Путь возмездия - Максим Александрович Лагно

Возможно, именно перенос сознания и стал такой формой взаимодействия — единственно доступной для нас, деградировавших потомков предтеч, когда их спящие озарения сталкиваются с активным веществом.

Ведь сила предтеч держалась не только на монополии на серое мясо, но и на созданной ими научной надстройке. Этот Путь развития нельзя пройти вторично в одиночку: он был выкован исторически, шаг за шагом, и исчез вместе с обществом, которое его породило.

С позиций диалектического материализма я осмелюсь утверждать следующее: любой человек моего века — студент, рабочий, служащий на улице Москвы или Ленинграда — может быть носителем ослабленного, размытого веками набора наследованных озарений. В ком-то дремлют «Крылья Ветра», в ком-то — «Игра Света» или общепризнанно бесполезное «Дыхание Воды». Но ни один человек будущего не обладает врождёнными гранями, чтобы наполнить ими этот узор.

Конечно, всё это лишь мои гипотезы, которым не место в краткой монографии. Тем более что единственная в двадцатом веке залежь серого вещества покоится под землёй, в руинах Дивии, и до сих пор охраняется действующим Карателем Сердца.

К О Н Е Ц

88−89год, Свободная Вершина

Эпилог

И дух Дивии

Я продолжал сидеть, удерживая свиток двумя пальцами. Я испытал много эмоций от чтения. Да, происхождение Дивии и прочее, это интересно… Но я испытал… стыд.

Вот же были раньше люди! То есть будут в будущем.

В отличие от меня Лев Эммануилович получил худшие стартовые условия: тело шестилетней девочки из учительского рода. Но чего добилась она и чего я?

Она — угнал целый Отшиб. Я — гонялся за какими-то бабами.

Она — собрала сторонников, обучила несколько поколений низких грамоте и донесла до них правду о летающей тверди.

Я — сколотил отряд летучих бандитов, чем заслужил благосклонность родовитых стариков из рода Патунга. В итоге отряд позорно погиб в сражении с детьми сопротивления, преданный этими самыми стариками.

Она начала борьбу с репрессивной религиозно-магической машиной летающего Рейха.

Я — наслаждался благами, доступными высшей касте, то есть занимался любовью и войной.

Она, в конце-то концов, докопалась до истины о сером мясе, похороненной в веках вранья и подделок. А я… я будто смирился с магическим происхождением озарений. Мол, какая разница, откуда взялся «Удар Молнии», главное, что я могу грохнуть им.

Но деятельность Чуари, не ограничилась одной лишь наукой. Попав в Дивию, большевик, коммунист и настоящий герой Лев Эммануилович Чуари-Иванова до последнего вздоха боролась за некую абстрактную справедливость, пытаясь вырвать низких людей из грязи.

Попав в Дивию, плохой учитель и неплохой шашлычник Денис Лавров переживал за других людей только на словах. В остальное время переживал за себя, да ещё и считал это правильным. Мол, сначала спаси себя, потом спасай других. Да так увлёкся спасением себя, что совершенно забыл о других.

Сначала я не мог смотреть на истязания низких людей, поэтому предпочёл не смотреть. Потом сам стал славным воином и принял участие в насилии, утешая себя, что, мол, нельзя прикладывать моральные установки общества будущего к доисторическим временам, когда поджарить груду живых младенцев на алтаре, было таким же нормальным явлением, как жарить шашлыки на майские праздники.

По сути, я пресмыкался перед обстоятельствами, спасая свою шкуру. И называл это выживанием.

Впрочем, трусом я пробыл недолго. Потом я стал таким храбрецом, что описание моих подвигов займёт несколько томов эпопеи. Но вся моя храбрость предназначалась мне одному. Я не просто привык к образу жизни Дивии, я стал дивианцем. И весьма славным, надо заметить.

В первое время я тоже подвергал сомнению традиции Дивии, но делал это по неискоренимой привычке Дениса Лаврова к бесплодным размышлениям.

Из-за разумной осторожности я считал, что нельзя лезть со своим уставом в храм Двенадцати Тысяч Создателей.

Лев Эммануилович Чуари, не колеблясь, полезла с уставом Всесоюзной коммунистической партии в несправедливый сословный мир Дивии. С первых дней жизни на летающей тверди этот верный ленинец из будущего мечтал исправить несправедливость в отношениях Земли и Неба. А когда оказался в грязи, не сдался, а усилил борьбу за права, блин, трудящихся низких. И плевать ей, что изменение прошлого могло повлиять на будущее. Как там она написала в одном из свитков…

Внутренний Голос напомнил:

«Установление социальной справедливости не имеет ограничений в пространстве и времени. Нельзя смотреть на страдания древних людей, успокаивая себя мыслью, что в будущем всё будет лучше. Бороться со злом нужно везде и всегда. Даже если это зло считает себя благом, как чванливые вырожденцы летающей тверди. Да и кому как не мне знать, что в будущем будет ещё хуже?»

Проступившая сквозь эти строки личность Морской Матушки Чуари вдохновила меня, но так и не сделала меня её сторонником, на что рассчитывал Диаба.

Ведь как я думал, когда записал себя в дивианские фундаменталисты. Мы — дивианцы, с нами — Двенадцать Тысяч Создателей, Всенаправленный Ветер Мовах, Движение Луны и любые другие боги, каких мы выдумали и будем выдумывать ещё.

И вдруг какой-то террорист-трансгендер из будущего положил свою жизнь, чтобы положить Дивию в землю!

Чуари проделала громадную работу, чтобы разъяснить странный и загадочный мир Дивии и магию Двенадцати Тысяч Граней. Но она так и не поняла, насколько ошибочна и нелепа её попытка разложить громаду Дивии по полочкам идеологии. Под конец жизни она стала догадываться, но было уже поздно — воспитанный ею мутант детей сопротивления жрал людей и выл на Небо.

Отбросив свиток, я встал и начал быстро ходить по комнате, хотя бы так утоляя желание немедленно действовать.

Кстати, нельзя взваливать всю вину на одну Чуари. После её записок, я ещё крепче уверовал, что падение летающего города вызвало не какое-то одно деяние, не какое-то конкретное событие. Нет, катастрофу вызвал весь комплекс омерзительных инноваций, которые принесли с собой гнилые души людей из будущего. Они заразили реформами Гуро Каалмана, великого прорицателя и несчастного прирождённого жителя, желавшего — о злая ирония! — именно спасти свою родину от будущего падения в грязь.

Дивия была обречена именно с того момента, когда Гуро Каалман спас от казни первого демона. Всё-таки закон об уничтожении демонов появился не просто так. Нарушение этого мудрого закона — ещё одна соломинка на горб Дивии, не выдержавшей веса беззакония.

Стараниями последователей недобитого коммуниста Дивия погибла. Но стал ли мир лучше?

Нет, наоборот.