуемым образом. Ну а поскольку мы очень высоко, то проверять не хочется…

Приземляемся мягко, как опавшие кленовые листья. Не будь мы нелюдями, от такого полёта проблевались бы. А так ничего, сплошное удовольствие.

— Ого, — только и смог выдать друг, которому общение с Духами сильнее врезало по мозгам из-за очень слабого ментала, — далековато нас отнесло.

И правда далековато, километров за двадцать от обрыва. Тот виднеется, но как-то странно — такое ощущение, что это иллюзия, как и всё, что окружает нас.

Пытаюсь развеять, но… слышу хихиканье Духов. Потом откуда-то извне приходит знание, что это Овеществлённая Иллюзия. Знаю, что в общем-то все Миры являются Овеществлённой Иллюзией, но Иллюзия в Иллюзии, да ещё и материальная… Получается такое переплетение философских и физических понятий, что аж голова кружится.

А вот не надо было в своё время увлекаться Ведами и индийской философией, не надо… Сильно подозреваю, что сейчас сам себя путаю, как недоучка. Начитался вскоре после пенсии аж до Рериха с Блаватской, какое-то время всерьёз просвещённым себя считал, ведающим. Потом отпустило… не сразу.

Иллюзия, по которой можно ходить… жить в иллюзорных дворцах… дышать иллюзорным воздухом и есть такую же еду… Чем это отличается от материального мира? Вроде бы ничем… Но как распознать Иллюзию Овеществлённую от Иллюзии Иллюзорной? Не исключено, что мы сейчас лежим где-то на обрыве, и всё происходящее — это бред умирающих, вмещённый в долю секунды. А потом будет последний выдох, и всё…

Мотаю головой и сбрасываю наваждение, затем трясу напарника, он «ушёл» куда-то в себя.

— А?

— Что ты видишь?

Васька ожидаемо описывает мне совсем другой пейзаж, который никак не пересекается с моим. Я вижу прекрасную долину, в которой лежит величественный город, наполненный храмами и дворцами, ступенчатыми террасами и водоёмами. Мы же стоим на склоне, в сам город нужно ещё спуститься.

Напарник тоже видит город, но это город в стиле «паропанк». Также величественный и красивый, но абсолютно урбанистический. А стоим мы, по его мнению, на лестнице.

Описываю ему своё вИденье, переглядываемся…

— Что-то как-то… — дальше не говорю, друг молча кивает — фразочка ещё из курсантских времён, «для своих». Этакое сочетание «мама, роди меня обратно», предвкушение Возможностей и кучи самых странных вещей, таящихся в глубинах подсознания.

Спускаемся, рассказываю друг другу увиденное. Я ожидаемо спускаюсь по горному склону, находя еле заметные тропинки. Василий — по ступенькам… Причём мне кажется, что мы виляем из стороны в сторону, выискивая удобные пути, а ему — что спокойно спускаемся по красивой гранитной лестнице.

Время от времени приходит ощущение головокружения, но оно как будто не со мной, а с моим двойником. Понимаю, что это организм пытается как-то приспособиться, но легче от этого не становится. Ещё обидней от того, что не будь наши характеристики заблокированы, сыпались бы сейчас сплошные достижения и повышения в уровнях. Первыми в таком месте, это…

За всю историю Иггдрасиля что-то с аналогичной значимостью Открывалось всего дважды. И оба раза были такие «плюшки» географам, что одуреть можно. Не только уровни и повышения уже имеющихся характеристик, но и Открытие новых. И звания… это сперва мне было смешно смотреть на звание «Главврач», а потом ничего, привык. Особенно когда выяснил, что к нему прилагается достаточно приличное денежное содержание и всякие «вкусности», вроде облегчённой прокачки целительства. Может, потом это как-то компенсируется… если выживем.

Начали встречаться люди-которые-не-люди. Духи обретали форму и плоть, с искренним восторгом разыгрывая перед нами театральное представление.

— Добро пожаловать в Храмовый Город, — образ, переданный Духом-жрецом, отпечатывается в сознании так, будто я его слышу. Сам жрец в странноватом балахоне, колеблющемся и постоянно изменяющимся. В одно мгновение это ряса монаха-доминиканца, в другое — тога римского сенатора с вышивкой русскими узорами.

Но чувствую, что надо подыгрывать Духам на полном серьёзе. Если уж они взялись устраивать такое представление… Не стоит их разочаровывать.

— Благодарю, — кланяюсь слегка, проходим дальше.

— У меня полицейский, — негромко говорит Васька, — весь такой… викторианский, только физиономия менялась постоянно.

— У меня жрец, лицо неизменным было, одежда менялась.

Друг выдыхает тоскливо, он не любит подобные загадки без ответов, служба приучила. Это я после отставки баловался одно время всякой мистикой, просто чтобы занять себя. Какой-никакой, но иммунитет.

Начинают попадаться люди-духи, поднимающиеся наверх. Играют они с разной степенью убедительности. Одни напоминают призраков, которые стали вдруг частично материальными, другие — вполне человечны и успешно имитируют мелочи, вплоть до запаха пота и овечьего сыра.

Единственное — я вижу всё происходящее как некий «микст» на тему Древнего Рима, Древней Греции и прочего Средиземноморья. Очень вольно всё, но в пределах нормы для Иггдрасиля.

Напарник — как паропанковскую Викторианскую Англию, или точнее «Сочинение на тему». По его словам, достаточно интересно — коптящие дымом